Дорис Уилкс - Властный зов любви

Только бы успеть, твердила как заклинание Хилари.

Взрослые отдыхающие, которые могли помочь мальчику быстрее, чем его мать, были увлечены своим отдыхом и развлечениями и не заметили, что происходит в воде.

Хилари не видела ничего перед собой, кроме головы Питера, которая все реже и реже появлялась над поверхностью воды. Она споткнулась о ногу какого-то мужчины и упала на песок. А когда поднялась и побежала дальше, то увидела, что давешний незнакомец уже в воде. Он не стал раздеваться и нырнул в море в элегантных светлых брюках и роскошной летней рубашке, не успев даже снять очки.

Питер отчаянно греб к берегу, но сильнейшая судорога, которая свела левую икру, тянула его ко дну. У него уже не осталось сил, чтобы сопротивляться или хотя бы закричать. Неужели никто не видит и не придет ему на помощь? Он уже достаточно наглотался воды, его начало тошнить, голова кружилась, а сознание куда-то уплывало... Солнце почернело и било его тяжелым огненным лучом...

Последнее, что он слышал, был голос его матери, которая звала его по имени. Он заплакал и перестал бороться.

Хилари не могла оторвать взгляд от крупного тела мужчины, который яростно рассекал мощными руками воду и приближался к тому месту, где мгновение назад была голова Питера.

— Пожалуйста, милый, пожалуйста, — бормотала она, сама не понимая, чего и кого просит: чтобы мальчик выдержал, или чтобы мужчина успел вовремя.

Через несколько мгновений все было закончено. Незнакомец нырнул, потом показался между волн, и все увидели, как он поднял над водой голову ребенка.

Только теперь Хилари поняла, что все отдыхающие сбились вокруг нее в кучу. Пока мужчина плыл к берегу, вокруг стояла тишина, нарушаемая только криками надоедливых чаек.

Хилари вдруг почувствовала, что кто-то сильно сжимает ее руку. Она оторвала взгляд от сына и увидела, что это его подружка вцепилась в нее.

— Простите меня, я думала, что он шутит, — сквозь слезы проговорила девочка.

Машинально погладив ее по голове, Хилари прижала перепуганного ребенка к себе.

— Подожди, моя хорошая, — сказала она.

Незнакомец вынес мальчика на берег и положил его на песок — тот был без сознания. Он перевернул его, перегнул через колено и слегка похлопал по спине. Питер закашлялся, из его рта вытекло немного воды. Потом он возмущенно задергал головой. Мужчина взял его за подмышки и поднял на уровень своего лица. Питер открыл глаза и непонимающе посмотрел на чужого человека, который так бесцеремонно с ним обращался. Мужчина улыбнулся и осторожно посадил его на песок.

Хилари выдернула свою руку из руки девочки и упала рядом с сыном на колени. Ей хотелось взять его на руки и унести отсюда, чтобы обнять в тишине и одиночестве, нашептать ему ласковые слова, прижать к себе и никогда больше никуда не отпускать. Но сын ей бы этого не простил.

— Как ты, Питер? — только спросила она, взяв его за руку.

— Нормально, — нахмурившись, ответил мальчик. Язык еще плохо слушался его, и ему было стыдно, что все на пляже видят, какой он маленький и беспомощный.

Кто-то подал полотенце, чтобы согреть малыша: он начал стучать зубами и покрылся мурашками. Хилари обернула сына полотенцем и начала тихонько обтирать его тело. Длинные ресницы мальчика слиплись, на них блестели крупные капли воды. Синие глаза потемнели от обиды.

— Все хорошо, милый. Сейчас мы пойдем в отель, — сказала мать и погладила его по голове.

— Кто он? — неожиданно спросил Питер.

Только теперь Хилари наконец спохватилась, с ужасом осознав, что даже еще не посмотрела на человека, который только что спас ее сына. Она повернула голову и уже собиралась что-то сказать, как все слова вдруг вылетели из ее головы.

Он стоял совсем близко, облепленный намокшей тканью одежды. Хилари увидела его практически голым. У нее пересохло горло, настолько он был потрясающе красив. Длинные крепкие ноги, узкие бедра, широкая мускулистая грудь... Она увидела светлые волоски на его руках и то, как капли сползают по шее за ворот рубашки. Теперь он был без очков. И оказалось, что глаза у него такие же синие, как у ее сына. Только у Питера взгляд светился восторгом и любовью к миру, а глаза мужчины явно повидали уже многое на этом свете. Он знал мир и воевал с ним. Его взгляд был одновременно насмешливым и жестким. Вряд ли кто-нибудь мог бы усомниться в том, что если этот мужчина говорит «нет», то это всегда означает «нет»...

Хилари поняла, что совершенно беззащитна перед этой силой. Там, в кафе, она могла украдкой наблюдать за ним и делать вид, что он ей совершенно безразличен, а сейчас невольно выдавала себя. Он видел, что она напряжена, как девчонка перед первым свиданием. Хилари с ужасом почувствовала, как от возбуждения, вызванного присутствием этого чужака и страхом перед ним, напряглись соски ее грудей. Краска немедленно залила ее лицо, шею, руки. Она опустила голову, чтобы не видеть, как он усмехнулся, все поняв.

— Очнись, Хилари. Уже все в порядке, — услышала она голос сестры и ощутила ее горячую руку на своем плече. — Выйди из транса.

— Я не должна была позволять ему это, — прошептала Хилари и заплакала. Все пережитое ею нашло естественный выход в слезах.

— Ты видишь, с Питером все в порядке, — повторила Мэри. — Правда, мой золотой? — обратилась она к племяннику.

— Я должна была сказать «нет» или быть рядом с ним, — покачала головой Хилари. — Я иду на поводу у его желаний.

— Ты не можешь вечно держать его в пеленках, — вздохнула сестра, — он ведь мужчина. Маленький, но мужчина.

Маленький мужчина тем временем наблюдал за тем, кто его спас. Ему нравился этот человек. Питер до сих пор чувствовал, как хорошо и надежно ему было в этих сильных руках. Взрослый мужчина спокойно стоял рядом и не собирался никуда уходить. Мама могла бы позаботиться о нем тоже. Ему нужно дать полотенце, чтобы можно было переодеться, подумал Питер.

— Перестань, — сказал он, повернувшись к матери. — Ты же видишь, со мной все нормально.

Он нетерпеливо дернул плечом. Хилари поняла, что должна остановиться. Питер ненавидел суету вокруг себя. Если она не прекратит истерику, они могут поссориться.

— У меня просто свело ногу судорогой, и я не знал, что делать. Я не должен был заплывать так далеко. Там меня никто не слышал.

— А сейчас? Как твоя нога? — переключилась Хилари на практическую сторону проблемы.

— Я думаю, что сейчас с ногой все в порядке, — услышала она вдруг глубокий грудной голос незнакомца.

Он опустился рядом с мальчиком на песок и принялся массировать голень Питера. Хилари с удивлением заметила, что сын не стал сопротивляться, а, наоборот, с удовольствием отдался во власть этого чужого человека. Он зажмурил глаза и только тихонько попискивал, когда нажатия были болезненны.