Эва Киншоу - Одна во всей вселенной

– Да.

– Ладно, скажу. Тебя не должно заботить, отразилось на твоей внешности что-нибудь или нет. Неужели это так важно?

Люси посерьезнела.

– Наверное, нет. Просто мне хочется, чтобы все случившееся некоторое время оставалось между нами. Думаю, не нужно объяснять, как трепетно девушки относятся к… подобным переменам в жизни. Это очень интимная тема…

Взгляд Винса потеплел.

– Ясно. – Он встал. – Прости, солнышко, но я уже пять дней не показывался в офисе. Постараюсь вернуться домой как можно раньше. – Он обогнул столик, подошел к жене и поднял ее со стула. – Будь осторожна на улице, мало ли что… – Винс нежно поцеловал Люси в висок.

Она на миг прижалась щекой к его груди, затем взглянула ему в глаза. В них не было даже тени юмора. Люси невольно вздрогнула.

– Хорошо.

Всю следующую неделю Винс провел с женой.

Они занимались любовью, когда им того хотелось и где придется. А кроме того, загорали на пляже, купались, по вечерам ужинали в ресторане или вдвоем готовили еду дома.

Несколько раз Люси беседовала по телефону с Китти. Та уверяла, что у них все хорошо. Однако Люси часто вспоминала Лэнгс, хотя ни разу не упомянула об этом вслух, с тех пор как они с Винсом стали любовниками. Ей ничем не хотелось огорчать медленно выздоравливающую Терезу.

Однажды вечером, когда после нежных, медлительных занятий любовью Люси отдыхала, лежа в объятиях Винса, он вдруг тихо спросил:

– Почему ты хотела, чтобы я думал, будто в твоей жизни есть другой мужчина? Ведь сейчас совершенно ясно, что его не было.

Люси мгновенно вынырнула из состояния приятной расслабленности.

– Э-э… как тебе сказать… Это трудно объяснить. И вообще, ты сам выдвинул подобное предположение.

– Но ты не спешила ничего отрицать. Наоборот, ухватилась за эту идею.

– Ты преувеличиваешь.

Винс легонько гладил Люси по волосам, но у нее возникло ощущение, что атмосфера уюта и покоя разрушилась.

– Не забывай, в то время за тобой охотилась твоя любовница. Вероятно, я просто страдала от каких-то женских комплексов.

Он молчал так долго, что Люси встревожилась. Наконец он нарушил затянувшуюся паузу.

– Итак, никакой мужчина не стоял за твоей «весомой причиной», мешавшей тебе стать моей фактической женой?

– Нет, дорогой, – твердо произнесла Люси. – У тебя сложилось неправильное впечатление.

– Очень хорошо. Спи, солнышко.

Однако Винс уснул раньше Люси, которая вновь задумалась об истинной причине своего нежелания сохранять этот брак.

Она уже не сомневалась в том, что Винс Клементи желает ее, но до сих пор не знала, возникла ли в его сердце любовь.

Люси пошевелилась, устраиваясь поудобнее, но тут же замерла, испугавшись, что разбудит Винса. Но тот лишь крепче обнял ее.

Она закрыла глаза и подумала, что Винс Клементи всегда останется для нее загадкой.

Спустя пару дней Люси разговаривала по телефону с Моникой. Она сообщила ей, что Тереза идет на поправку и скоро ее выпишут из больницы.

– Чудесные новости, Люсиль, – сказала Моника.

– Ну а как Лэнгс?

– Здесь тоже все хорошо. Только… Боюсь, в следующий уик-энд нам со Стивом придется уехать в Чикаго. У Стива там готовится выставка картин и требуется его присутствие. Мне тоже хотелось бы с ним прокатиться. Как думаешь, сможешь вернуться в Лэнгс? Ведь Терезе лучше…

– Конечно, смогу… – Люси задумалась. – Но даже если не смогу, то что-нибудь организую. Поезжай, мам.

– Люсиль…

– Не спорь! Мы с Винсом обязательно что-нибудь придумаем.

– Кстати… как ты ладишь с мужем? – осторожно поинтересовалась Моника.

– Отлично! – весело ответила ей дочь.

– Наверное, он сейчас находится рядом с тобой и слышит наш разговор?

Почувствовав, что мать может углубиться в тему их с Винсом отношений, Люси сочла за благо соврать.

– Да, – сказала она, не моргнув глазом.

– Понятно. Передай ему привет, детка.

– Моя мама передает тебе привет.

Винс оторвал взгляд от документов, которые просматривал в эту минуту. Он работал уже несколько часов, взяв домой бумаги из офиса. Весь столик в гостиной был завален отчетами. Люси, после того как заварила чай и принесла себе и мужу по чашке, сидела в кресле и читала книжку.

– Как? Телепатическим способом? – спросил он.

Люси улыбнулась.

– Нет. Она звонила, пока ты был на работе.

– Что еще говорила Моника? – Винс вновь перевел взгляд на документ, который держал в руке.

Люси не очень хотелось поднимать тему возвращения в Лэнгс, но выбора у нее не осталось.

– В ближайший уик-энд у Стива выставка в Чикаго, и они с моей матерью хотят лететь туда вместе.

Произнеся эту фразу, она увидела, что Винс насторожился и полностью сосредоточился на разговоре.

– Вот как? Ты собираешься отправиться в Лэнгс?

Как Люси ни старалась, ей не удалось разгадать значение выражения, появившегося на его лице. Она захлопнула книгу.

– Нет… если только ты не полетишь со мной.

– Боюсь, что сейчас для этого неподходящий момент.

– Из-за Терезы? Понимаю…

– И из-за матери, и по деловым соображениям. – Винс говорил сухо и отрывисто.

Люси прикусила губу.

– Дело в том, что я не могу взвалить на плечи Китти обслуживание туристов.

– Дело в том, – в тон ей произнес Винс, – что нам следует пересмотреть договор относительно Лэнгса.

Люси взволнованно глотнула воздух.

– Да, теперь многое изменилось…

– Вот именно, дорогая. Отныне твой дом здесь.

Люси смотрела в темные, полные решимости глаза Винса и не могла поверить, что это тот самый человек, с которым она так охотно ложится по вечерам в постель.

– Не нужно разговаривать со мной таким тоном, Винс Клементи! – мрачно произнесла она. – Если мы не можем обсудить вопрос относительно Лэнгса спокойно, то его вообще незачем поднимать. Я никогда не собиралась управлять своими ранчо из Майами. И вообще, это ты заварил всю эту кашу, подразумевая, что именно на меня ляжет большая часть забот. Ведь не могу же я взять и все бросить!

– Ты не согласна, что твое место здесь? – спросил Винс с оттенком угрозы в голосе.

– Нет. То есть… да. – Люси в отчаянии сжала кулаки. – Я вложила массу сил и часть души в организацию туристического бизнеса и намерена контролировать его и впредь. Конечно, мне придется внести кое-какие поправки, но почему бы нам обоим не пойти на некоторые уступки? Почему я должна выслушивать указания, где мне надлежит находиться? Когда ты так разговариваешь со мной, я чувствую себя вещью… или одной из сторон договорного брака!

– По-моему, – заметил Винс с убийственной язвительностью, – даже если брак устроен на небесах, само собой подразумевается, что супруги будут жить вместе.