Энн Вулф - Жемчужная тропа

– Спасибо, мистер Галантность.

– Все для вас, мисс Вредность…

И все-таки это уже лучше, чем «мистер Бабник», решил про себя Морис. Кажется, сейчас его повысили в должности. Жаль только, нет медали, звуков фанфар и громких аплодисментов…

Вдова Роуз Мортимер оказалась очаровательной бойкой старушкой с проницательными голубыми глазами. Когда-то они были синими, теперь выцвели от времени, но по-прежнему оставались очень выразительными.

От «четы» Митчелл вдова Роуз была в настоящем восторге. Очевидно, все жители Эпплдэя относились к приезжим с неизменным благодушием. Наверное, потому что они любят свой город и гордятся им, подумал Морис. И поэтому гости для них – признание того, что в их городке стоит остановиться…

– Мы сейчас же пойдем пить чай, – суетилась вдова Роуз, стаскивая с себя цветастый передник. – Я только что испекла кнедлики с яблочным джемом. И вы обязаны их попробовать… А потом мы сразу же пойдем смотреть дом. Он здесь, неподалеку. Всего-навсего через улицу…

Кортни и Митчелл не успели опомниться, как уже сидели за столом, покрытым белоснежной скатертью, и пили дымящийся чай из маленьких фарфоровых кружек. Кнедлики оказались восхитительными: горячими и мягкими, с начинкой, которая оставляла во рту неповторимый аромат эпплдэйских яблок.

– Очень вкусно, – похвалила Кортни стряпню вдовы Роуз. – Просто восхитительно. У меня такое чувство, что во рту еще долго будет пахнуть яблоками…

– О да. – Вдова Роуз многозначительно кивнула. – Так и есть… В Эпплдэе самые лучшие яблоки. Поэтому наш городок называется именно так. Яблоки здесь особенные, ароматные и сладкие… Чего только у нас не делают из яблок: и компот, и вино, и настойки, и пироги, и варенье… Но кнедлики пеку только я. Моя бабка была полячкой, – глаза вдовы Роуз подернулись пеленой воспоминаний, – и от нее я унаследовала рецепт кнедликов. Каждое воскресенье в этом доме собирается весь город, чтобы хорошенько повеселиться и поесть кнедликов. У меня большой дом и сад, так что места всем хватает. Смотрите, воскресенье на носу, – лукаво улыбнулась она. – Я жду вас к себе в гости…

– Мы обязательно придем, – улыбнулся Морис, засовывая в рот очередной кнедлик. – Ни за что не пропустим такое веселье…

Кортни недоуменно воззрилась на Мориса. МЫ придем… И кто дал ему право решать за нее? Неужто их воображаемый статус супругов? Несмотря на то что Кортни понравилась вдова Роуз, участвовать в здешних мероприятиях ей совсем не хотелось… Они приехали в Эпплдэй всего на неделю. Так зачем им знакомиться с местными жителями? Но отказываться было неудобно, и Кортни только кивнула в знак согласия.

Дом, который сдавала вдова Роуз, понравился Кортни с первого взгляда. Если бы она хотела иметь дом, то он был бы именно таким… Он был небольшим, но очень уютным, окруженным, как и все здешние дома, низеньким забором, покрашенным в вишнево-красный цвет. Цвет был насыщенным, но не резал глаза и замечательно сочетался с красным кирпичом, из которого был сделан дом.

Кортни понравилась и крыша, покрытая коричневой черепицей, и круглое веселое окошко чердака, обрамленное вырезанными из дерева медведями, и большая широкая веранда, увитая плющом и лозами фиолетового винограда. Но больше всего ей понравился сад, в котором яблони благоухали, сгибаясь под тяжестью огромных алеющих яблок.

Кортни подумала, что, где бы она ни была, она никогда не забудет запах Эпплдэя – сладкий аромат яблок и дымное свежее дыхание ранней осени…

– Ну как? – поинтересовалась вдова Роуз. – Вы готовы сменить свою машину на этот домик?

– Да, – прошептал Морис. Если бы такой домик предложили ему в Мексике, он, не раздумывая, согласился бы купить его. Но здесь, к сожалению, не Мексика… – А ты как, Кортни?

– Да, – согласилась Кортни. Даже ее имя, произнесенное в этом саду, не вызывало раздражения. – Да…

– Замечательно, – обрадовалась вдова Роуз. – Я рада, что он вам понравился. Это дом моей двоюродной сестры, которая, к сожалению, отошла в мир иной… Пока вы можете не платить мне. Поживите, осмотритесь, а потом окончательно решите, останетесь вы или нет…

– Но… – начал было Морис, окончательно сраженный этими словами.

– Возражения не принимаются, – перебила его вдова. – А в воскресенье я жду вас у себя. Нарядно одетыми и голодными, как волки… Чтобы влезло побольше кнедликов и яблочной настойки…

Вдова Роуз удалилась, оставив им ключи и объяснив, для каких замков эти ключи предназначены.

Кортни вопросительно посмотрела на Мориса, но он только пожал плечами.

– Они любят свой город, – ответил он ее взгляду. – А мы для них что-то вроде подтверждения того, что их город – лучший на земле… Я думаю, поэтому они так гостеприимны к приезжим. А еще, наверное, потому что счастливы… Когда человек счастлив, он и других хочет осчастливить… Знаешь, что мне нравится? – спросил он у Кортни, крутившей брелок на указательном пальце. Она прервала свое занятие и покачала головой. – К ним не нужно искать подход… Им не нужно втираться в доверие. Ты им нравишься сразу таким, какой ты есть… Может быть, я, конечно, заблуждаюсь, но…

– Возможно, – прозрачно улыбнулась Кортни. – А может быть, ты просто привык действовать так, потому что это обусловлено необходимостью. А теперь тебе не нужно лгать, не нужно играть какую-то роль… Видимо, в этом все дело…

– Отчасти. Но, клянусь тебе, ни в одном городке меня не встречали так, как здесь. Не было такой готовности помочь, не было такой радости на лицах…

– Спорить не буду. Я вспоминаю родной Эластер, – усмехнулась Кортни, – и в споре отпадает надобность… Кстати, дом – восхитительный. Думаю, ты был прав, когда решил обратиться к вдове Роуз…

– Еще бы, – с какой-то даже ему не понятной гордостью произнес Морис. – Ведь его посоветовали Бредли…

Кортни вышла из дома и выпростала долго сдерживаемую улыбку. За считанные часы Морис настолько вжился в роль обитателя городка Эпплдэй, что это не могло не рассмешить. Что же будет, когда они проживут здесь неделю? Наверное, Морис Митчелл начнет собирать яблоки и делать настойку. Или варить варенье. Или научится у вдовы Роуз печь кнедлики… Эта мысль до того рассмешила Кортни, что девушка не смогла удержаться и расхохоталась. Мистер Умник в цветастом фартуке распахивает дверцу духовки и извлекает оттуда противень с кнедликами…

– Ох, не могу… Ха-ха… Ох, не могу… – заливалась она, согнувшись в три погибели рядом с «Роджером». – Ох, держите меня, не могу больше…

– Интересно, что могло тебя так рассмешить? – раздался голос Мориса. Он стоял совсем рядом и недоуменно смотрел на Кортни, заливающуюся смехом.