Букет фрезий (СИ) - Елена Елина

за мужчина рядом с ней? Близкий друг? Муж? Хотя, какое мне дело?

Вскоре поезд тронулся и я вспомнил, что занятый делами, весь день ничего не ел. Надо в вагон-ресторан сходить. Накинув капюшон, вышел в коридор. Перейдя в соседний вагон, увидел занимательную картину. Около одной из дверей стояли двое парней. Судя по костюмам и бритым затылкам — телохранители. Что они там делают?

За спиной одного из них я увидел девушку, которую держал за ворот джемпера мужчина лет пятидесяти и явно против ее воли тянул в купе.

— Отпустите девушку, — произнес я неожиданно для себя. Может и не стоило вмешиваться, но они мне пройти мешают!

Ближний ко мне охранник повернулся и буквально послал меня. Я этого не люблю! И если раньше еще был шанс, что я пройду мимо, то теперь уже принципиально так это дело не оставлю.

— Отпустите девушку, — снова повторил я. Мужчина замахнулся… Раз! И он уже отдыхает на полу. Уличное воспитание — страшная сила. От движений капюшон упал, открывая моё лицо.

Второй охранник, видимо, решил отомстить за напарника и бросился ко мне. Что ж, большие шкафы громко падают. И этого научим. Я приготовился дать отпор, как неожиданно вмешалось начальство.

— Стой, — и охранник замер. Мужчина отпустил девушку, отправил охранников в соседнее купе, и ушел следом, пробормотав что-то про уважение и оставив мне визитку, которую я не глядя сунул в карман. Выброшу потом. Значит, узнал. Иногда популярность помогает. Как сейчас, например.

А вот девушка меня не узнала, спросив, знакомы ли мы с ушедшим мужчиной. Я видел, что ей не хочется оставаться одной, да и мне не хотелось ужинать в одиночестве. Нацепив самую обворожительную улыбку, пригласил ее составить мне компанию. А она согласилась. Заперла купе. Странно, я думал такие ключи только у проводников бывают. И как же соседи?

Незнакомка пошла вперед, а я невольно залюбовался ее тонкой шеей, взгляд скользнул вниз… Под облегающими джинсами, кажется, прячется отличная фигурка!

Придя в вагон-ресторан и сев за столик, я заказал ужин, незнакомка же ограничилась кофе. Теперь я смог рассмотреть ее лицо. Четко очерченные брови, слегка раскосые темные глаза, густые ресницы, заостренный подбородок — ее смело можно назвать красавицей. Не яркой, не броской, просто классически красивой.

Подошедшая официантка попросила автограф. Я привык к популярности, и, не задумываясь, расписался на каком-то блокноте. Незнакомка с удивлением смотрела на меня и спросила, не звезда ли я.

— Я - Руслан Баюнов, — просто сказал я. Даже если меня не узнавали в лицо, то стоило мне назвать имя, как сразу следовало: 'Правда? Тот самый?' Девичьи глаза загорались, и оставалось только поманить. Но девушка, сидящая напротив, ничего не сказала. Ей и мое имя ничего не говорило? Хм… Удивительно…

— Я игрок 'Ястребов' и сборной. Волейболист, — пришлось уточнить. Вот теперь дело сдвинулось. Она о чем-то поразмышляла и с улыбкой призналась, что спорт для нее ограничивается тренажерным залом. Я пытался предположить, чем же занимается она, но к ее ответу оказался не готов.

— Я - адвокат, — просто сказала незнакомка. В целом, это вязалось с ее серьезным видом, с неспешной уверенностью в действиях. Да и ее классическая красота…

Наверное, не стоит спрашивать, как такая девушка стала адвокатом. И я решил пошутить.

— Тогда почему это я вас защищал, а не вы меня? — с улыбкой спросил я.

Незнакомка рассмеялась, отчего в уголках рта собрались милые морщинки, которые захотелось поцеловать. А я вдруг понял, что так и не спросил ее имени. И только я собрался это сделать, как девушка произнесла:

— Предлагаю немного нарушить спортивный режим — взять бутылочку и посидеть в более теплой обстановке, в моем купе.

Что ж, красивые девушки мне и не такое предлагали. Разве могу я отказаться от такого заманчивого предложения — провести несколько приятных часов в такой хорошей компании. Согласно кивнув, решил уточнить:

— Что возьмем?

Я-то ожидал взгляда в пол, зарумянившихся щечек, тихого полушепота:

— Шампанского…

Но вместо этого услышал:

— Я буду коньяк.

О! Кто-то хочет меня напоить и… Я оценивающе взглянул на девушку. А она — хороша! Как говорится: желание дамы — закон. Пройдя к буфету, попросил бутылку коньяка.

— И плитку темного шоколада, — произнесли мы хором и заулыбались, переглянувшись.

— А одна знакомая меня извращенкой называет, — заявила моя спутница, ожидая пока я расплачусь. — Говорит: кааньяк и лииимон — это клааассика, — она явно кого-то передразнивала, ее голос стал чуть ниже, протяжнее, в нем появились 'блондинистые' нотки. Воображение сразу нарисовало гламурную блондинку в розовом, с большим бюстом и силиконовыми губами, я усмехнулся. Мне такие никогда не нравились.

Забрав купленное, мы отправились в купе незнакомки. Она открыла дверь своей отмычкой и пригласила войти.

— А соседи? — я понял, что девушка едет одна, но все же решил уточнить.

— Ненавижу соседей, — она поморщилась, — я всегда выкупаю оба билета.

— Красивая девушка может себе позволить маленькую прихоть, — с 'подколкой' бросил я.

— Маленькую дорогую прихоть, — блокировала она мою подачу.

Мы сели за столик друг против друга. Пока я открывал коньяк и разливал его (ровно столько, чтобы хватило на один небольшой глоток) по пластиковым стаканчикам, купленным все в том же вагоне-ресторане, незнакомка ломала шоколадку. И не просто по линиям, а каждую плиточку еще на четыре кусочка. Именно так, как нравилось мне — ровно столько, чтобы набрав в рот и покатав на языке янтарный напиток, сделать глоток, а потом ощутить горечь шоколада.

— Давай сразу на брудершафт? — предложила она, взяв стаканчик.

Вот это я называю деловая хватка! Эта девушка нравилась мне все больше и больше.

— Давай, — мы переплели руки и чокнулись стаканчиками, одновременно произнося: — Дзынь!

— Руслан, — сказал я, делая глоток.

— Елена, — отозвалась она, тоже отпив коньяк.

Я не стал церемониться: свободной рукой притянул ее голову поближе и поцеловал. Нет, не легко чмокнул в губы, а жадно к ним приник.