Сласти или страсти - Мина Картер

это и более того… — он усмехнулся, и от вибрации его голоса все гормоны в теле Ханны взбунтовались — На самом деле ты не захочешь знать, что я жажду с тобой сделать, сладкая… все те грязные штучки, о которых я мечтаю.

О Боже, но она хотела.

— Грязные штучки?

— Уверена, что хочешь узнать? — Рик медленно и дразняще заскользил губами по ее коже. Остановившись возле уха, он уткнулся носом в то место, прикосновение к которому всегда сводило Ханну с ума. Она начала извиваться, и он вновь ухмыльнулся напротив ее плоти. Его усмешка была пошлой и полной обещания, и он вновь повторил свои действия.

У Ханны подкосились ноги, но она удержалась, руками ухватившись за плечи Рика.

— Слова ничего не стоят, а все, что я пока получила — пустая болтовня.

Она не знала, откуда взялся этот нахальный ответ, но ей было плевать. Если Рик мог сотворить с ней подобное всего лишь парой легких поцелуев и пошлых слов… Крепче уцепившись за него, Ханна сглотнула ком в горле.

— О, ты хочешь поиграть, да? Обожаю игры на вечеринках.

Рик притянул ее ближе к своему мускулистому поджарому телу. Каждая его мышца была напряжена от мощи и скрытой силы, словно он едва сдерживался, чтобы не прикоснуться к Ханне, будто это могло разрушить весь его контроль. Маленький демон на ее плече поднял свою голову, и все о чем Ханна могла думать — это что будет, если Рик перестанет держать себя в руках. Но затем он чуть двинул бедрами, и его толстый возбужденный член прижался к ее животу. Ставки были сделаны.

Лицо Ханны приобрело удивленное выражение, она посмотрела Рику в глаза, и от застывшей в них похоти у нее перехватило дыхание.

Он не сводил с Ханны взгляда, а его голос понизился до шепота.

— Я хочу посадить тебя на стойку… неважно, что у тебя за милая штучка надета под этим платьем, но я жажду сорвать ее, раздвинуть твои ноги и наполнить тугую маленькую киску своим толстым членом.

О. Мой. Бог.

Ханна потеряла дар речи, дьявол, она была не способна даже думать, пока описанные Риком картины проигрывались в ее голове, подобно фильму в быстрой перемотке. Вместо этого Ханна смотрела на него, подобно кролику, оказавшемуся в свете автомобильных фар.

— Дерьмо. Не смотри на меня так, или я трахну тебя прямо здесь и сейчас, — прорычал Рик. Схватив ладонью Ханну за зад, он еще крепче прижал ее к себе, грудью к груди, а его член оказался плотно зажат между ними. Каким-то образом пальцы Рика смогли проникнуть между лепестками ее юбки, забраться под топ и погладить по спине.

Ханна ничего не сказала, будучи не в силах произнести хоть слово. Губы Рика были все ближе. Вот оно. Он собирался поцеловать ее, наконец-то поцеловать. А это было всем, на что Ханна позволяла себе надеяться…

Ох, твою же мать, да кого она обманывала? Она фантазировала о том, что Рик нашел бы ее потрясающей и увел в какое-нибудь тихое место, чтобы… чтобы… Пламя разлилось по ее телу, когда он впился ей в губы поцелуем, приоткрывая ее рот и клеймя его с такой властностью, что Ханна затрепетала сильнее прежнего.

— О, да бога ради, эй вы двое, пойдите и найдите себе чертову комнату, — крикнул Джон позади них, прерывая поцелуй до того, как Ханна решилась бы испробовать чего-то большего, нежели вкус губ Рика.

Она застонала от разочарования.

Ханна почувствовала губами его улыбку, и он, подняв голову развернулся. Рик поднял руку и показал средний палец.

— Отвали, придурок.

Джон рассмеялся.

Рик сдвинулся на полшага, чтобы спрятать Ханну за своим большим телом и, обвив рукой ее шею, прижал лицом к своей груди. Его прикосновение было твердым, властным, и дарило такое чувство защищенности, что коленки Ханны подгибались, а сердце вновь начало биться с удвоенной скоростью.

— Вы только потом уберите за собой. Но резвитесь точно не здесь. Если не можете держать себя в руках, найдите более уединенное место.

— Убрать за собой. Понял. Мы не будем пугать детишек. Обещаю.

Дверь захлопнулась за Джоном, и Рик, ослабив хватку, посмотрел вниз на Ханну.

— Ну, вот так всегда, ты только что пообещал вести себя хорошо. А я-то решила, что ты плохой пират, пришедший совратить меня, — Ханна показательно надула губы и провела пальцем вдоль ворота расстегнутой рубашки, бросив на Рика кокетливый взгляд из-под ресниц.

— А кто сказал, что я не совращу? — он склонился к ней, и его голос стал глубоким и низким, с опасными нотками, от которых по ее коже приятно пробежали мурашки. Рик вновь прижался к губам Ханны, но на этот раз в более легком и быстром поцелуе, раздувавшим пламя внутри нее еще сильнее. Подняв голову, он посмотрел в окно и улыбнулся. — Но ты же слышала парня, не здесь…

Ханна обернулась и через плечо посмотрела туда же, куда и Рик. За окном простирался сад с едва заметной тропинкой, исчезавшей в темноте за освещенным внутренним двориком. Смутно Ханна видела контур крыши на дальнем краю сада, достаточно далеко от дома.

Летний домик.

Попятившись, Рик протянул Ханне руку. Молчаливое требование и одновременно предложение. Она прикусила губу, переводя взгляд с его протянутой ладони на голубые глаза, виднеющиеся в прорезях маски. И Рик, и Ханна знали, что произойдет, если она примет протянутую ладонь и позволит ему увести ее в темный сад.

На нее снизошло понимание, а время, казалось, остановилось. Осмелится ли она взять Рика за руку? Или нет? Они шутили друг с другом, подкалывали и флиртовали, словно не будет никаких последствий. Ханна никогда даже не надеялась, что Рик серьезен, или окажется таким же красавчиком, каким выглядел на фотографиях. Однако он таковым и являлся, и был совершенно серьезен. По отношению к ней.

Для нее не существовало иного решения, как и другого выбора. Внезапно засмущавшись, Ханна вложила пальцы в ладонь Рика и попыталась улыбнуться, надеясь, что не выглядит заторможенной версией Чеширского кота.

— Хорошая девочка, — пробормотал Рик с одобрением в голосе. А затем потянул Ханну к дверям.

Часть 3

Предвкушение и возбуждение буквально захлестывали ее. Проходя через задние двери в сад, она чувствовала отдающийся в ушах грохот сердцебиения. Прохладный ночной воздух овеял ее, посылая мурашки по рукам, но она не обратила на них внимания. Идя по тропинке, Рик притянул Ханну ближе к себе и, обняв одной рукой за талию, прижал к своему боку. По мере того как