Дайана Кобичер - Я влюблена

На прошлой неделе он встречался с нею каждый день. Они вместе ходили делать покупки к Рождеству, заворачивали подарки, купили небольшую елочку для квартиры Алекса. Он точно знал, что это было лучшее время, которое они когда-либо провели вместе. Они болтали, смеялись и день ото дня становились ближе друг к другу. Приглядываясь к Фан, Алекс видел в ее глазах любовь.

Или, может, он видел в них отражение своих чувств?

Проклятье! Почему жизнь такая сложная и запутанная?

Жаль, что он не мог упростить ее прямо сейчас, сидя в машине и уставившись на магазин Фанни. Алекс отвернул воротник пиджака и вышел под моросящий дождь.

Несмотря на поздний час, входная дверь магазина была не заперта. Фан говорила ему, что в этот вечер магазин закроется позже, и объяснила почему. Но этого оказалось недостаточно, чтобы подготовить Алекса к потрясению, которое он пережил, когда в девять тридцать вечера вошел в «Нидлз энд Пинз» и обнаружил, что магазин полон покупателей и все они — мужчины.

Идея устроить вечер покупок только для мужчин родилась у Фанни из-за жалоб ее покупательниц на подарки, которые им делают их мужья. Дело в том, что многие мужчины — невнимательные недотепы. Покупая женам новый кухонный комбайн, они думают, что максимально одаривают их заботой и вниманием. Между тем их жены хотели бы получить в подарок совсем другие вещи, выбрать которые мужчины в основном не способны. Поэтому за несколько недель до Рождества Фанни предложила женщинам отобрать предметы, которые они хотели бы получить в подарок, и записать их на карточках. А за неделю до Рождества вечером «Нидлз энд Пинз» открылся специально только для мужчин, которым Фан и предложила собранную ею картотеку с пожеланиями женщин.

Алекс задержался в дальнем углу торгового помещения, рассматривая покупателей. Их было около дюжины, но в стенах тесного магазинчика они казались настоящей толпой. Публика была самая разношерстная, о чем можно было судить по одежде — от элегантных костюмов до джинсов фирмы «Левайс».

Алекс видел, как Фан появилась из-за стеллажа с шерстяными изделиями. В руке она держала картотеку и что-то объясняла дородному строительному рабочему, который, видимо, цеплялся за каждое ее слово. Алекс постарался не привлекать к себе внимания. Он наслаждался, наблюдая за Фанни. Он не слышал ее, но это не уменьшало удовольствия смотреть на нее и знать, что она принадлежит ему. Эта женщина — его Фан.

По количеству телефонных звонков, принимаемых Нэнси, можно было понять, что вечер покупок только для мужчин оказался удачной и выгодной идеей. К тому же и очень изнурительной, подумал Алекс, видя, что уже другой покупатель приближается к Фанни за помощью. За двадцать минут, что Алекс находился здесь, она ни разу не передохнула.

— Вы разбираетесь в рукоделии?

Человек, обратившийся к нему, был ростом около шести футов, моложе двадцати пяти лет. Взглянув на его плечи, обтянутые легким спортивным свитером, Алекс готов был поспорить, что он весит как подъемный кран. И похож на рефрижератор с головой.

— Ваша жена разве не написала, что она хочет в подарок? — спросил Алекс, бросив взгляд на карточку, которую незнакомец держал в руке.

— Моя мама, — уныло уточнил молодой человек. — Она написала полдюжины вещей. Как узнать, какую из них она хочет?

— Ну, вероятно, любая из них подойдет.

Но Рефрижератор покачал головой.

— Вы не знаете мою маму. А я ее знаю. Здесь только одна вещь, которую она хочет, остальные пять ей даже не нравятся. Но если я выберу неправильно, она сделает вывод, что я ее не люблю.

Алекс сдержал улыбку, которая, он был уверен, могла не понравиться его собеседнику.

— Каким видом рукоделия занимается ваша мама? — решил он помочь парню.

— Не знаю. Что-то делает с материей при помощи шерстяных ниток. — Он подошел к полке и печально посмотрел на груду лежащих на ней ручных изделий. — Она всегда покупает что-то для поделок. Не знаю, куда все это она потом девает. Сколько подушек может поместиться в доме?

Алекс не мог ответить на его вопрос и поэтому только кивнул, желая выглядеть сочувствующим.

— A y вас есть мама? — спросил Рефрижератор, еще больше погрустнев.

— Да. Но она предпочитает играть в гольф и ухаживать за садом.

— Вам повезло! А как насчет жены? Она занимается рукоделием?

— Моя жена — владелица этого магазина, — ответил Алекс гордо.

— Правда? — На мгновение парень оживился, с интересом оглядывая ярко освещенный магазин. — Впечатляюще!

— Это она впечатляющая женщина, — заметил Алекс.

— По крайней мере, вам не надо ломать голову над тем, какую из этих вещей ей купить, — заключил Рефрижератор, вновь утыкаясь в помятую карточку.

Разговаривая, они незаметно приблизились к прилавку, и когда Алекс повернулся, то встретился лицом к лицу с Фанни, стоявшей позади него. В ее глазах было что-то странное, но, что именно, он не понял. Алекс хотел спросить, в чем дело, но в этот момент ее позвала Нэнси. Фанни быстро ему улыбнулась и повернулась к ней. Момент был упущен. Но этот взгляд еще долго стоял у него перед глазами.

Фанни смогла закрыть магазин только около одиннадцати. За весь вечер у нее не было ни минуты, чтобы перемолвиться с Алексом.

Моросящий дождик, шедший днем, к позднему вечеру превратился в ливень, и Фанни не возражала, когда Алекс предложил подвезти ее домой. Завтра воскресенье, магазин будет закрыт, поэтому с утра ей не понадобится ее машина, а в течение дня автомобиль можно будет забрать.

По дороге домой они почти не разговаривали. Алекс принял приглашение Фанни зайти на чашку горячего какао.

— Не самый бодрящий напиток, — заметила она, наливая горячее молоко в какао с сахаром.

— Я никогда не пил лучшего!

— Сомневаюсь. — Фанни улыбнулась. Она выглядела усталой, но счастливой.

Фанни прошла в гостиную, опустилась со вздохом на диван и принялась за какао. Она всегда любила пить какао в рождественскую непогоду, хотя температура воздуха редко опускалась ниже нуля. Однако на этот раз какао действительно идеально спасало от вечерней промозглости.

Алекс поставил свою чашку на журнальный столик, подошел к елке и зажег лампочки, вернув красавицу-ель к сверкающей жизни.

— Может, развести огонь?

Фанни заколебалась, вспомнив, что случилось в прошлый раз, когда он разжигал огонь в камине, но кивнула:

— Было бы хорошо.

Она наблюдала, как Алекс отбросил в сторону пиджак и галстук, расстегнул несколько пуговиц рубашки на груди, закатал рукава до локтей, затем присел на корточки у камина и скомкал газету для разжигания.