Мэри Кент - Одни в целом мире

— Не думаю, — усмехнулся Джошуа.

— Что ты имеешь в виду?

— Надвигается буран. И сильный. Не советую завтра уходить далеко от лагеря.

— Но бюро прогнозов не обещало…

— Они думают, он свернет на юг, но ведь они далеко и не могут чувствовать перемену давления. Зима еще не ушла из долины.

— Ты хочешь сказать, что можешь чувствовать перемену давления? — недоверчиво переспросил Боб.

— Разумеется. Ты тоже можешь. Просто ты не обращаешь внимания.

— Надеюсь, ты ошибаешься, — сказал Боб, прикрепляя веревку к своему ремню… — Ненавижу прерывать занятия посредине.

Не услышав ответа, Боб обернулся, но Джоша уже и след простыл.

Глава 2

Арианна стояла на краю моста, со злостью глядя себе под ноги. Все остальные члены группы уже вернулись в лагерь, но она отстала — захотелось побыть одной. Разумеется, это не умно. Одиночество безопасно в стенах ее чикагской квартиры, находиться же одной посреди гор — совсем другое. И то, что она решилась остаться здесь абсолютно одна, было самым смелым поступком, который она совершила за два последних года.

Она никогда не знала, когда ждать очередного приступа — всегда что-то новое и непредсказуемое провоцировало его, например, крик птицы или резкий гудок такси, раздавшийся под окнами ее квартиры. Но решение отделиться от группы здесь, на природе, где все, казалось, пугало ее, могло и в самом деле накликать беду.

Она перейдет этот мост, Одна. Без Тома, без Боба, без страховки, и это будет началом.

В то мгновение, когда она поставила ногу на первую планку, мост дрогнул под ее весом и слегка качнулся, у нее от ужаса перехватило дыхание. «Спокойно, спокойно», — говорила она себе, так крепко ухватившись за веревочные поручни, что костяшки пальцев побелели от напряжения. Она старалась не смотреть вниз, уставившись взглядом в деревянные перекладинки моста.

Она уже дошла до половины моста, когда нечаянно ее взгляд скользнул в сторону, и она увидела в глубине ущелья бурлящий ручей. И тут же ком подкатил к горлу, а ноги предательски задрожали, отказываясь повиноваться ей.

«Не сейчас, не сейчас, я не боюсь», — шептала она, пытаясь удержаться на ногах и подавить охвативший ее страх, но, увы, прежде чем она смогла остановить себя, ее ноги подломились, и она заскользила по мокрым доскам. От падения мост еще больше накренился влево, правая нога запуталась в паутине веревок, и в считанные секунды Ари повисла головой вниз. Мост раскачивался над ней, как качели.

В течение нескольких секунд она висела, раскачиваясь над водой то в одну сторону, то в другую. Ее рот приоткрылся в безмолвном крике, глаза зажмурились в панике, а все тело напряглось от ужаса. Постепенно раскачивание прекратилось, и мост замер. Ари открыла глаза и огляделась. Она вдруг вспомнила, как, будучи маленькой девочкой, просила отца подбросить ее вверх и держать навесу головой вниз. И как она смеялась над этим волшебным миром, где деревья растут из неба, а земля лежит под головой.

И тогда ее руки медленно и со странной грацией открылись, теперь она парила в воздухе, словно большая диковинная птица. Впервые за два прошедших года Арианна ощутила, как страх оставил се. «Это безумие, — думала она, — висеть вниз головой над ущельем, когда рядом нет ни души. Одному Богу известно, удастся ли выбраться из этой переделки, и когда придет помощь, и придет ли вообще?» Произошло худшее, что могло случиться, но именно сейчас она, наконец, освободилась от своих страхов и постоянного предчувствия, что с ней приключится что-то плохое. Это было настолько удивительно, что она начала по-детски хихикать, и постепенно это хихиканье переросло в заливистый смех.

На тропинке, ведущей к мосту, появилась темная фигура. Джошуа был уже близко, когда услышал, что на мосту кто-то есть. Самая незадачливая из пациенток Боба вернулась к мосту, чтобы совершить еще одну попытку. На этот раз самостоятельно. Джошуа замедлил шаги и спустился пониже. Когда Ари поскользнулась и повисла над ущельем головой вниз, он был от нее на расстоянии ярдов в сто.

— О Господи, — пробормотал он и бросился к мосту. Лишь веревка, обмотавшись петлей вокруг ее лодыжки, удерживала ее на весу. Ее руки беспомощно мотались в воздухе, затем внезапно остановились и широко раскрылись в разные стороны. В то же самое мгновение спортивная шапочка слетела с ее головы, высвободив каскад длинных белокурых волос.

Остановившись около перевернувшегося мостика, Джошуа прищурил зеленые глаза, оценивая сложившуюся ситуацию. Затем его взгляд вернулся к женщине, висящей головой вниз. Услышав ее смех, он насторожился, ожидая различить нотки истерики, но нет, это был почти детский смех, беззаботный и радостный. Несколько минут назад она дрожала от ужаса без видимой причины, теперь, находясь в таком рискованном положении, заливается смехом, как ребенок. Смех был настолько заразительным и жизнеутверждающим, что он едва смог удержаться от улыбки. Ему совершенно не было дела до этой женщины. Он даже не собирался знакомиться с ней. Но удивительные волосы и еще более удивительный смех притягивали его, хотя он не понимал, почему. И он рассердился. Когда же Джош наконец, заговорил, то его тон был полон сарказма.

— Что за аттракцион вы здесь устроили? — спросил он.

Арианна перевела дыхание и, прикрыв ладонью глаза, посмотрела в его сторону. Высокая фигура темнела у моста. Мужчина стоял не более чем в десяти шагах от нее, от ее движения мост снова закачался, и она была не в состоянии разглядеть незнакомца как следует. Она могла только сказать, что он высокий, у него темные волосы и одет так, как обычно одеваются байкеры или горнолыжники. Она решила, что это должно быть еще один инструктор, с которым она не успела познакомиться.

— Привет!

— Ведите себя осторожнее, не то рискуете полететь вниз головой. Перестаньте смеяться и дергаться.

Но его слова только подлили масла в огонь, и Арианна прыснула с новой силой.

— Перестаньте смеяться! — снова крикнул он.

Раздув щеки, Ари, словно школьница, пыталась сдержать смех. Разумеется, он абсолютно прав, и в ситуации нет ничего смешного. Но этому мужчине и в голову прийти не могло, что именно сейчас, оказавшись в таком рискованном положении, она впервые за два года ощущает, чувствует свободу. И от этого понимания сдерживаемый изо всей силы смех вырвался наружу с новой силой. «Он, наверное, думает, я истеричка», — пронеслось у нее в голове.

— Черт возьми, о чем вы думали, когда решились сделать это в одиночку? — раздраженно крикнул Джошуа. — И что бы вы делали, не окажись я поблизости?