Люси Дейн - Ночь для двоих

Потом каникулы кончились. Миранду отец увез в частный колледж, Джейсон уехал в Лондон.

Спустя некоторое время Миранда обнаружила, что ей не хватает бесед с Джейсоном. То есть тогда она думала, что не хватает именно бесед, Джейсон же вроде бы оставался на втором плане. Хотя Миранда частенько упоминала о нем, болтая с Глэдис, самой близкой своей подружкой.

Глэдис Корриген была дочерью дипломата. Родители воспитывали ее в строгости, поэтому для нее была в диковинку вольная жизнь Миранды в родовом поместье Масенгейлов. Глэдис даже представить себе не могла, чтобы мать — а тем более отец! — разрешила ей встречаться с молодым человеком. И не просто встречаться, а проводить столько времени наедине.

— Подумаешь, что тут такого, — пожимала Миранда плечами.

А Глэдис смотрела на нее во все глаза.

— Неужели отец разрешает тебе видеться с парнями, когда ты только захочешь?

Они общались очень тесно, жили в одной комнате, на занятиях сидели за одной партой, поэтому Глэдис было известно, что матери у Миранды нет, а есть лишь отец.

— Конечно, не разрешает, — отвечала та.

У Глэдис округлялись глаза.

— А как же...

— Очень просто, — с независимым видом произносила Миранда. — Мой отец ничего не знает.

— Разве это возможно? — еще больше удивлялась Глэдис.

— А почему нет? Моего отца часто не бывает дома. И потом, я не монашенка, чтобы день-деньской сидеть взаперти. Для чего тогда каникулы?

— Верно, но...

Глэдис могла не договаривать, Миранда и без того знала, что даже на каникулах подруга находится под постоянным присмотром.

Из таких вот бесед в конце концов родилась идея попросить папу-дипломата позволить Глэдис во время следующих летних каникул погостить немного у Миранды, в усадьбе «Мартлетс-васт». По-видимому, на него произвело впечатление то обстоятельство, что его дочь проведет некоторое время в родовом поместье сэра Масенгейла, потому что он дал согласие. Правда, предварительно созвонился с самим Раймондом Масенгейлом и обсудил идею подобного визита. Раймонд заверил его, что Глэдис будет в полной безопасности. Небольшая особенность данной ситуации заключалась в том, что у обоих отцов были разные представления о безопасности дочерей.

Впрочем, папа-дипломат мог не тревожиться: даже будучи предоставленной самой себе, Глэдис вела себя вполне пристойно. Эта привычка въелась в нее за долгие годы пребывания под родительским надзором.

Но воображения Глэдис было не занимать, благодаря чему и произошла перемена в отношениях Миранды и Джейсона.

А может, присутствие Глэдис стало лишь своеобразным катализатором, потому что, увидев следующим летом Джейсона, Миранда взглянула на него по-новому.

Их встреча была предопределена, так как оба проводили каникулы в поместье «Мартлетс-васт»: Миранда у себя дома, а Джейсон у своей матери Молли, по-прежнему исполнявшей обязанности птичницы.

Однако, как уже было сказано, на этот раз в поместье присутствовала Глэдис, и данный факт наложил отпечаток на дальнейшие события.

Джейсон ей понравился. Впрочем, Миранда ничего иного и не ожидала от подруги, которой не так уж часто доводилось общаться с симпатичными парнями, к тому же старше по возрасту. Но Глэдис еще заметила и кое-что такое, на что Миранда не обращала внимания.

— Ты очень нравишься Джейсону, — оживленно произнесла она после того, как все трое немного прогулялись вместе по саду.

Миранда на миг замерла, потом быстро повернулась к Глэдис.

— Почему ты так решила?

Та лукаво усмехнулась.

— Да он глаз с тебя не сводит! Даже когда обращается ко мне, он смотрит на тебя.

Миранда с минуту задумчиво изучала ногти, потом покосилась на Глэдис.

— Что-то я ничего такого не заметила.

— Еще бы! Трещишь без умолку... Почему-то в присутствии Джейсона ты только и делаешь что болтаешь.

— Правда? — смущенно обронила Миранда.

Глэдис рассмеялась.

— Ты и этого не заметила?

— Н-нет, — с запинкой произнесла Миранда. — Мне казалось, я говорю не больше других, то есть вас с Джейсоном. Впрочем... ты в основном помалкивала.

— Спасибо, хоть на это обратила внимание! Верно, беседовали ты и Джейсон, я лишь слушала.

На следующий день Глэдис снова завела разговор о том, что Джейсон неравнодушен к Миранде.

— Брось, у тебя просто воображение разыгралось, — отмахнулась та, но у нее все же почему-то заалели уши.

Глэдис на минутку задумалась, будто проверяя свои впечатления, затем покачала головой.

— Нет, воображение тут ни при чем. Я ясно видела, как вспыхивают глаза Джейсона, когда он смотрел на тебя.

— Вспыхивают... — с деланым смешком повторила Миранда, испытывая странное удовольствие от слов подруги. — Все-то ты помечаешь! Нет, это преувеличение, уверяю тебя. Я тоже смотрела на Джейсона, однако никаких вспышек не заметила. А если что-то и было в его глазах, то, скорее всего, из-за отражающегося солнца.

Глэдис пристально взглянула на Миранду, затем быстро произнесла:

— Ты случайно не обиделась на меня? Я ведь просто так это говорю. Конечно, тебе нет никакого дела до того, как на тебя смотрит Джейсон. Вы с ним не пара. Ты принадлежишь к старинному знатному роду, а он... Как бы ни был хорош Джейсон, он всего лишь сын прислуги. Если не ошибаюсь, ты сказала, что его мать птичница?

— Да, — с явным смущением подтвердила Миранда. — Но дело не в этом. Джейсон вовсе не испытывает ко мне никаких чувств. И я тоже не...

— Да-да, разумеется, об этом я и говорю, — подхватила Глэдис. — То есть с твоей стороны конечно же никаких чувств быть не может. Однако, что касается Джейсона, здесь я готова поспорить. Парень не на шутку увлечен тобой, просто ты этого не замечаешь. И понятно: он не твоего поля ягода. — Тут в голову Глэдис, вероятно, пришла какая-то мысль, потому что она сначала притихла, а потом вдруг усмехнулась. — Хотя забавно было бы... — Не закончив фразы, она вновь умолкла.

— Что? — с любопытством спросила Миранда.

Глэдис покачала головой.

— Нет, не скажу.

— Почему?

— Боюсь тебя обидеть. Ты как-то странно реагируешь на мою болтовню о Джейсоне.

— Странно? — Миранда с нарочитым безразличием пожала плечами. — Да я на нее вовсе не реагирую.

— В самом деле? — прищурилась Глэдис. — Не обманываешь?

— Я? Зачем мне тебя обманывать? Да еще в таком вопросе.

— Ну, ты ведь относишься к категории тех, о ком говорят, что в их жилах течет голубая кровь. И вдруг я начинаю отпускать шуточки, связывая тебя с сыном птичницы! Уверена, на твоем месте многие оскорбились бы.

— Э-э... да, наверное. Но у меня хорошо развито чувство юмора. Не беспокойся, я понимаю, что ты шутишь.