Дэй Леклер - Дерзкая затея

Справится ли она с этим? – сомневалась Тесс.

Разве она способна открыться совершенно чужому человеку, как Шейду? Это слишком личное, слишком сокровенное. И затрагивает те чувства, которые она подавляла почти десять лет. Он снова прочел ее мысли.

– Пора начать делиться с людьми своим опытом, Тесс. Пора рассказать о человеке, из-за которого ты оказалась на работе в «Альтруистике инкорпорейтед». Теперь тебе не нужно чувствовать себя виноватой.

Виноватой? Тесс освободилась от его объятий.

– О чем ты говоришь?

Шейд устало вздохнул.

– Все очень просто, Тесс. Ты осталась в живых, а Роберт умер. Он был невероятным человеком, ты сама говорила. Все любили его. Роберт не заслуживал смерти, он ведь так много мог дать другим.

Каждое слово было правдой!

– Да! Он не заслуживал смерти.

– А если бы Роберт был жив, чем бы он сейчас занимался?

Она застыла.

– Он… он…

– Работал бы в «Альтруистике инкорпорейтед»? Воздействовал бы на Неподдающихся своей врожденной добротой и мальчишеским энтузиазмом? Он говорил тебе, что собирается заниматься этим после окончания колледжа, верно, Тесс? Он говорил тебе, что собирается посвятить жизнь поискам лекарства от болезни, которую вроде бы победил? А когда она отняла его у тебя, ты взялась претворять его идею на практике?

Тесс поразила точность догадок Шейда, и от волнения она не сразу сумела ему ответить:

– Я не могла допустить, чтобы его мечта умерла вместе с ним.

– Конечно, не могла. Потому что ты такая же необыкновенная, как Роберт. В тебе та же прирожденная доброта. – Он приподнял ее лицо. – И хоть я и не могу сказать, что ты обладаешь мальчишеским энтузиазмом, в тебе есть женская одержимость, которая побуждает людей к действию.

– Она может не повлиять на Уолта Мура, – возразила Тесс.

– А что, если подействует?

Шейд был прав. Пора отодвинуть в сторону собственную боль и взяться за дело.

– Хорошо, я договорюсь о встрече.

– Я так и думал. – Шейд поцеловал ее. – Если смогу хоть чем-то помочь, говори.

Она с трудом улыбнулась:

– Когда буду падать, подхватишь?

– Всегда.

В этом слове было сладкое обещание. И еще что-то, чего Тесс не испытывала много лет. Оно пробуждало надежду.

– Давай, милая, пора. – Шейд поправил Тесс воротничок и убрал с ее лба огненный локон. – Согласно моим источникам, Уолт Мур каждый вечер бывает в парке. Всегда на той же скамейке, в одно и то же время. А это значит, что он вот-вот появится.

– Сомневаюсь, чтобы он был рад моему вторжению в его отдых, – проворчала она.

– Наверное, ты права. Но подозреваю, что это единственный способ встретиться с ним, ведь он ответил отказом на все твои просьбы. – Шейд взглянул на скамейку и увидел, что к ней подходит старый мужчина. – Вон он. Готова?

– Пожелай мне удачи.

Он не смог удержаться и, обняв Тесс, подбодрил поцелуем. Потом нехотя отпустил ее и слегка подтолкнул в направлении скамейки.

– Удачи, любовь моя, – бросил он ей вдогонку. – Будь с ним откровенной.

С взволнованной улыбкой Тесс удалилась. Шейду хотелось еще хоть чем-нибудь помочь, но, увы, ничего на ум не приходило. Она должна честно добиться своего повышения, и он не станет ей мешать.

Тесс прошла по свежескошенной траве и остановилась почти у скамейки, на которой сидел Уолт Мур. Глубоко вздохнув, она расправила плечи и провела руками по бокам. Кроме этого жеста она ничем не выдала, что волнуется.

Следующие несколько минут были решающими. Если Тесс будет дозволено высказаться, Шейд не сомневался, что она хорошо справится с делом. Он облокотился о высоченный клен и, скрестив на груди руки, внимательно следил за происходящим.

Вначале Уолт казался недовольным. Но не стал протестовать, когда Тесс присела рядом с ним. Медленно, пока она говорила, его манера держаться менялась. Печально опустив плечи, Уолт тряс головой, но слушал. И не отдернул ладонь, когда Тесс накрыла ее своей рукой. Спустя бесконечные десять минут старик встал. Он что-то сказал Тесс, что-то такое, что имело эффект пощечины. И ушел.

Шейд оттолкнулся от дерева и бегом бросился к ней. Она молча бросилась к нему в объятия.

– Ты сделала попытку, – тихо произнес Шейд.

– Пожалуйста, отвези меня домой.

Он не стал задерживаться. И уже через несколько минут она сидела в его «ягуаре». Его встревожило то, что за всю дорогу она не проронила ни слова. Поставив машину около ее дома, он зашел вместе с ней.

Она захлопнула за собой дверь и бросила сумку на столик в прихожей.

– Рассказ о Роберте ничего не изменил. Уолт сказал, что будет горевать по-своему, а разбрасывание денег на какую-то благотворительность жену ему не вернет.

– Он может изменить свое отношение, когда обдумает то, что ты говорила, – возразил Шейд. – Люди к тебе прислушиваются, дорогая. Даже если он откажет и в следующий раз, когда ты к нему обратишься, он все же выслушает тебя. И в один прекрасный день ты добьешься понимания, потому что Уолт признает твою искренность и ему станет ясно, что надо действовать, а не горевать.

Его слова могли бы произвести на Тесс сильное впечатление, если бы она не чувствовала, что проиграла.

– Спасибо, что проводил меня, – сказала она официальным тоном. – Не стану тебя задерживать.

Внезапно Шейд без предупреждения подхватил ее на руки. Тесс даже в голову не пришло отбиваться. Она обвила руками его шею и крепко обняла Шейда.

– Что ты делаешь? – спросила она с впечатляющим спокойствием.

– Поймал тебя. – Шейд завладел ее ртом в быстром, страстном поцелуе. К его радости, она тут же расслабилась. – Успокойся, ты не упала, а только чуть-чуть оступилась. Но ведь я обещал быть рядом. А ты пыталась выставить меня, чтобы зализать раны без свидетелей.

Тесс стрельнула глазами из-под ресниц.

– Я так понимаю, что этому не бывать?

Он сжал ее покрепче.

– Ни в коем случае.

– Что ж, слушай последний приказ. Неси меня в мою святая святых. – Тесс махнула рукой в направлении лестницы, ведущей к ее спальне. – Это там, если ты не забыл.

– Я не забыл. – Шейд приподнял бровь. – А что я должен делать, когда принесу? Уходить?

Она покачала головой.

– Боже, нет! Ты должен заняться со мной дикой, безумной любовью.

Шейд дошел до лестницы и поставил Тесс на ноги. Его руки еще держали ее в кольце, но нахмуренные брови говорили о том, что он не совсем потерял голову.

– Это плохая идея.

– А по-моему, отличная, – возразила она.

Он нахмурился еще больше.

– Зачем, Тесс? Это потому, что ты расстроена? Возникла потребность в мужчине?

– Потребность в мужчине, говоришь? – задохнулась от возмущения Тесс, уставившись на него.