Снежное место, как дом - Лора Павлов

Голди знала, насколько все плохо, — мы всегда были близки. И она была единственной, перед кем мне не было стыдно открываться.

Но втягивать ее в это? Никогда.

Говорить — одно, подвергать — другое.

— Спасибо, брат. Я просто рад, что ты здесь. Никого другого я не хочу видеть рядом с собой на церемонии, — сказал он и хлопнул меня по плечу.

Холли наклонилась вперед:

— Надеюсь, меня ты тоже хочешь видеть там?

Он рассмеялся и поцеловал ее в макушку:

— Конечно.

— И спасибо, что заказал нам машину на выходные. Так спокойнее ехать по снегу, — сказала Холли и нажала на очередную кнопочку на его костюме. На груди Джека загорелось еще больше огоньков.

Клянусь, эти двое созданы друг для друга. Они были вместе со старшей школы, и это была чистая, сияющая любовь.

Они часто приезжали ко мне в Лос-Анджелес — в Диснейленд или на футбол. Они были для меня семьей, чем друзьями и праздновать их праздники было легко.

— Без проблем. Всегда рад.

— И спасибо, что устроил такой спокойный мальчишник. Я до сих пор не могу поверить, как ты это провернул, — сказала Холли, когда мы свернули на Мэйн-стрит.

— Этот парень не хотел стриптиза — ему подавай футбольный матч и стейк, — засмеялся я. Джек был не таким, как большинство женихов. Я побывал на множестве мальчишников, которые были совсем не скучными, но он был другим. Самым верным из всех, кого я знал.

— Ты превзошел все ожидания, — сказал Джек. — Ты всех ребят привез в Нью-Йорк, снял огромный дом, купил билеты на игру. Это было лучше, чем я мог мечтать.

— Я шафер. Это моя работа. И мне нужно было конкурировать с Голди. Она организовала чертов круиз Диснея для Холли и ее подружек.

— Ну конечно. Это же Голди, — сказала Холли. — Она лучшая подружка невесты на свете.

— Она прислала мне кучу фото, хвастаясь, что я никак не смогу переплюнуть ее праздник, — хмыкнул я. — Так как она? То есть… как она на самом деле? — спросил я, когда мы заехали на парковку.

— Прошло уже несколько месяцев, и она занята открытием ветклиники. Вроде держится, — пожал плечами Джек. — Но уверен: после того, что сделал тот урод, доверять ей будет сложно.

Холли покачала головой:

— Не думаю. Она недавно ходила на свидание. Кажется, она готова двигаться дальше. Она давно не казалась счастливой с Джошуа.

Я бы подписался под каждым словом.

Стук в окно машины заставил меня обернуться и увидеть, как Голди и Поппи машут нам через стекло, а вокруг них падают снежинки.

Мы вышли, и я сразу заключил Голди в объятия.

— Привет, Санни. Самая красивая олениха, какую я видел. — Я был одним из немногих, кому она рассказывала свое второе имя, и прозвище я придумал еще в детстве.

Она засмеялась и запрокинула голову:

— А ты неплохой актер, если учесть, что мое пальто скрывает почти весь костюм.

— Коричневые Чаксы и рога — прекрасный штрих, доктор Джейкобс, — сказал я, потому что не видел ее с тех пор, как прилетал на ее выпускной из ветшколы. И ей это шло.

— Я никак не привыкну к этому, — она отступила назад, закрывая ладонями нос и рот — на улице было чертовски холодно.

— Так, так, так, — сказала Поппи Питерс, вечно язва. — Самый большой плейбой Голливуда во плоти.

«Плейбой Голливуда» — громко сказано. Несколько лет назад — возможно. Но не сейчас.

— На самом деле не во плоти — я в зеленом меховом костюме, — заметил я, не отрывая взгляда от Голди.

— Пошли внутрь, замерзли уже. И не забудьте выйти на танцпол, когда нас позовут, — сказал Джек, и они втроем побежали к дверям.

Я сильнее обнял Голди, чтобы согреть, и мы пошли бок о бок.

— Ты готова? — спросил я с усмешкой.

— Готова слушать расспросы о Джошуа? Не особо. Но переживу, — сказала она, пытаясь звучать легко. Но я-то видел — волнуется.

Я остановился:

— Чертовски верно. Ты же Голди Саншайн Джейкобс.

— Опять ты за свое, — сделала она вид, что раздражена, хотя улыбалась во весь рот. Я давал ей такие напутствия еще в школе.

— Скажи всем, что твой бывший — придурок, и пусть отвалят со своими вопросами. А если не хочешь говорить — я скажу.

Ее сапфировые глаза смягчились. Нос покраснел от холода. Из-под капюшона-оленя выбивались пряди светлых волос, а рога торчали вверх. Она прикусила нижнюю губу и кивнула:

— Ты собираешься бить каждого, кто надумает меня задеть, Эйс?

— Всегда, — сказал я, и она обхватила мою руку. Мы вошли внутрь.

И это была чистая правда.

За эту девчонку я бы прошел сквозь огонь.

Внутри царил полный хаос. Голди тут же увели помогать Холли, а Сьюзи и Джо Джейкобс принялись знакомить меня с людьми, которых я и так знал, выставляя меня напоказ, словно гордые родители.

Но каждый раз, когда я оглядывал зал и я ее видел.

Санни.

Мой взгляд всегда находил ее в любой толпе. Так было всегда, сколько я себя помню.

И, похоже, ничего не изменилось.

Глава третья

Голди

На репетиционном ужине было человек тридцать пять, и почти каждый, кто не относился к нашей ближайшей семье, успел спросить про Джошуа. Я вымоталась, пытаясь отвечать как положено. Эйс держал слово и раз за разом вмешивался, ловко переводя разговор так, что никто не успевал обидеться.

У него в этом талант.

Наверное, дело в зеленых глазах, темных волнистых волосах и широких плечах, которые сбивали людей с мысли.

В нем было все и он умел убеждать.

Мы только что закончили ужин, и по настоятельной просьбе брата мы с Поппи стояли рядом с танцполом — они собирались представить какой-то «большой сюрприз».

К нам направился начальник моего отца, Гарри.

— О нет, приближается, — прошептала Поппи мне на ухо.

Он уже подходил к нам раз пять в своем костюме: слишком узкий бежевый спортивный костюм и проволочка на голове с подвешенной веточкой омелы.

Да, Гарри, который был старше нас лет на тридцать, пытался поцеловать и меня, и Поппи, и вообще каждую женщину на этом ужине. Он протянул нам по карамельке с мятой, как и перед ужином:

— Леди, кажется, у вас появляется шанс постоять под омелой.

Мы с Поппи взяли по красно-белой конфетке и сунули в рот, но под омелу лезть не собирались.

— Третье предупреждение, и ты выбываешь, Гар-Мишка, — сказала Поппи. — Я же сказала, чувствую, что заболеваю. Никаких поцелуев под омелой сегодня.

У Гарри были очень