На пересдачу, Кэсси Рок! Вторая попытка - Ольга Ярошинская

на что жалуемся, Кэс-с-си? — просвистел доктор Шменге, направляя на меня круглый торшер.

Видимо, это у него отработанный приемчик: слегка ослепить пациента, чтобы тот не заметил лишнего. Вздохнув, я уселась на стул.

— Даже не знаю, с чего начать, — честно призналась я.

— Что у вас болит? — заботливо спросил он.

Болела душа. За погибшего мастера Гроува, за несданный зачет, даже за доктора немного — стоило вспомнить, как лежал он, такой одинокий, на старой могилке. Так что я решила рассказать все с самого начала: как я трезво оценила вероятность сдать зачет по боевке и запустила древний артефакт.

Доктор Шменге оказался превосходным слушателем: он не перебивал меня и не насмешничал, напротив — всем своим видом выражал внимание. Он вскидывал брови, покачивал головой, складывал губы трубочкой и кивал. Когда понял, что я знаю его маленький секрет, уселся в кресло и взялся за вязание. Мерное постукивание спиц убаюкивало, так что я сумела спокойно рассказать о смерти мастера Гроува. И даже вкратце обрисовала план, в котором доктору Шменге отводилась главная роль.

— Это с-совершенно ис-сключено, — ответил он. — Я бы с радостью помог вам, Кэсси. Но ваш Гроув меня попросту грохнет! А у меня жилет недовязанный, книжка недочитанная, да и в целом я достиг некоего душевного равновесия в с-своей жизни и не готов добровольно с нею проститься.

Я помолчала, а потом улыбнулась, осознав главное — доктор Шменге мне поверил!

— Я с-сильно сомневаюсь, что анализ крови что-то подскажет, — продолжил он, и спицы сердито стучали. — Ваш боевик наверняка здоров как лось. Нет такой тахикардии, при которой с-сердце из груди выламывается. Болезни тут ни при чем.

Я вздохнула, признавая его правоту.

— Вам надо выяснить больше о самом мастере Гроуве, — посоветовал доктор. — Узнать его тайны. Вот как в моем с-случае. Чтобы он поверил вам и сам избежал насильственной смерти. Не впутывая ни вас, ни меня.

— Он ничего мне не говорит, — пожаловалась я. — Держит оборону.

Доктор Шменге снисходительно усмехнулся.

— На то он и мастер боевых искусств. К с-слову, отчего вас так тянет на боевой факультет?

Я рассказала и об этом: о смерти отца, новом браке матери. О том, как стремительно утекает наследство в сомнительные проекты ее нового мужа. Кое о чем все же умолчала — стыдно. Однако внимательный взгляд доктора будто пронзал меня насквозь.

— Так может, лучше решим эту проблему? — предложил Шменге. — Да, студентов боевого факультета признают дееспособными во избежание юридических проблем и исков со стороны родственников — бывали прецеденты. Но мы можем сделать это для вас в индивидуальном порядке. Был у меня отличный юрист, жаль, умер лет тридцать назад. Однако я легко могу ссудить вас деньгами.

— Я не хочу брать в долг, — отказалась я. — Неизвестно, что останется от наследства, да и вообще…

— Тогда предлагаю с-совместный проект к нашей обоюдной выгоде, — не растерялся доктор. — Вы сделаете за меня ставку на Хромулю. Выигрыш пополам. Отличная с-сделка.

— А Гроув?

— А что Гроув? — доктор Шменге отложил вязание и участливо на меня посмотрел. — Знаете, Кэсси, с-смерть, она неизбежна. В определенный момент жизнь заканчивается, и иногда с этим надо просто с-смириться…

— Да что вы говорите, — язвительно произнесла я. — Смириться? А ведь это из-за вас убийцу так и не найдут! Это вы раз за разом пишете фальшивый отчет о несчастном случае! Боитесь подставить Альберта Фореста? Или опасаетесь за свою жизнь, которая вообще-то давно закончилась? Между прочим, вы подвергаете опасности других людей. То, что убило мастера Гроува, останется на свободе.

— Но что я могу с-сделать? — обиженно спросил Шменге. — Анализ крови? Хорошо. Если вы добудете кровь Гроува, я все вам с-скажу. Только с-сомневаюсь, что нехватка витамина дэ или разбалансированная щитовидка могли привести к подобному финалу.

— А что, если устроить медосмотр для преподавателей? — озарило меня. — Организовать ложную эпидемию?

— Это займет время. И я бы предпочел обойтись без личного контакта с прославленным боевиком.

— Значит, добыть кровь мастера Гроува? — задумчиво переспросила я.

— Достаточно нескольких капель. Чайную ложечку. Или хотя бы испачканный кровью платок. Но я бы на вашем месте сосредоточился на иной задаче. Узнайте его с-секреты.

— Как?!

— Используйте свое женское обаяние, — невозмутимо посоветовал Шменге. — Я уж два века как вышел из этой игры, но, Кэс-с-си, вы легко уложите мастера Гроува на обе лопатки, если только попытаетесь.

— Да вы его не знаете! — возмутилась я. — Я переживала из-за его скорой кончины, а он решил, что я его соблазняю. Ради зачета. Представляете, какой козел?

Доктор Шменге тонко улыбнулся и, вновь взявшись за вязание, вкрадчиво произнес:

— Так может, мас-стер Гроув принял желаемое за действительное?

* * *

Выяснилось, что доктор Шменге внезапно осведомлен о планах мастера Гроува на сегодняшний вечер:

— Берти отправит его на яблочный бал, — рассказывал он, и спицы снова стучали, вывязывая ровные зеленые петельки. — Кто-то должен с-следить за порядком. Несколько преподавателей всегда присматривают за с-студентами, но без драк не обходится. Мастер боевых искусств будет кстати. Тебе надо сходить туда, Кэсси.

— И что дальше? Вешаться на шею мастеру Гроуву? — фыркнула я.

— Ни в коем с-случае! — категорично заявил Шменге. — Нет, он не должен подозревать, что за ним идет охота. Все с-совсем наоборот. Ты должна с-стать его целью.

— Да плевать он на меня хотел! — воскликнула я. — Он готов костьми лечь, только бы отправить меня куда подальше!

— Ты с-сама с-себя с-слышишь? — просвистел доктор. — В твоих словах явное противоречие. То ты говоришь, что ему все равно, то он из кожи вон лезет. Нет, Кэс-с-си, если бы он был к тебе равнодушен, то давно бы поставил зачет и махнул рукой.

— И что же мне делать? — совсем растерялась я.

— Надень что-нибудь облегающее, — посоветовал Шменге. — Красное. Танцуй, веселись, кокетничай. Пусть вокруг тебя вьется хоровод из парней. А твой Гроув стоит и смотрит, и чувствует себя дураком. У боевиков обычно инстинкты на максимуме. В душе он охотник, как и всякий мужчина. Он захочет получить главный приз. Вот чем ты должна стать этим вечером.

— А потом?

— Потом дай ему шанс-с. Покажи, что у него есть возможность выиграть. Но не с-сдавайся сразу. Я, если хочешь знать, не одобряю с-современной распущенности молодежи. Вот в наше время…

— Надо выяснить, что произошло у него на службе, — перебила я ностальгические воспоминания Шменге. — Говорят, Гроува уволили из-за какого-то дела. Что-то там с нечистью высшего ранга. Может, ректор в курсе?

— Уверен, в бумагах все чисто, — сказал доктор. — Иначе бы все уже знали. Но и на балу ты вряд ли что выяснишь. Шум, гам, музыка… Пусть