Рини Россель - Чарующая луна

— Нет, нет. Конечно, нет, ты прав. Зачем так оскорблять ни в чем не повинных червячков?! Если честно, то я просто не могу придумать тебе подходящего прозвища!

Роут прокашлялся.

— Ну что ж, пока ты думаешь об этом, дай-ка я у тебя кое-что спрошу. Кто сказал тебе, что у меня есть права на эту собственность?

— А что, будешь отрицать?

— Не буду. Они у меня есть.

— Значит, признаешь, что приехал сюда с намерением отобрать то, что однажды от тебя ускользнуло?! — взъярилась Ханна.

Роут слушал ее с напряженным вниманием.

— Это Джоан тебе так сказала?

— Да, она звонила мне сегодня. Бедняжка, она была просто в истерике!

— Правда? — протянул Роут. Он что-то не припоминал никаких признаков истерии. Наоборот, дамочка была на редкость адекватна.

Значит, ее друзья по чату… Она воспользовалась этим предлогом, чтобы позвонить Ханне и разыграть истерику?! Роут почувствовал уважение к старушке.

— Ага, и тогда ты прыгнула в машину и примчалась сюда, чтобы снова побыть ее рыцарем… рыцаршей в сверкающих доспехах и одолеть дракона по имени Джеррик?!

Ханна сглотнула и на мгновение снова сделалась уязвимой. Как же он любил эту женщину!

— Я должна сделать все, что в моих силах, чтобы заставить тебя понять, что бурение будет ужасным преступлением! Нельзя разрушать всю эту красоту из-за какой-то нефти! Как же быть с прекрасной природой?!

Да, Ханна права. Здесь нельзя бурить. И все же сейчас неподходящий момент для экологических дебатов. Роут посмотрел на нее. Гнев, полыхавший в глазах девушки, поразил его в самое сердце.

— Я восхищаюсь твоей страстностью, — не сдержался мужчина. — Люблю ее.

Ханна удивленно моргнула. Очевидно, она не ожидала подобной фразы.

— Прости?

Наседка. Можно подумать, Джоан — ее цыпленочек, и она хлопочет над ним. Роут больше не мог сопротивляться искушению и заключил девушку в объятия. Та пораженно умолкла, не сопротивляясь, но и не обнимая его в ответ.

— Это может стать страшным ударом для тебя, Ханна, — пробормотал он, касаясь губами ее виска. — Но мне так нравится твоя преданность, храбрость, сила воли! Я полюбил даже твою импульсивность. Не будь ее — и ты не стояла бы здесь.

Ханна прижала руки к груди Роута, но даже не попыталась оттолкнуть его. Она подняла голову и посмотрела в его лицо.

— Я не понимаю, — прошептала она. Он коснулся губами лба девушки.

— Я здесь, чтобы увидеть тебя. Но ты уже уехала.

— Увидеть меня?! — переспросила Ханна, не веря собственным ушам.

— Да.

— Но бурение…

— Я не знаю, как Джоан узнала о моей собственности, может, она вообще все выдумала. Я никогда не говорил ей об этом. И если уж совсем честно, права на бурение я унаследовал от отца. Он поделил эту землю между мной и моей сестрой. Только нам не нужны деньги. И даже возникни необходимость в них, я не стал бы здесь бурить. Мне слишком нравится Джоан.

Девушка пристально смотрела на Роута, а он наслаждался каждой секундой.

— Так ты… никогда?..

— Нет.

— И ты приехал сюда, чтобы…

— Найти тебя. Верно.

— Но зачем?!

— А ты не догадываешься?

Ханна нахмурилась и покачала головой.

— Совсем? Ты чувствуешь биение моего сердца?

Она кивнула.

— Ну и?..

Девушка умолкла, а потом на ее лице появилось потрясенное выражение. Словно ей в голову пришла совершенно невероятная мысль.

— Нет, — резко произнесла Ханна. Его сердце сжалось в комочек.

— Я думал, ты будешь в шоке.

Напряжение между ними все нарастало, становясь попросту невыносимым. Роуту внезапно стало сиротливо, холодно и пусто. Словно ледяной зимний ветер ворвался в лабиринт его одинокой души. Она была в ужасе от одной мысли, что он может быть влюблен в нее… А он так надеялся…

— Что ты хочешь этим сказать, Роут? — спросила Ханна, но ее голос прозвучал отнюдь не враждебно, как боялся мужчина. — Я хочу понять, зачем ты пытался меня найти. И что должно было поразить меня?

Ах, так ей крови захотелось. Почему бы и нет? Месть сладка. Он еще не сказал этих слов вслух. Сейчас. Он ведь за этим сюда приехал, разве нет?

Ханна должна узнать, что он чувствует к ней, даже если ей это очень не понравится.

— Хорошо, — торжественно сказал Роут. Он нежно провел рукой по ее лицу, боясь, что делает это в последний раз, а затем крепче обнял девушку. — Я люблю тебя, Ханна, — шепнул мужчина. — Кажется, с того самого мгновения, когда увидел тебя в лучах этой чертовой луны; просто не позволил себе понять это.

Он слабо улыбнулся.

— Ты была настоящей занозой в заднице! Но я продолжал желать тебя, как бы ты ни оскорбляла меня. До тех пор, пока в один прекрасный день не осознал, что мне больше не хочется жить среди глыб льда, не испытывая никаких чувств. Я хотел снова стать нормальным, живым человеком. На то, чтобы понять это, ушло очень много времени. И теперь я хочу, чтобы ты стала моей женой, моей второй половинкой, моей жизнью. — Его голос дрогнул, и Роут отвел взгляд. — Поэтому я и приехал. Чтобы найти тебя и рассказать о своих чувствах.

Ханна ничего не ответила. Даже не шевельнулась. Превозмогая страх, Роут посмотрел в ее лицо, заглянул в глаза.

Ему показалось, что он уловил отблеск чего-то странного. Роут взмолился, чтобы это было именно то, о чем он подумал.

— Ты любишь меня? — вдруг переспросила девушка.

— Больше жизни, — тихо признался он.

С серьезным лицом Ханна изучала его. Каждая новая секунда была для него еще болезненнее, чем предыдущая. Да, он изменился. Больше никаких масок. Роут ждал, и в каждой черточке его лица Ханна видела любовь. Он дышал тяжело, приготовившись или к язвительному смеху, или к холодному отказу.

Она нежно коснулась руками груди мужчины, и теперь уже он был озадачен.

— Ну, если ты любишь меня, то, что будешь делать теперь? Или на разговорах все и кончится, мистер Джеррик?

Эта реакция поразила Роута. Волнение — слишком мягкое слово для определения его состояния. Он с трудом смог улыбнуться.

— Ну? — спросила девушка, и ее губы изогнулись в усмешке. — Я жду.

Счастье. Неповторимое и непреодолимое. Не было ни смеха, ни отказа. Его молитвы услышаны. Он обнял Ханну дрожащими руками.

— Дорогая, милая Ханна, любовь моя! Ты выйдешь за меня замуж?

Та склонила голову набок, словно сомневаясь.

— Я об этом подумаю.

Роут нахмурился, хотя душа его пела.

— У тебя есть пять секунд, — великодушно согласился он.

— Правда? А что потом?

— А потом у тебя будет еще пять, милая.

Она кивнула.

— Мы поняли друг друга. — Ханна поцеловала его подбородок. — В таком случае мой ответ — ДА! А теперь быстро поцелуй меня!