Лорна Теддер - Романтическое приключение

Даже если она станет пытаться объяснять, он не будет слушать. Она подвергла риску его мечту, и он никогда ей этого не простит.

— Вы отвезете нас обратно на базу, да?

Он взглянул на нее через плечо:

— Думаете, теперь я вам скажу? Чтобы вы разболтали об этом всем соседям?

— Это нечестно. — Мэллори пыталась застегнуть пуговицы на блузке. Ее всегда было легко надевать, но только не сегодня. — Я положила эту записку в карман миссис Каватини два дня назад, в магазине. Вы не позволили мне позвонить моей маме, и я искала способ сообщить ей, что со мной все в порядке.

— А я-то доверял вам.

— Нет, не доверяли. Я нарушила ваши правила, но не воспользовалась доверием во вред вам. Вы сказали, что я не могу контактировать с моей мамой, это было вашим правилом, и я нарушила только его. Вы не доверяли мне тогда. А если бы доверяли, разрешили бы позвонить, когда я сказала вам, как она волнуется обо мне. — Она наконец застегнула последнюю пуговичку и прошла мимо него.

— Я так и знал, что вы все свалите на меня.

— Но все так и было. Вы больше заботились о своем повышении и карьере, чем о нас с Кейти.

Направляясь за ней, он воздел руки к небу.

— Я позаботился о том, чтобы лейтенант Лоренс не обвинил во всем вас и вашу дочь. И позаботился, чтобы вы обе оставались у себя дома, а не где-то в отеле, так как вы сказали, что это напугает Кейти на всю оставшуюся жизнь. Я позаботился также отвезти вас на праздник, где вы могли отвлечься, потому что считал, что вы заслуживаете отдыха. — Он расхаживал взад-вперед, пока она застегивала босоножки. — А сейчас мне придется увезти вас отсюда, пока не заявилась полиция.

— Я скажу им, что все в порядке. Ведь это же сработало уже раз. Ну, с миссис Каватини… пока она не нашла записку. Мы сможем их убедить, если постараемся.

— Оделись? Берите Кейти. Я ее понесу.

Расстроенная Мэллори прошла в комнату Кейти и ахнула. Кровать была завалена всевозможными мягкими игрушками. Барби покоилась на подушке. Кейти нигде не было.

О Боже, Боже, Боже! Ее грудь пронзил жуткий страх. Дерек почти налетел на Мэллори сзади:

— Поторопитесь! Когда полиция… Где Кейти?

У Мэллори перехватило дыхание. Она повернулась и отстранила Дерека с пути. Мэллори сейчас же должна найти Кейти!

— Она ушла! Да не стойте же столбом! Помогите найти ее!

— Возможно, ее похитили, — пробормотал он. — Я срочно звоню в службу безопасности…

— О чем вы говорите? — Мэллори заглянула в ванную. Никого.

— Вам известна сверхсекретная информация. Всегда есть риск, что того, кого вы любите, могут похитить, чтобы заставить вас рассказать все, что знаете.

Мэллори смотрела на него в недоумении. Он говорит убежденно. Неужели не понимает трагичности ситуации?

— Какие глупости вы говорите. — Она пролетела мимо него в кухню. — Кейти! — Проверила дверь черного хода. Слава Богу, закрыта. Входная дверь тоже на цепочке и задвижках. — Так, она где-то в доме. Но где?

— Хорошо! — выдохнул Дерек. — Тогда никаких проблем.

— Нет, есть! — вскрикнула она. — Ее нет там, где она должна быть. Вы что, не понимаете? С моим ребенком что-то случилось. — Мэллори развернулась. — Кейти! Ответь!

— Случилось? Я уверен, с ней все в порядке. Вы же сами сказали, что она в доме.

Слезы брызнули у нее из глаз.

— Случиться могло все, что угодно. Вы действительно ничего не знаете о детях.

Дерек побежал впереди нее, заглядывая за занавеску в душе, за одежду в шкафу, на нижние полки кухонной мебели.

— Кейти! — умоляла Мэллори.

Взвизгнула Митци, когда Мэллори отодвинула подушку, на которой та спала, чтобы заглянуть за диван.

Вдруг Дерек что-то вспомнил.

— Выключите свет! — приказал он. Прежде чем она смогла шевельнуться, он погасил все лампочки и даже ночники. Дом погрузился во тьму. — Пошли! — Он взял ее за руку и потянул за собой.

Слабый сиреневый свет пробивался из-под кровати Кейти. У Мэллори чуть сердце не выскочило, когда она опустилась на ковер. Девочка мирно спала в мерцающем ободке, зажав в руке розовый маркер.

Мэллори почувствовала теплую руку Дерека у себя на плече. Ее начало трясти.

— Тс-с!

Обхватив ее, Дерек покрывал ее шею поцелуями. Это оказалось таким интимным — вдвоем сидеть, обнявшись, на полу в темноте. Все, что Мэллори было нужно, это объятия Дерека, сейчас и всегда.

— Извините. Я не знаю, как могла так потерять самообладание.

— Мы все теряем самообладание.

— Я сомневаюсь насчет вас. Кейти — это все, что у меня есть. Я не знаю, что бы я делала, если б потеряла ее.

Он прижал ее еще крепче.

— Вы не потеряете ее.

«А тебя? — хотела она спросить. — Тоже не потеряю?»

Вместо этого она сказала:

— Вы подумаете, что я ненормальная. Плакать по пустякам. — Мэллори смахнула слезу. — Я прожила весь год неправильно! Воспитывать Кейти — это большая работа, а я могу уделять ей всего несколько часов вечером и выходные. Я очень люблю ее, но временами… я просто изнемогаю. Так много я должна ей дать и так мало могу. Я плохая мать?

Так, наконец-то она выговорилась, дала волю своим страхам. Она напряженно ждала его ответа.

— Мэллори, моя мать не узнала бы меня, столкнись она со мной на улице. Я вижу, как вы обращаетесь с дочерью, и единственное, чего мог бы пожелать, — чтобы моя мать дала нам с сестрой хоть десятую долю любви, которую вы испытываете к Кейти. Как вы вообще могли такое о себе подумать?

— Если бы я была хорошей матерью, жить было бы намного веселее, легче, правда ведь? Порой так трудно, заботясь о ребенке, все делать правильно.

Дерек вздохнул, его дыхание коснулось ее шеи.

— Послушайте, Мэллори, я скажу вам то, что не говорил ни одной живой душе. Я военный летчик, и, черт возьми, хороший. Бывают дни, когда вокруг только синь неба, весь мир под моими крыльями. А бывает, когда нет ничего, кроме турбулентности. И тогда не важно, какой я пилот, меня просто тошнит.

— Вас? — Она хихикнула. — Тошнит?

— Не говорите никому. Только чуть-чуть.

— Но почему? Ведь вы, наверное, ко всему привыкли. Всегда в небе.

— Так же, как вы, будучи такой замечательной матерью, нередко все же сомневаетесь в себе. Это работа, и вы ее выполняете. И в мире нет никого, кто справится с ней лучше.

Мэллори закивала, сначала вяло, затем энергично:

— Вы правы, да.

— Вы, кажется, удивлены?

— Никто не может быть лучшей матерью моей девочке, чем я. Даже когда она озорничает.

Дерек засмеялся:

— Даже когда служба безопасности присылает кого-то к вам в дом мешаться у вас под ногами и действовать на нервы.