Кара Уилсон - Мы не расстанемся

Вдвоем они отнесли измученную болью женщину вниз и уложили на заднее сиденье патрульной машины. Стив ехал как мог быстро. Не успели они подъехать к больнице, как рядом с ними с визгом остановился «бронко» Алена.

Мужчины внесли Эдду в здание, а Надя попыталась успокоить дочь. В зале ожидания приемного покоя они сидели вместе со Стивом и Кристиной Хубен. Несколько минут назад прибыл доктор Стикс и сейчас за закрытыми дверями вместе с Аленом боролся за жизнь Эдды.

— Миртл уже привык к тому, что Ален совершает чудеса с помощью своего потрепанного саквояжа. Надеюсь, люди поймут, если на этот раз ему не удастся извлечь из него очередного чуда, — проговорила Кристина.

— Вы очень высокого мнения о нем? — спросила Надя.

— О да, и с профессиональной, и с человеческой точки зрения, — поколебавшись, пожилая сиделка добавила: — Правда, он нелегкий человек. Впервые увидев его, многие считают, что под его белым халатом скрывается камень, а не плоть и кровь. Но за тридцать лет работы медсестрой я встретила немногих врачей, которые так, как он, заботились бы о своих пациентах.

— Но одной заботы не всегда достаточно, да?

— Верно, и Ален знает это лучше, чем кто бы то ни было.

— И все же думаю, что Ален должен был отвезти Эдду к доктору Лейтону, — пробормотал Стив.

— Вы говорите о знаменитом кардиологе из Бостона? — уточнила Надя.

— Да, его считают одним из лучших. Так говорила сама Эдда…

В этот момент открылась дверь и послышались сердитые голоса мужчин. В проеме появились Ален и его помощник с горестными лицами.

— Проклятье, Ален. — Тщедушный доктор Стикс преградил путь Алену, остановив его. — Ты сделал для нее все, что мог. Не твоя вина, что ее сердце не выдержало.

— Убирайся, Стикс, или я перешагну через тебя.

— Подожди, Ален.

Ален развернулся и чуть не сбил с ног молодого врача. Не обратив внимания на сидевших в приемной, он направился к черному ходу.

Побледневший доктор Стикс повернулся к друзьям Эдды.

— Мы потеряли ее. Ален сделал все, что мог. Даже больше.

Стив выглядел совершенно убитым, потом пробормотал, что надо обзвонить людей. Кристина уронила голову на грудь и заплакала. Элли беспомощно вглядывалась в глаза матери.

— Мамочка, что? Миссис Кар умерла?

— Да, моя милая. — Надя обняла дочь, разрыдавшуюся от горя.

— Мамочка, это я виновата, что позвала миссис Кар к телефону?

Надя и доктор переглянулись.

— Что ты имеешь в виду, дорогая?

— Миссис Кар готовила завтрак, когда зазвонил телефон, и попросила меня взять трубку. Это был мужчина. Он потребовал позвать его мать. У него был очень неприятный голос.

— Адриан Карпентер! — Кристина презрительно скривила губы.

— Сын миссис Кар, — пояснила Надя Элли.

— Сначала миссис Кар была счастлива, говорила о внуке, что она не может дождаться его приезда. Потом она замолчала, ну как будто слушала…

Надя кивнула, и Элли продолжала:

— Она вроде опечалилась, сказала, что все понимает, спросила, не смогут ли они приехать к Рождеству, говорила, что очень хочет повидать внука… — Элли заговорила умоляющим голосом. — Я же не знала, что этот мужчина будет говорить неприятные вещи миссис Кар, мам, клянусь! Но он сказал ей что-то плохое, потому что она сразу побледнела и стала совсем больная, когда положила трубку.

Надя обняла дочь.

— Послушай, Элли. Ты ни в чем не виновата. Обещай мне, что ты не будешь винить себя ни в чем, договорились?

— Твоя мать права, Эльвира, — вставила Кристина. — Если кто и виноват, так это отпрыск миссис Кар.

Стикс кивнул:

— Хорошо, что Ален не знает этого, — пробормотал он. — Если он узнает, то просто убьет Адриана.

— Мамочка, мы уже можем вернуться домой?

Надя было согласилась, потом взглянула вопросительно на Кристину и прошептала:

— Мне думается, я должна побыть с Аленом некоторое время.

Кристина кивнула.

— Я отвезу Элли домой. Мы с ней погрызем попкорн и поиграем в карты. Согласна, девочка?

— Я поеду, мамочка?

— Да, дорогуша. — Надя поцеловала дочку в нос. — Слушайся Кристину, а я приеду, как только смогу.

— Ты поговоришь с Аленом? — беспокойно спросила Элли.

— Да, а что?

У Элли задрожали губы.

— Спроси у него, когда он придет к нам.

«Бронко» Алена стоял на обычном месте. Надя оставила свою машину рядом и стала подниматься к дому, но, посмотрев на него, тут же остановилась в ужасе. Все окна на передней стене хижины были разбиты, стекла блестели на крыльце и на снегу. Дверь была сорвана с петель и валялась тут же. Изнутри доносились звон стекла и треск расщепляемого дерева.

Надя побежала на звук. Ален стоял в дальнем конце комнаты, и вид его был страшен. Волосы в щепках и осколках стекла, а в руках он держал топор. Глаза доктора расширились, а лицо было в крови от множества мелких порезов. Он еще раз взмахнул топором, и очередное окно вылетело наружу. Под ногами заскрипело битое стекло.

Острые осколки усыпали пол и вонзились в его обнаженные руки. Кровь стекала на кисти и испачкала рукоятку топора, но Ален не обращал на это внимания. Страдание раздирало его, как дикий зверь.

Увидев ее, он оскалился. Его рубашка тоже была забрызгана кровью.

— Здесь для тебя небезопасно, — свирепо проворчал он.

— Я не уйду. — Надя сделала шаг вперед, потом остановилась, увидев, что он окаменел. — До тех пор, пока ты не перестанешь сходить с ума и мы не поговорим.

— Слова — твой бизнес, не мой. Я лечу больных, помнишь? Пациентов, которые верят мне, как верила Эдда. Она сейчас в морге из-за меня. — Его лицо исказила гримаса.

— Ален, послушай меня…

— Нет, это ты послушай. Убирайся к черту из моего дома!

И он снова замахал топором, только щепки полетели вокруг.

Надя с ужасом наблюдала, как он крушит мебель. Вскоре нетронутыми остались лишь камин и винтовая лестница.

И тогда топор выпал из окровавленных рук. Тяжело дыша, Ален повернулся к ней.

— Вы удовлетворены, миссис Адам? Я бросил топор.

— Не удовлетворена и не уйду отсюда, пока не добьюсь своего.

Ален прищурился и пожал плечами.

— Как вам будет угодно.

Надя схватила его за руку, не давая отвернуться.

— Я не уйду, пока ты не перестанешь винить себя в смерти Эдды.

— Не обманывайся, я не из тех, кто винит себя в чем-либо.

— Не будь смешным, Ален. Все знают, Эдда была больна, и ты прилагал бездну усилий, чтобы сохранить ей жизнь.

— Да, прилагал. — Он усмехнулся. — Даже пытался уговорить ее проконсультироваться с моим отцом. — Ален фыркнул. — Мой отец — потрясающий хирург. — Ален махнул рукой, не давая ей возможности возразить. — Я мог даже связаться с ним по телефону, чтобы проконсультироваться насчет пациентки, и он бы узнал меня по голосу. Ты правильно заметила, что я так и не избавился от растягивания гласных, как это делают янки. Уж он отличил бы мой говор от гнусавого выговора настоящего Алена.