Сара Роуз - Фарфоровая куколка

— Я никогда не была здесь, — осмотревшись, сказала Рейчел. — Здесь так мило…

— Этот ресторан облюбовали мои родители в свой самый первый приезд в Лас-Вегас. — Патрик, не отрываясь, с любовью и восхищением смотрел на Рейчел, облаченную в серебряное платье, безукоризненно сидящее на ее стройной фигуре и подчеркивающее изгибы ее тела. — Ты сегодня так красива! — Чувства переполняли его сердце. Он не мог наглядеться на любимую женщину.

— Я постаралась для тебя, — призналась Рейчел.

Их разговор прервал метрдотель. Он подошел к ним и, учтиво улыбаясь, предложил карту вин. Рейчел выбрала французское шампанское. Вскоре шампанское искрилось в их бокалах, и они, наслаждаясь прекрасным напитком, заказали себе омаров с укропным соусом и черную икру.

— Тебе здесь нравится? — спросил Патрик, когда резвый официант принес серебряное блюдо в виде раковины, наполненное икрой, поставил перед ними омаров и соус в тонкой фарфоровой соуснице, а потом мгновенно испарился в полумраке, словно его и не было.

— Очень, — ответила Рейчел, оглядываясь по сторонам.

— Мне бы хотелось, чтобы ты сегодня почувствовала себя самой счастливой на всем белом свете, — тихо сказал Патрик, поднимая бокал с шампанским.

— Я самая счастлива, — проговорила Рейчел, сделав несколько глотков.

Шампанское было ледяное, шипучее, приятное на вкус и мгновенно пьянящее. И эти несколько глотков сразу приятно откликнулись у нее в голове. Она вдруг вспомнила, что Патрик ей говорил про какую-то свою идею, и она, окончательно расслабившись, напомнила:

— Ты мне так и не рассказал про свою идею. Она связана с твоим бизнесом?

— Не угадала. У меня возникла идея наконец-то жениться, — интригующим голосом произнес Патрик и немедля добавил: — Выходи за меня…

Это было неожиданно. Рейчел поперхнулась икрой и закашлялась, а когда кашель утих, она попросила:

— Повтори, пожалуйста.

— Любимая, выходи за меня замуж! — Патрик встал из-за стола и преклонил перед ней колено.

Рейчел немного опешила. Она мечтала услышать эти слова. Она очень хотела стать женой Патрика, но что предложение будет сделано здесь и сейчас, не ожидала совершенно.

— Я? — Она никак не могла сосредоточиться. В голове замельтешили неугомонные мысли, они прыгали как ненормальные, наскакивая одна на другую.

Она обрадовалась. Ей так хотелось ответить: «Да! Да! Тысячу раз да!»

И одновременно испугалась, потому что тут же вспомнился разговор с дочерью…

Как все сложно!

Она заволновалась, Патрик это заметил, но подумал, что причина в неожиданности.

— Только не волнуйся, пожалуйста. Я тебя не тороплю. Все хорошо обдумай, взвесь и прими решение. Но знай, я очень люблю тебя и больше не хочу с тобой расставаться никогда.

Он извлек из внутреннего кармана пиджака черную бархатную прямоугольную коробку и, не отрывая взгляда от любимой, осторожно раскрыл ее. Перед глазами Рейчел предстал ювелирный комплект: серьги, кольцо и колье с крупными изумрудами, окаймленными бриллиантами. Рейчел онемела от неожиданности и замерла, в оцепенении глядя на украшения.

Она восхищенно выдохнула:

— Какая красота!

Украшения переливались в свете свечей и играли всеми своими гранями. Они так и просились, чтобы их надели.

— Тебе нравятся? Можно, я помогу… — Не дожидаясь ответа, Патрик извлек кольцо из его бархатного ложа и с нежностью, аккуратно и без спешки надел на безымянный палец левой руки Рейчел.

И только почувствовав приятную тяжесть украшения на своем пальце, Рейчел очнулась и воскликнула:

— Патрик, ты с ума сошел! Это же стоит целое состояние!

— Это ты стоишь целого состояния. — Он нежно прикоснулся губами к ее руке.

— Значит, с ума схожу я… — Рейчел с восхищением рассматривала кольцо на своем пальце.

— Сходи, — разрешил он. — Я буду любить тебя даже сумасшедшую. — Он привстал, и очень бережно, чтобы нечаянно не причинить ей боль, вдел серьги в маленькие дырочки на мочках Рейчел.

Она сидела, боясь пошевелиться. В своей жизни она видела много украшений, но эти были настолько красивы и изысканы, что у нее перехватило дыхание.

А Патрик увлеченно продолжал ее украшать.

Защелкнув замочек колье на ее тонкой шее, Патрик Свифт мягко поцеловал чудно-округленное плечо Рейчел и только потом сел на прежнее место.

Рейчел была сама не своя. Она дотрагивалась пальцами до серег, осторожно прикасалась к колье, и ей не верилось, что это не сон. Ей снова дарили драгоценности, и на этот раз она могла быть абсолютно уверена, что это делается с любовью.

Патрик не отрывал ласкового и одновременно восхищенного взгляда от нее. Прекрасно ограненные изумруды сумели еще больше подчеркнуть изумрудный цвет глаз, данный Рейчел Хилтон от рождения. Они стали еще более выразительными и красивыми.

— Ты удивительный и самый любимый, — проговорили ее губы.

— Рейчел, я очень хочу, чтобы ты стала моей женой, — повторил Патрик.

Какие долгожданные слова!.. Но они вернули Рейчел в действительность. Она словно очнулась от сна.

Вспомнилась дочь.

Глаза Рейчел вмиг потухли. Она вдруг растерялась. Ей нужно было все сейчас рассказать Патрику. Но почему-то язык не слушался ее, точно им управляла какая-то неведомая сила.

Пауза затягивалась до неприличия.

— Патрик… моя дочь не хочет этого, — наконец с трудом выдавила она из себя, от волнения теребя край скатерти, не в силах поднять глаза на Патрика.

— Почему?

Рейчел не знала, как все объяснить. Ей совсем не хотелось говорить о Норманне. Но главная причина была именно в нем. Ведь из-за него Шон выставила свои глупые требования.

Она посмотрела на Патрика глазами, до краев наполненными преданностью, желанием и любовью. Любовь к нему перевернула всю ее жизнь, освободив от оков одиночества. Но ее дочь, ее родная и любимая девочка хотела лишить ее этой радости, подводя к черте отчаяния. Рейчел знала, что разлука с Патриком, которой требовала Шон, лишит ее желания жить.

Патрик терпеливо ждал ответа. А она от своего бессилия готова была разреветься. В эту минуту она чувствовала себя такой беспомощной, какой не была еще никогда в жизни.

Даже когда Норманн оставил ее ни с чем.

Как ей сделать выбор между двумя самыми любимыми людьми на свете? Между любовью материнской и женской? Выбор был невозможен. Легче было умереть.

Рейчел взглянула на Патрика и прочла в его глазах недоумение. Она понимала, что вывести ее из этого глупого состояния может только правда. И она решила рассказать Патрику все, как есть.

Патрик внимательно ее выслушал, потом пытливо посмотрел на Рейчел, словно сомневался в ее чувствах, и уточнил: