Бесстыжее лето - Элли Лартер

он согласно кивает, но больше я не даю ему ничего сказать, возвращая руку в его штаны и крепко обхватывая налитый кровью член. Мужчина запрокидывает голову, несдержанно мыча и кусая губы, и я быстро меняю нас местами, заставляя теперь уже его уткнуться задницей в стол. Сама я опускаюсь перед ним на колени и стягиваю мягкие штаны с его бедер. Освобожденный стояк оказывается прямо напротив моего лица, а я смотрю снизу вверх, чтобы поймать затуманенный мужской взгляд и победно улыбнуться.

Артем вцепляется пальцами в мои волосы, и я послушно подаюсь вперед, касаясь языком влажной головки. Упругая и солоноватая на вкус, она утыкается в мои теплые губы, и я обхватываю ее, мягко посасывая и слушая, как напряженно сопит Артем. Его пальцы нетерпеливо мнут мои волосы, путаются в них, сжимаются в кулаки, почти причиняя боль, но мне есть чем отплатить: я заглатываю его член наполовину, зажимая между языком и небом, и медленно скольжу губами вдоль ствола, почти полностью погружая его в рот. Головка касается горла, и я расслабляюсь, чувствуя, как легко моя глотка принимает его во всю длину. Мужчина сдержанно стонет, а я обхватываю пальцами его бедра, продолжая скользить по налитому кровью, опоясанному венками члену, то выпуская его изо рта, то затягивая обратно внутрь.

Через минуту раздается телефонный звонок, и Артем, едва соображая, выпутывает одну ладонь из моих волос, чтобы схватиться за смартфон.

— Это Вера, — шепчет он.

— Скажи, что мы обсуждаем рабочие вопросы и через пятнадцать минут будем на площадке, — советую я, и он кивает, нажимая на кнопку вызова:

— Вера…

Я решаю, что это прекрасный момент для активных действий, и пока Артем разговаривает с режиссером съемки, снова заглатываю его, обхватывая член у основания и помогая себе теплыми пальцами. Свободная мужская рука сжимается у меня на затылке, голос дрожит, он всеми силами старается не выдать себя, но очевидно, это дается ему с большим трудом:

— Да, звучит отлично… Мне нравится… Да, спасибо… Конечно… Хорошо…

Отключив телефон и с грохотом бросив его на стол, он с облегчением выпускает из горла мучительный стон, а потом и ругательства:

— Чертова ты сучка!

— Мне остановиться? — спрашиваю я, поднимая на него хитрые глаза.

— Ну уж нет! — хрипит он, снова впиваясь в мои волосы и сам подаваясь бедрами мне навстречу, чтобы заткнуть рот своим членом.

Пока он глухо долбится в мою глотку, мое тело успевает налиться тяжестью до предела, но я знаю, что сейчас он не сможет отплатить мне удовольствием за удовольствие: слишком мало времени. Поэтому я сама запускаю свободную руку между бедер, нащупывая пальцами набухший клитор и влажную, раскрытую щель. Вот только Артему это не нравится:

— Что это ты делаешь? — шипит он.

— Хочу кончить, — отвечаю я, выпуская изо рта его член.

— Не сейчас, — он качает головой и через несколько секунд кончает сам, пощадив мое лицо и выплескивая сперму прямо на пол. — Не хочу тебя пачкать, тебе еще сниматься, — поясняет он.

— Спасибо за заботу, — усмехаюсь я, откидывая на спину волосы. Может ему и жаль мое лицо, но локоны он потрепал знатно.

— Кончишь сегодня ночью, — заявляет мужчина тоном, не терпящим возражений.

— Тоже вздумал меня дразнить? — я выгибаю бровь.

— Конечно.

— Окей.

Мы наспех переодеваемся и возвращаемся на площадку как ни в чем не бывало, хотя во рту у меня до сих пор привкус его смазки, а между ног горячо и мокро. Если кто-то и счел наше долгое отсутствие подозрительным — виду никто не подал. И правильно. По агентству уже и так ползут слухи о том, что мы — пара. Даже Котик так считает. Но если даже Котик с этим ничего не делает — остальным и подавно нужно держать рот на замке. А мы, потрахавшись, наверняка еще более гармонично будем смотреться вместе перед объективами фотокамер. Вера дает сигнал начинать, и мы идем в кадр.

32 глава. Любовь к кофе

Еще через полтора часа наша совместная фотосессия наконец заканчивается, и мы с Артемом возвращаемся на работу в агентство — теперь уже на его машине, вместе, без всяких приколов с метро. По дороге заезжаем в Старбакс: Артем может и готов покорно глушить отвратительную растворимую жижу из офисного автомата, а я предпочитаю настоящий ароматный американо в бумажном зеленом стакане от любимой компании.

— Я и тебя научу любить нормальный кофе, — сообщаю я мужчине. Раз уж мы становимся близки — надо начинать прививать ему нормальные пищевые привычки.

— Тебе придется потратить немало времени, — усмехается он. — Хотя вообще-то, у меня дома даже есть профессиональная кофеварка, подаренная сто лет назад младшей сестрой. Только пользоваться я ею не умею. Так и стоит пылится в шкафу. Олеся, кстати, сильно обижается.

— И она права! Это же просто преступление! — возмущаюсь я, полностью солидарная с его сестрой.

— Можем сегодня после работы заехать в супермаркет за каким-нибудь хорошим молотым кофе, ты наверняка разбираешься в этом получше моего, и потом махнуть ко мне домой, — предлагает Артем. — Ты научишь меня варить кофе, а я угощу тебя отличным красным вином.

— Это что, свидание? — уточняю я, прищурившись.

— А ты хотела бы свидание? — спрашивает он в ответ, ничуть не смутившись.

— Даже не знаю…

— Пусть будет оно. Мне нравится, — решает мужчина. Я чувствую себя немного неловко и отворачиваюсь к окну, чтобы он не заметил моего румянца, но с губ до конца поездки все равно не сходит довольная улыбка.

Котик расхваливает нас на все лады, разве что не мурчит и не облизывает, просматривая предварительные результаты съемки. Мы сидим напротив нее и время от времени переглядываемся, словно мысленно обещаем друг другу больше не покрываться ледяной коркой от ее неосторожных замечаний и предположений. Но Софья Кирилловна довольно проницательная и умная женщина: быстро сообразив, что нам неприятны разговоры о нашей возможной близости, она больше не заводит эту тему. Зато заводит другую:

— Завтра у вас первое интервью. Послезавтра еще два. Пожалуйста, во время разговоров сделайте ставку на агентство, которое дало вам так много! Не акцентируйте внимание на каких-то собственных компетенциях и заслугах.

Мы немного офигевше, но согласно киваем — что нам еще остается делать?! — но как только выходим из ее кабинета, я сходу выпаливаю, остановив мужчину за запястье:

— Тебе это тоже показалось несправедливым?

Артем сразу понимает, о чем я говорю:

— Да, но если хочешь обсудить это, давай отойдем подальше…

— Ты прав, — я киваю, и мы спешим в рабочий кабинет. Там я уже