Ли Уилкинсон - Реванш

Через несколько секунд вбежал Петер. Взяв Бэл за руку, он восхитился:

– Ты выглядишь потрясающе!

Обняв его, она опустила вуаль и, взяв букет, под руку с отцом направилась к украшенной белыми лентами машине.

Церковь оказалась маленькой и очень симпатичной, солнечный свет, лившийся через красивые витражи, освещал узоры на спинках скамеек и потертый красный ковер. Свежие цветы и негромкие звуки органа создавали праздничную атмосферу.

Подружка невесты, оказавшаяся стройной брюнеткой в простеньком платье цвета шампанского, неуверенно крутилась неподалеку, а Эндрю с шафером ожидали Бэл на ступеньках возле алтаря. Бэл заметила, что он красив как бог в легком костюме, белоснежной рубашке и с гвоздикой в петлице.

Преподобный Джон Блэкторн, высокий лысеющий мужчина, приветствовал их улыбкой, затем, окинув собравшихся взглядом, начал привычную церемонию.

Все шло как по маслу. Подружка невесты забрала у Бэл букет, и Бэл надела широкое золотое кольцо на палец Эндрю.

Когда документы были подписаны, викарий возблагодарил Господа, и они сделали несколько фотографий. После чего Эндрю помог невесте сесть в машину.

Не считая коротенького поцелуя в конце церемонии, он почти не смотрел на нее, а по пути вообще не сказал ни слова. Растерявшись от его отчужденности, она тоже промолчала до Данбертон-стрит.

Когда они подъехали, остальные уже поджидали их. Петер поцеловал дочь, пожал руку новоиспеченному зятю и сердечно произнес:

– Давайте пройдем к столу и отдадим должное обильному угощению миссис Пиггот.

Едва успел он провести их на солнечную террасу, как зазвонил телефон.

Экономки нигде не было, поэтому стоявшая ближе всех Бэл взяла трубку.

– Петер? – произнес знакомый голос. – Я, как вы просили, занялся проверкой. Но сразу все не распутать, надо побольше времени…

Бэл стояла как вкопанная, когда появился отец.

– Хармен? – догадался он.

Она кивнула. Взяв трубку из ее дрожащих пальцев, Петер какое-то время слушал, после чего сказал:

– Я уже говорил с Харгривзом, он хочет просмотреть наши записи. С моего согласия он пошлет к нам одного из своих бухгалтеров…

Даже не глядя в сторону Эндрю, стоявшего возле окна, Бэл прекрасно знала, что он прислушивается к разговору.

– Он, наверное, вот-вот подъедет. Да… покажите ему все, что он захочет посмотреть. Я сам тоже приеду попозже… – Положив трубку, Петер жизнерадостно объявил: – А теперь шампанское!

Двигаясь как автомат, Бэл последовала за отцом на террасу и взяла бокал с игристым вином. Она была потрясена и испугана, мысли путались в голове.

Недаром показался ей когда-то знакомым голос, звонивший Эндрю. Тот голос принадлежал Хармену. Теперь она была уверена.

А когда она спросила Эндрю, знает ли он их секретаря, он ответил, что нет…

Он лгал!

Теперь все выстраивалось в единую картину. Тогда, перед первой их встречей в ресторане, именно Эндрю сидел с Харменом за столом. Вот почему ей всегда казался таким знакомым его затылок.

У Бэл пересохло в горле. Зачем ему потребовалось общаться с Харменом? Что он замышлял? Ужас сковал ее, и сердце бешено забилось. Кто стал ее мужем? Подлый лгун, которому нельзя доверять?

Глубоко вздохнув, она попыталась успокоиться. В прошлый раз сомнения в его нравственности развеялись довольно быстро. А как насчет его деловой морали?

Она вспомнила, что говорил отец: «…его деловая репутация безупречна… все сходятся в том, что он справедлив и честен…»

Если это правда, значит, должно быть какое-то безобидное объяснение его знакомству с Харменом.

Сделав еще одну попытку перебороть собственные страхи, Бэл твердо сказала себе, что это день ее свадьбы и непозволительно портить его. Пока она не поговорит с мужем с глазу на глаз, лучше забыть о своих подозрениях…

Подняв глаза, она встретилась с ним взглядом и, испытав небольшой шок, поняла, что все это время он держал ее под наблюдением, видимо стараясь проникнуть в ее мысли.

Отведя от нее взгляд, Эндрю сосредоточил свое внимание на Петере и обыденным тоном произнес:

– Самое время как следует познакомить вас с моим сводным братом. Бэл… Петер… Это Джонатан Филе.

Бэл стояла как вкопанная, пока Петер уточнял:

– Сын Конрада Филе?

– Совершенно верно.

Эндрю говорил, что его мать вышла замуж второй раз за лондонского бизнесмена, но скрыл тот факт, что ее вторым мужем был Конрад Филе.

Петер тоже был поражен.

– Какой сюрприз! – изумился он и, обращаясь к Джонатану, добавил: – Я очень расстроился, когда узнал, что ваш отец и мачеха погибли во время пожара в том отеле.

– Да, это большое горе – потерять сразу обоих, – признал Джонатан.

Он был молод, не больше двадцати одного – двадцати двух, с узким лицом и умными голубыми глазами. Пожав протянутую Петером руку, он вопросительно взглянул на Эндрю.

– Не возражаешь, если я поцелую невесту?

– Пожалуйста.

Коснувшись губами застывшей щеки Бэл, Джонатан заметил:

– Эндрю повезло.

– Спасибо, – она все-таки сумела выдавить улыбку.

Петер, нахмурившись, возмущенно спросил у дочери:

– Почему ты мне не сказала, что Эндрю – пасынок Конрада?

Находясь в таком состоянии, словно ее сбил автобус, Бэл ответила:

– Меня об этом не проинформировали.

Джонатан взял за руку симпатичную брюнетку, стоявшую рядом с ним.

– А это моя жена. Пенни. Мы тоже поженились совсем недавно…

Краем уха прислушиваясь к разговору, Бэл пыталась прийти в себя после очередного удара.

Что за игру затеял Эндрю? Всего несколько дней назад он интересовался ее мнением о Конраде Филе, но ни слова не сказал о том, что является его родственником. Почему он хранил это в секрете? Хоть он и весьма непростой человек, трудно себе представить, чтобы он делал это развлечения ради. Должна быть какая-то серьезная причина…

И почему он решил раскрыть свой секрет именно в день свадьбы?..

С такими мыслями Бэл делала вид, что поглощает пищу. Она даже умудрялась улыбаться и иногда как ни в чем не бывало участвовать в разговоре.

Наконец она с облегчением услышала слова новобрачного:

– Если мы хотим успеть в аэропорт, то тебе пора идти переодеваться.

– Помочь? – робко предложила Пенни.

– Да, пожалуйста, – улыбнулась Бэл девушке, которой на вид было чуть больше восемнадцати, и, оставив мужчин за разговором, повела ее в свою комнату.

Пока Пенни помогала ей освободиться от шуршащего свадебного платья и надеть коричневый шелковый костюм, Бэл заметила:

– Джонатан сказал, что вы не так давно поженились?..

– Всего месяц назад, – покраснела Пенни.