Ронда Бэйс - Рыцарь на главную роль

14

Самолет шел на посадку.

Доминик украдкой покосилась на своих родителей и улыбнулась. Она знала, что Камилла боялась летать, но скоро все будет позади, и они все вместе облегченно вздохнут, когда ступят на землю.

Крепыша пришлось оставить у Виолетты. Камилла успела раз пять позвонить из аэропорта и справиться, все ли там в порядке. Виолетта заверила, что у них все хорошо, и искренне пожелала, чтобы подруга так не волновалась. Ее можно было понять — звонки Камиллы наверняка отвлекали женщину от любимого сериала, который она привыкла смотреть в это время.

Самолет тряхнуло, он приземлился и теперь катился по полосе, постепенно снижая скорость. Камилла облегченно вздохнула. Доминик взяла ее за руку.

— Все закончилось, мама.

— И слава богу, — пробормотала та.

Доминик попрощалась с родителями у отеля, где они забронировали номер, и, пообещав приехать к ним вечером, отправилась к себе домой. Ей очень хотелось принять душ и переодеться.

Назвав адрес, она откинулась на спинку сиденья и прикрыла глаза. Доминик очень устала. В последнее время она плохо спала, много думала, и теперь ее изможденному волнениями и бессонницей организму требовался отдых.

Едва открыв дверь, Доминик услышала звонок телефона. Решив, что это звонят родители, она подбежала к аппарату и сняла трубку.

— Привет, любимая! Что случилось? Куда ты пропала? — накинулся на нее с расспросами Пол.

Доминик опешила. В свете последних событий, которыми была насыщена ее жизнь, она и думать забыла об этом предателе, который изменил ей с ее же подругой.

И неожиданно ей открылась истина. Именно сейчас, когда она слушала его лживый озабоченный голос, вещавший в трубке. Он не изменил ей. Он просто никогда не любил ее. Ему нужны были ее деньги, вернее деньги ее деда, которые, как они с Дороти, очевидно, считали, должны были когда-нибудь перейти к ней, Доминик, по наследству.

И осознание того, что Пол мог так лицемерить, заставить ее поверить в его любовь, затопило ее таким гневом, что, если бы он оказался рядом, Доминик не выдержала бы и налетела на него с кулаками.

— Почему ты молчишь? — Пол, очевидно, выдохся.

— Не хотела тебя перебивать, — саркастически ответила Доминик. — Ты так складно говорил, что я заслушалась.

— Потому что это правда, — заверил он.

И опять она поймала себя на мысли, что если бы не знала о его коварном замысле, то поверила бы ему, настолько искренне звучал его голос.

— Пол… — Доминик старалась сдерживаться, понимая, что скандал ни к чему не приведет, лишь заставит его приехать, чтобы выяснять отношения, а она не готова была его видеть… нет, еще не совсем улеглась ненависть, которую она испытывала к этому человеку. — Пол, я поняла, что не могу поспешно принимать серьезные решения. Мне нужно побыть одной, чтобы все взвесить и окончательно понять.

— Зачем ты так говоришь?! Разве мы не любим друг друга? Что еще ты должна знать, чтобы выйти за меня замуж? — Так как Доминик молчала, Пол продолжил: — Доминик, дороже тебя у меня никого нет.

— Вот это действительно так, — с иронией согласилась она.

— Ну я же и говорю, что мы просто созданы друг для друга!

— Пол, — устало произнесла она, — я прошу всего лишь время. Почему ты так торопишься?

— Потому, что не хочу потерять тебя!

Уж кто бы сомневался!

— И еще потому, — сдавленно добавил он, — что, когда ты неожиданно исчезла, я вдруг понял, как сильно тебя люблю… Вернись, Доминик, прошу тебя!

— Я кладу трубку.

— Я сейчас приеду!

— И зря потратишь время, — заверила его Доминик, — потому что я скоро ухожу. И даже если бы я была дома, то не пустила бы тебя. Если я сказала, что мне нужно время, значит, так оно и есть.

— Но ты ведь не бросаешь меня? — осторожно спросил Пол.

— Я не хочу сейчас обсуждать это, — поморщилась Доминик. — Если ты хочешь, чтобы я приняла решение прямо сейчас…

— Нет-нет! — поспешно перебил ее Пол. — Я тебя нисколько не тороплю!

— Вот и славно.

Доминик с облегчением положила трубку, даже не попрощавшись с Полом, и отправилась в душ, на ходу снимая с себя одежду.

Ей просто необходимо было смыть с себя не только дорожную пыль, но и неприятный осадок после разговора с Полом.

Открыв глаза, Доминик с ужасом осознала, что уже поздний вечер, а то и ночь. Комната была погружена в темноту, и, включив свет, Доминик взглянула на циферблат будильника, стоявшего на тумбочке. Девять вечера! Ничего себе! Как же так получилось, что она столько проспала?! Ведь вроде бы прилегла лишь вздремнуть и не заметила, как заснула.

Вскочив, она подбежала к телефону и позвонила в отель. Мать сообщила ей, что у них все хорошо, отец уехал на встречу к деду и обещал скоро вернуться. Пожаловалась, что изрядно устала, и сказала, что ждет возвращения Аарона, после чего рассчитывает сразу же лечь спать.

Доминик решила, что тоже ляжет в кровать и попробует снова заснуть, ведь ей завтра надо выйти на работу. А то мистер Мидлтон и правда уволит ее без выходного пособия.

Одно лишь по-настоящему беспокоило ее: Мэтт так и не позвонил. Ни разу. Неужели он больше не хочет видеть ее? А ведь ей казалось, что он испытывает к ней нежные чувства. Или только казалось?

Доминик не могла ответить на этот вопрос. Как не могла решить, стоит ли звонить первой.

И все же она не выдержала. Пока находилась рядом с телефоном и не успела передумать, быстро набрала номер его домашнего телефона. К ее разочарованию, включился автоответчик.

— Привет, — произнесла Доминик после сигнала, — надеюсь, ты узнал меня. — Она немного помолчала, прежде чем продолжить: — Мне казалось, что мы друзья. Или я ошибалась? Ответь, пожалуйста.

Положила трубку. Вздохнула. Что ж, первый шаг она сделала. Теперь надо ждать, что предпримет он, и предпримет ли вообще.

В редакции все было по-старому, и это наполнило сердце Доминик какой-то волнующей радостью, словно она вернулась домой после долгой командировки. Впрочем, практически так оно и было.

Доминик сразу же включилась в работу. Периодически ей звонил Пол, но она попросила Меридит не соединять с ним. Доминик оттягивала тот момент, когда придется потолковать с ним начистоту. На домашнем телефоне у нее теперь был постоянно включен автоответчик, а на мобильном стоял определитель номера, так что звонки Пола и Дороти были ей не страшны. Во всяком случае, Доминик с успехом игнорировала их.

В течение этих нескольких дней Доминик постоянно созванивалась с матерью, пытаясь выяснить, как обстоят дела. Камилла пока ничего не могла сообщить дочери, потому что отец Аарона находился в критическом состоянии после недавно перенесенного инфаркта и к нему никого не пускали.