Клэр Клэр - Второй жених

— А почему нет? — Это была уже бесконечная наглость. Но Келли тоже не стала в ответ на этот вопрос бросать трубку, чтобы он не догадался, что его удар попал в цель. Билл помолчал, потом медленно, еще более нагло спросил: — Ты что, боишься?

Боится? Да, она его боялась. Боялась, что он поймет, что она все еще любит его. Боялась, потому что он наверняка знал, что если она проведет с ним несколько часов и он пустит в ход все свое обаяние, то очень скоро окажется, что на самом деле Келли совсем не так к нему холодна, как стремится показать.

— А чего мне бояться? — спросила она и, не дожидаясь его разъяснений, беззаботно рассмеялась: — Господи боже, Билл! Уже почти пять часов вечера! Ты что, серьезно думаешь, что ты первый приглашаешь меня сегодня?

Он заслужил пятерку за сообразительность, потому что немедленно откликнулся:

— Что, у тебя на сегодня уже назначено свидание?

— Знаешь, у меня оказалось совсем немало поклонников, — легкомысленно сообщила Келли. — Кстати, тебе тоже стоит обзавестись подружками, если скучно одному. Чтобы не приходилось звать меня на ужин всякий раз, когда не с кем пойти в гости.

— А кто он? — Вопрос был быстрый и резкий, но говорил Билл совершенно серьезно.

Ее потрясло, что он имеет наглость считать, что может задавать подобные вопросы.

— А это уже тебя не касается! — резко одернула она его и не удержалась, чтобы не добавить: — Одно могу тебе сказать, Билл: этот человек не накормит меня подлой ложью, ему я могу доверять полностью и абсолютно!

Странно, почему-то она не почувствовала ни триумфа, ни радости после такого разговора. Келли вообще жалела, что Билл позвонил и нарушил ее покой. Ей даже казалось, что она некрасиво поступила, растравив его рану, хотя в понедельник, после тех событий, он честно признался, что чувствует себя подлецом.

В понедельник, еще не зная, стоит ли ей здороваться с Биллом или нет, Келли пришлось невольно ему ответить, когда он первый се окликнул:

— Доброе утро, Келли! Приятно провела выходные?

— Доброе утро, — отозвалась она, надеясь, что улыбка, невольно засиявшая на ее лице, будет принята не за радость видеть его снова, а за счет приятно проведенного уик-энда. — Отлично! — вырвалось у нее. И она заметила, как его взгляд невольно скользнул на ее губы.

Потом Билл нахмурился, поднял голову и посмотрел ей в глаза.

— Что ж, будем надеяться, что вы не слишком утомились от бурного отдыха и справитесь с работой, — ядовито заметил он.

— Это нечестно! — выпалила Келли. — Когда это я не справлялась с работой? Даже тогда, после… — Она запнулась и замолчала, закусив губу, чтобы не сказать лишнего.

Но тут увидела, что Билл все понял. Выражение его лица изменилось, и он подошел к ней.

— Даже после того, как я вас так оскорбил и унизил, что вы весь день и всю ночь прорыдали, — негромко проговорил он с сочувствием. Затем поднял руку и нежно погладил ее по щеке. Это нисколько не укрепило ее решимость сопротивляться до конца. — Да, правда, я сказал это от злости, прости меня, Келли. Но…

Внезапно дверь открылась, и они разом обернулись, Келли быстро отодвинулась от Билла, и он так же торопливо отнял руку от ее лица.

— Мистер Макгаурен! — воскликнула она, забыв про свои чувства и очень обрадовавшись при виде бодрого и загорелого Дональда Макгаурена, который стоял перед ними и улыбался.

— Что, никак неймется? Не можешь оставить работу в покое? — Билл пошел ему навстречу и тепло пожал руку. — Когда ты приехал?

— Вчера, — ответил Дональд. — Так, просто решил заглянуть ненадолго, посмотреть, как идут дела и все ли готово к праздничным торжествам в среду. — Келли подумала: как странно, что она уже не будет здесь работать, когда будет отмечаться пятьдесят лет фирмы.

Тут Дональд повернулся к ней и спросил:

— Ну, как новый председатель? Не очень тебя замучил?

Она замялась, не в силах сразу придумать ответ, и вместо этого искренне произнесла:

— Рада вас видеть.

Дональд просиял. Потом они с Биллом прошли в кабинет, и дверь за ними закрылась — в первый раз с тех пор, как в этот кабинет вселился новый начальник.

Если бы Дональд не появился так внезапно, Келли даже не задумалась бы, идти ей или не идти на юбилей, — там будет такое количество народа, что никто и не хватится ее отсутствия. Но когда она снова увидела старика и вспомнила счастливые дни их совместной работы, как по-родственному он к ней всегда относился, то почувствовала в сердце непрошеную горечь, И подумала: а вдруг Дональд, к которому она успела искренне привязаться, будет огорчен и обижен, если заметит, что ее нет на юбилее?

Она тихо занялась текущей работой, часы тикали, Дональд с Биллом сидели в кабинете уже больше часа. Конечно, им есть что обсудить. Наверное, в основном речь идет о делах фирмы, текущих заказах и других деловых вопросах. А может, Дональд рассказывает Биллу, как провел отпуск…

Келли уже начала подумывать, не предложить ли им кофе или лучше подождать, пока Билл сам позвонит и скажет ей об этом, как дверь кабинета открылась и оба вышли. Билл пошел вежливо провожать дядю к двери. Келли подняла глаза, когда Дональд подошел к ее столу, и улыбнулась.

Но улыбка исчезла с ее лица, когда Келли увидела, как старик смотрит на нее. У нее даже мелькнула мысль, что Билл сказал ему, что она оказалась самой ужасной секретаршей на свете. Потому что в глазах Дональда была такая боль, что она поняла — речь шла о ней.

Помолчав, он произнес:

— Келли, девочка моя, что я могу сказать? Даже не знаю, как возместить тебе все это?

— Возместить… что? — Она не понимала, о чем он говорит.

— Билл мне все рассказал, почему ты разорвала помолвку со Скоттом, — печально объяснил он.

— Рассказал?! — воскликнула Келли, метнув возмущенный взгляд на Билла. — Как вы могли? — сурово спросила она его и увидела по полному отсутствию раскаяния на его лице, что очень даже мог.

Дональд снова заговорил, стараясь ее успокоить:

— Если бы Билл еще до отъезда поделился со мной своими сомнениями, я сразу ему сказал бы, что достаточно хорошо знаю тебя, чтобы не сомневаться, что ты не бросила бы Скотта, не будь у тебя на это очень серьезных причин.

— О, мистер Макгаурен! — воскликнула Келли, тронутая тем, что старик такого высокого о ней мнения. Но вскоре выяснилось, что она рано радовалась, — Билл успел поделиться с дядей не только этим.

— Билл мне еще рассказал про свой дьявольский план, что он хотел отомстить тебе за то, что Скотт оказался в больнице…

Келли покрылась пунцовой краской. Она больше не могла смотреть в глаза Дональду. А на Билла смотреть не хотела. Как он мог рассказать дяде про то, что было между ними?! Совершенно невыносимое чувство, что ее снова, в который уже раз, предали и выставили на посмешище, грозило разорвать сердце Келли на клочки.