Глория Беннетт - Тайный голос

— Это авторская работа, — сказала она. — Кстати, стоит не меньше драгоценностей. Зато ни у кого нет таких.

— А как же голодные дети в Африке? — насмешливо спросил Улисс.

— А как же бедные художники? Им надо тоже помогать.

Они с шиком подкатили к одному из сверкающих золотом подъездов высотного дома и по количеству машин и ажиотажу у входа поняли, что вечеринка удалась. Изя занимал целый этаж элитных апартаментов. Посреди огромного зала стоял белый рояль. На нем по очереди кто-то играл. Гости, заполнившие собой все пространство, были так одеты, что Улисс почувствовал себя на показе мод. Правда, один из гостей был в равных джинсах, но при ближайшем рассмотрении оказалось, что в пряжку его ремня был вставлен сверкающий топаз, а засученные рукава тончайшей шелковой рубашки обнажали дорогостоящие аксессуары — часы, браслет и два перстня на левой руке. Да и дырки были сделаны уж слишком симметрично. К Энн сразу бросились какие-то знакомые. Она расцеловалась со всеми. Подхватив под руку Улисса, Энн быстро пошла к хозяевам. Изя встретил его как родного и долго тряс ему руку. Опра клюнула в щеку.

— Отличная вечеринка! — воскликнула Энн. — Но это уже стало традицией.

Опра поблагодарила и сказала:

— Энни, тебе надо обязательно подойти к Сержу. Есть новость. Тебе лучше все узнать из первых рук. А я пока развлеку твоего спутника. — Она мягко взяла Улисса под руку и плавно закружила по залу, подводя к гостям.

Улисс сразу заметил знакомые лица в толпе. Знакомые по обложкам журналов и телевидению. Его хлопали по плечу, приглашали выпить, пожимали руки, не спрашивая, кто он и чем занимается. Какая-то девица что-то заворковала ему в ухо, повиснув на рукаве.

Улисс скоро освоился в толпе. Теперь можно было заняться фуршетом. Он поискал глазами Энн, чтобы принести ей вина или какой-нибудь закуски. Но ее нигде не было. Он хотел спросить Опру, где Энн. Но хозяйка уже обхаживала другого гостя и по ее рассеянному взгляду, брошенному на Улисса, он понял, что отведенное ему время истекло. Он немного задержался возле стола, накладывая себе в тарелку тарталетки и листья салата с креветками. Сзади кто-то толкнул его и извинился. Улисс бросил дежурное «без проблем» и отошел в сторону с тарелкой и бокалом, наполовину наполненным белым вином. Позади него велась оживленная беседа. Двое мужчин явно хорошо закусили и потому разговаривали чуть громче, чем полагалось по этикету. Один из них спросил:

— Лори, ты не знаешь, кто приехал с Энн? Я понял, она не с тобой сейчас?

— Долго же ты спишь, мы давно уж не вместе, — ответил другой голос. — Наверное, привезла очередного факера. Она теперь выбирает статистов. Чтобы никто не мог ее заслонить.

— А ты-то чего злишься? Ревнуешь? Попробуй возобновить отношения.

— Если бы захотел, то не стоило бы труда. Ладно, пускай трахается с кем хочет. Я просто отдыхаю от нее. Кстати, вон и Уайн приперся. Из-за которого мы поругались. Бедняге, кажется, дали отставку. Это в ее стиле — сначала пригреть, а потом послать…

— Да ладно, она не такая стерва, как ты изображаешь. Это ведь она тебя бросила. Не грусти, с каждым такое бывает… — Беседа прервалась приходом каких-то девиц.

Улисс был готов набить физиономию каждому из двоих говоривших. Он обернулся и в упор посмотрел на них. Один был худощавый джентльмен в очках, другой — холеный красавец. Его, правда, портили намечавшаяся залысины, но в целом он смотрелся очень эффектно. На вид ему было не больше сорока.

Наверное, этот ее бывший. Сопляк. И ей такие нравятся? От мысли, что она целовалась с этим красавчиком и он ласкал ее, Улиссу стало нехорошо. Он стоял с тарелкой и переваривал неприятную информацию. Время бить морду было упущено. Конечно, можно было что-нибудь придумать. Какую-нибудь провокацию. Но ему ничего не приходило в голову.

Я просто факер! Пускай так. Ясное дело, что я не первый. Это я уже переварил. Что я еще узнал про нее? Эти подонки болтают как бабы. А я теперь всегда буду натыкаться на ее бывших любовников! И как себя вести? Надо бы найти Энн. Где она может быть?

Улисс быстро доел содержимое тарелки и отправился искать Энн. Ее нигде не было. Зато он встретил Уайна. Тот призывно помахал ему рукой. Улисс подошел к нему, радуясь, что хоть кого-то он здесь знает.

— Я слышал одну новость. Верить или нет? — спросил он улыбающегося Уайна.

— Если это та новость, о которой я знаю, надо верить. Да, полковник, великие дела совершаются быстро и неожиданно. А вы не собираетесь последовать моему примеру?

— Я пока на распутье. Боюсь получить отставку. Да и желающих много. Хорошо вам, Уайн, вы точно знаете, что в этом зале нет никого, кто близко знаком с вашей женой.

— Понимаю вас. Но женщина без прошлого — это еще хуже, чем мужчина без будущего. Мы все носим на плечах прожитые годы, воспоминания о своих ошибках. Не думайте об этом. Любите настоящее. А кстати, у меня хорошие новости. Я рассчитывал на маленькую роль, но когда мы репетировали, мне решили дать другую. Одна из главных, ну… не самая, но очень интересная. Надеюсь увидеть вас на премьере. Возможно, Энн в курительной комнате, я видел, как она туда зашла пообщаться с одним журналистом. Мне кажется, это деловой разговор, так что не волнуйтесь.

Улисс пожал руку Уайну и снова закружил по комнатам необъятной квартиры Каца. Ему стало неловко за свою ревность. Уайн понял его состояние и специально подчеркнул, что Энн ведет деловой разговор. Неужели он смотрится таким дураком? Никогда бы не подумал, что способен на ревность. Разве Энн давала ему повод? Но, с другой стороны, он так мало ее знает. Уайн хотя бы полгода прожил с Модестой под одной крышей. Или даже год? Между прочим, эти два хлыща говорили, что Энн выгнала любовника из-за Уайна. То есть она уже год как живет одна? Ха, да может, у нее еще были! Другие факеры. Какой-нибудь тренер по аэробике или массажист.

Он вдруг увидел сбоку по коридору затворенную дверь. Улисс слегка приоткрыл ее. В небольшой комнате с круглыми подушками, валявшимися на полу на огромном ковре, и восточными маленькими столиками, заставленными кальянами, было необычно светло из-за обилия свечей. На круглом диване сидела Энн. Напротив нее сидел мужчина с трубкой. Энн курила тонкую ситару. Мужчина посмотрел на вошедшего Улисса. Энн оглянулась. Она была бледной и растерянной.

— Это ты, — сказала она тихо. — Сейчас пойдем. Я только докурю. — Она выпустила дым изо рта, потушила сигару и встала. — Прощай, Серж. Извини, что так получилось. Теперь уже все равно. — Энн оперлась на руку Улисса. — Пойдем отсюда. Мне нехорошо. Уйдем по-английски. Я потом позвоню Изе.