Стелла Фуллмер - Рука об руку

Как только они вышли из автомобиля, дорожку, ведущую к центральному входу, наводнили репортеры, повыскакивавшие будто из-под земли. Послышались щелчки камер, замелькали ослепительные вспышки, и Тея зажмурилась, в растерянности поворачиваясь к Генри.

Тот заботливо взял ее за руку и, шепнув: «Только не волнуйся», легкой непринужденной походкой зашагал вместе с ней вслед за Эмилией и Паулем.

По-видимому, Пауля толпа папарацци, с их шумом и назойливостью, выводила из себя. Он шел стремительно, не оглядываясь по сторонам.

— Что это с ним? — кивая на него, спросил Генри, когда они с Теей поднялись по лестнице и вошли в просторный холл роскошной «Европы». — Ты, случайно, не знаешь?

Она пожала плечами и улыбнулась.

— Наверное, просто не в духе.

В переполненном баре Тея сразу потеряла из вида Пауля и Эмилию. Генри провел ее к одному из столиков, и они уютно расположились на мягком диванчике у стены.

— Выпей шампанского, — посоветовал Генри. — Сразу почувствуешь себя более раскованно. Насколько я понимаю, бывать на подобных вечеринках тебе доводилось нечасто?

— На такой, признаюсь, я впервые, — согласилась с ним Тея, беря с подноса проходившего мимо официанта изящный бокал с игристым вином.

— Вон тот парень с длинными черными волосами — Макс, виновник торжества, — пояснил Генри, кивком указывая на молодого человека у противоположной стены, громко что-то рассказывавшего парочке длинноногих девиц. — Он визажист, вчера вернулся с международного конкурса, на котором занял второе место.

Слушать Генри было приятно. Его голос отличался особой мягкостью, а манера вести разговор — свободой и простотой. Он, похоже, умел увлечь беседой на любую тему и рассмешить. Его шутки поражали остроумием, а мимика — удивительной выразительностью и живостью.

Если бы я не знала о существовании Пауля, то наверняка увлеклась бы этим Генри, размышляла Тея. Черт! Почему об этом мистере Флойде я не забываю теперь ни на минуту?

Шампанское действительно помогло ей расслабиться. После пары бокалов она даже устремленные на нее любопытные взгляды воспринимала уже как нечто само собой разумеющееся, а о своем чрезмерно коротком платье, — которое на фоне нарядов остальных присутствующих дам выглядело не таким уж и откровенным, — вообще забыла.

Эмилия то и дело выныривала из толпы и подходила к их столику, чтобы спросить, как дела, и сообщить Генри последние сплетни, по ее мнению, весьма для него важные. Он смотрел на нее с восхищением, внимательно выслушивал все, что бы она ни сказала.

По прошествии полутора часов Тея уже чувствовала себя на этом шумном блестящем празднике как рыба в воде. Возможно, все дело было в шампанском, а может — в приятной компании Генри... Или же так воздействовала на нее сама беспечно-веселая атмосфера, царившая в баре.

Они много танцевали, много смеялись, много разговаривали. Если бы Тея не слышала от Эмилии, что сегодня утром с Генри приключилась серьезная неприятность, то никогда в жизни не догадалась бы по его поведению, что это так.

Он отлично скрывает свою боль, думала она, с удивлением глядя в его искрящиеся зеленые глаза. Единственное, что ему не удается замаскировать, так это чувства к бывшей жене. Или он даже не пытается прятать их?

Пауля она увидела в самый неожиданный момент, когда выходила из туалетной комнаты.

Он стоял у стены, скрестив на груди руки, пристально и угрюмо глядя прямо на нее.

— Вы что, ждете меня? — выпалила Тея, хмуря брови. В трезвом состоянии она, естественно, не позволила бы себе подобной прямолинейности. Но сейчас ей казалось, что в ее вопросе нет ничего неприличного.

— Да, именно вас, — процедил сквозь зубы Пауль, направляясь за ней обратно в бар. — Я заметил, какой развязной походочкой вы прошествовали в дамскую комнату. Вы пьяны, это возмутительно!

Тея остановилась в трех шагах от барной стойки и вызывающе тряхнула волосами.

— Может быть! Но вам-то какое до этого дело?

— Как это, какое? — подойдя к ней почти вплотную, прошипел Пауль. — Вы живете в моем доме!

— Но не сплю же на вашей кровати! — парировала Тея, разражаясь смехом.

Люди, стоявшие поблизости, повернули в их сторону головы. Тея не обратила на это никакого внимания.

— Я живу в отдельной комнате, вам не придется лицезреть меня по возвращении домой, — продолжила она.

Пауль, заметивший, что к их разговору прислушиваются, сбавил тон.

— По возвращении домой я хотел бы серьезно с вами побеседовать.

— И не мечтайте! — возмущенно выпячивая губы, заявила Тея. — После вечеринок я обычно ложусь спать. И не позволяю тем, кто не имеет на это никакого права, читать мне нотации.

— Вы ведете себя просто возмутительно! — прошептал Пауль, каменея от злости.

— Я имею на это полное право! — воскликнула Тея, отступая на шаг.

Зазвучала неторопливая мелодия, и Пауль, порывисто схватив ее за руку, вновь приблизился к ней.

— Давайте потанцуем, — сказал он жестко и повелительно.

Как только его теплые ладони легли ей на талию, ее обдало горячей волной желания. Действуя под влиянием порыва, она обхватила руками плечи Пауля и прижалась к нему всем своим существом.

Они танцевали медленно и слаженно, предчувствуя малейшее движение друг друга, как будто были не двумя отдельными, постоянно воюющими друг с другом людьми, а единым организмом.

Тея видела, с какой страстью смотрит на нее партнер, чувствовала, что он возбужден, и задыхалась от наполнявшего ее счастья. Она уже не замечала никого вокруг и почти не слышала музыки, весь ее мир сузился до небольшого пространства, занимаемого только ими.

Пауль смотрел на миниатюрную Тею, и ему не верилось, что она в его объятиях. Он сгорал от желания увезти ее из этого шумного общества, остаться с ней наедине, снять с нее это умопомрачительно коротенькое платье...

Музыка стихла.

Тея сделала глубокий вдох.

— Вообще-то я не очень хорошо танцую... — пробормотала она, будто оправдываясь.

Пауль медленно убрал руки с ее талии, еще раз продолжительно посмотрел ей в глаза, развернулся и ушел, не сказав ни слова.

Генри нашел ее в углу за дальним столиком.

— Я ищу тебя повсюду. Что-то случилось? Ты выглядишь расстроенной.

Тея печально улыбнулась.

— Наверное, просто устала от суеты. Я не привыкла веселиться в таких шумных компаниях.

— Если хочешь, давай отсюда уедем, — предложил Генри.

— Уедем? Куда?

— Например, в одно уютное кафе рядом с Веллингтон-парком. В это время народу там практически не бывает, играет симпатичный оркестрик, можно просто посидеть, поболтать.