Коллин Коллинз - Комфорт не предусмотрен

Сид смотрела на него не отрываясь. От удивления ее глаза потемнели и стали огромными.

— Выходит, что он мой брат, — удивленно пробормотал Джеффри.

Он взглянул на себя в зеркало, которое висело позади стойки бара. Ему вспомнились годы, когда бар был его единственным прибежищем. В отличие от других людей у него не было ни родного дома, ни родной семьи.

— У меня есть брат!!! А Джордан женат?

— Нет, не женат.

— А дети у него есть?

Джеффри ужасно захотелось узнать о нем побольше. А вдруг у него есть племянники и племянницы! Семья!

— Мне он об этом не говорил. Если бы у него кто-нибудь был, то об этом знали бы все.

— Мистер Брэдшоу!

Сид повернулась и увидела, что к Джеффри подошла Салли Николс. Сид нахмурилась: «И эта вырядилась в платье!»

Но платье, которое нацепила на себя Салли, отличалось от всех остальных тем, что было похоже на прозрачную ночную рубашку.

«Господи, да она совсем свихнулась. Газовое белое платье! Если приглядеться, оно просвечивает насквозь!»

— Да? — повернулся к ней Джеффри.

Чарли наполнил стакан Джеффри.

— Салли! — воскликнула Сид. — С каких это пор ты начала носить на публике ночные рубашки?

— Это вовсе не ночная рубашка, — буркнула в ответ Салли.

— Ладно, — иронично проговорила Сид. — Тогда спрошу по-другому. С каких это пор ты стала спать в платьях?

Какой-то парень отпустил по этому поводу сальную шутку.

Раздался всеобщий смех.

Сид бросила на парней презрительный взгляд и крикнула:

— А ну, все заткнитесь!

Она схватила стакан Джеффри и, несмотря на все протесты Чарли, одним глотком осушила его.

Салли снова повернулась к Джеффри.

— Мистер Брэдшоу, — начала она глубоким грудным голосом. — Я хочу представиться. Меня зовут Салли Николс. — И она протянула руку.

Последовало долгое рукопожатие.

— Я хочу заявить свою кандидатуру на свободное рабочее место. — Салли глубоко вздохнула, и ее массивные груди встали почти торчком. Сид даже показалось, что корсаж вот-вот лопнет.

Она перевела яростный взгляд на Джеффри.

— И долго вы намерены держаться за руки?

Джеффри взглянул на нее и убрал руку.

— Сид, это всего лишь простое рукопожатие.

— Рукопожатия не длятся так долго. Иначе это уже что-то совсем другое. Кстати, чтобы не забыть, кто такая эта Эшли? Черт побери!

Посетители замерли. Слышно было только пение Мика Джаггера.

— Эшли? — озадаченно переспросил Джеффри. — А она-то здесь при чем?

— Вот и мне бы хотелось это узнать.

Ну вот, она опять взялась за старое! Что это? Ревность? Отчаяние, незащищенность, ярость? Все эти чувства смещались в ней в один тяжелый комок. Ей хотелось кричать и драться.

Сид с грохотом спрыгнула со стула и пошла прочь, злясь на себя, на Джеффри и весь мир.

Кто-то из парней неудачно пошутил, что она единственная из всех женщин не надела платье и сильно всем проигрывает.

Это стало последней каплей. Сид резко повернулась и с яростью оглядела всех присутствующих. Она поняла, что они вырядились, чтобы продемонстрировать себя перед Джеффри в лучшем виде.

Повернувшись к бару, Сид схватила тяжелый стул.

Присутствующие вздрогнули. Послышались испуганные вскрики.

Кто-то взвизгнул.

— Сид! — крикнул Чарли.

Она почувствовала на своем плече чью-то руку. Повернув голову, увидела тетю Джери. В руках та держала большую сумку с какими-то банками и свертками. Очевидно, приехала за продуктами. Но хуже всего было то, что Сид заметила жалость в ее взгляде. Она показалась себе глупой и жалкой.

Сид поставила стул на пол. Ее душил гнев.

— Я хочу, чтобы все вы заткнулись со своими дурацкими шуточками, — медленно проговорила она дрожащим от ярости голосом. — Берегитесь, если я услышу от вас еще что-нибудь в этом роде!

Последовала всеобщая тишина.

Она снова подняла стул.

— Ладно, Сид, мы согласны! Все в порядке! — крикнул кто-то.

— Я не шучу! — рявкнула она. — Если я не выпендриваюсь перед парнями и не надеваю прозрачные тряпки, чтобы сквозь них был виден мой зад, это еще не значит, что я хуже их, — она кивнула в сторону Салли. — Мне тоже бывает больно, — добавила она шепотом.

В помещении стало так тихо, что стук стула, который она поставила на пол, показался всем оглушительным.

Сид повернулась и вышла, грохнув дверью.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Джери остановила снегоход перед своим домом. Соскользнув с сиденья, Джеффри с радостью заметил снегоход Сид.

— Я отнесу продукты, — сказал он, подхватив на ходу пакеты.

— Спасибо, Джефф, — отозвалась Джери. Она возилась около бака с горючим. — Я только посмотрю, сколько осталось горючего, и скоро приду.

Взглянув на потемневшее небо, Джеффри направился к дому. Чарли предупредил их, что к вечеру ожидается сильная пурга, которая продлится как минимум сутки, а то и двое. Для Джеффри это означало, что он остается на какое-то время без рации.

Придется набраться терпения и довериться Джордану. Несмотря на непродолжительность знакомства с Джорданом, Джеффри чувствовал, что на того можно положиться.

Мысли Джеффри приняли другое направление. Он подумал о Сид: «Как она смотрелась там, в гостинице! Поднятый над головой стул, свирепый взгляд, готовность крушить все вокруг себя!»

Толкнув дверь, Джеффри вошел в дом.

Бабетта выскочила ему навстречу, весело виляя хвостом. Сид нигде не было видно.

Он отнес пакеты с продуктами на кухню и вернулся в гостиную.

Вошла Джери.

— Девочка моя! Мы приехали! — позвала она и направилась на кухню.

— Ее там нет, — предупредил Джеффри.

— Может быть, она устала и прилегла, — предположила Джери, направляясь в холл.

Сид не имела привычки отдыхать. Ее энергии хватило бы даже на троих. Джеффри выглянул на всякий случай снова в окно. Снегоход Сид по-прежнему стоял у крыльца. Джеффри вспомнил, что это был снегоход Гарри. В памяти всплыли слова, вырезанные на стойке бара.

«Интересно, Гарри по-прежнему ее любит?» — подумал он.

Джери вернулась в комнату.

— Ее нигде нет.

Они вместе заново обошли весь дом.

— Схожу вниз, — сказал Джеффри, — проверю в подвале.

В подвале, тускло освещенном единственной лампочкой, на табуретке около печки сидела Сид. Сгорбившись, она разглядывала что-то в свете фонарика. Подойдя ближе, он понял, что в руках у нее старая семейная фотография.

— Сид, — тихонько позвал он.

Она подняла голову, и Джеффри заметил на ее лице выражение глубокой печали. У него защемило сердце.