Опасная беременность от миллиардера - Инна Стужева

личном вертолете? Приземляется прямо на крышу университета?

Мне вдруг становится весело. Я даже забываю о волнительном инциденте в коридоре.

– Нет, конечно, Женька, не мели чепухи.

– Тогда почему он не мог встать в пробке?

– Просто не мог и все тут.

– Значит, застрял в лифте.

– Женя, не зли меня. Бергман – идеальный мужчина. Богатый и успешный. Не какой-то там неудачник из соседнего подъезда. Кому я весь день про него рассказываю? С такими, как он, никогда ничего не случается. Никогда! Запомни это раз и навсегда.

Тут дверь распахивается и в аудиторию уверенной походкой входит… ОН.

Боже мой, он, тот самый мужчина, на которого я так неудачно налетела. Только не это!

– Ну, что я говорила? Минута в минуту! – произносит довольная Дашка, но мне не до ее слов.

Вылить дешевый кофе из автомата на самого Бергмана! Миллиардера, владельца состояний фиг знает со сколькими нулями, успешного бизнесмена и просто умопомрачительно охренительного мужчину!

А потом еще усесться у него перед самым носом.

Так подставиться мне и в кошмарных снах не снилось. Да я со стыда сгорю в два раза быстрее, чем закончится отведенное на лекцию время.

Так волнуюсь, что не сразу замечаю. На мужчине снова красуется идеально чистая белоснежная рубашка. Никаких следов моего недавнего варварства.

– Ну, как он тебе? – спрашивает Даша, – сам Бергман, собственной персоной! Скажи, класс?

– Ага, высший класс.

Впервые за все время дружбы я согласна с подругой на все сто процентов.

Да еще так быстро куда-то сгонять и переодеть рубашку. А ведь нужно, чтобы она оказалась в наличии. Действительно, высший класс. Все вместе взятое.

А он… Снова убеждаюсь, что он один из самых привлекательных мужчин, что я видела в своей жизни. Права Дашка, шикарный.

– Что ж, очень рад, что курс собрал столько слушателей, – говорит между тем Бергман и улыбается белоснежной улыбкой, от которой реально ощущаю слабость в ногах.

– Ах, – выдыхает Даша и я понимаю, что не одна я так реагирую на эту улыбку.

Хмурюсь.

Женя, с ума сошла? Ты же не такая слабачка, как некоторые, что за реакции? Срочно возьми себя в руки! Срочно! Один раз ты уже чуть не влюбилась в шикарного парня, когда у того уже были отношения. Но с тем ты хотя бы общалась, а здесь что? Невнятный лепет извинений? Несколько секунд в опасной близости, которым никто не придал значения?

– Итак, вчера мы с вами разобрали различные виды криптовалют и основные моменты, связанные с их покупкой, – продолжает Бергман, чувствуя себя перед всеми нами как рыба в воде, – появились ли у вас какие-нибудь вопросы?

Обводит глазами зал и его внимательный цепкий взгляд вдруг останавливается на мне.

По позвоночнику пробегает холодок.

Несколько секунд он смотрит прямо мне в глаза, точно так, как в коридоре. Пристально, будто узнал.

Боже. Эти несколько секунд кажутся мне вечностью. Я начинаю усиленно краснеть.

– Давид Георгиевич, расскажите пожалуйста о вашей последней, такой нашумевшей сделке, – раздается вдруг с последнего ряда голос какого-то парня.

Бергман отвлекается от разглядывания меня и переводит взгляд на задавшего вопрос. Слава богу.

– Что ж, – произносит своим красивым, хорошо поставленным голосом, – все это есть, конечно, в моем Твиттере, но расскажу, если интересно.

– Да, очень, – доносится со всех сторон.

– Ладно. Итак, все очень просто, как и все гениальное. На данном сервисе (он называет), я взял кредит под залог части своих биткоинов и приобрел на них токены одной известной биржи (он опять называет, а я на всякий случай записываю). На эти токены я купил токены вот этой децинтрализованной биржи (называет) сразу на два миллиона. Играть, так по-крупному. Согласны?

Зал одобрительно гудит.

– Так вот. Я начал продавать эти купленные токены по рыночной цене. А поскольку их у меня оказалось очень много, цена на эти токены начала падать. Следовательно у других участников рынка начало выносить стопы.

Цена начала падать ещё сильнее, обвалилась в десять раз.

Тогда я начал снова их откупать, но уже соответственно по цене в десять раз меньше. Что, как вы уже догадываетесь, оказалось очень выгодным.

Купленные таким образом токены я снова перевел в криптовалюту биржи, на которой брал кредит. Выплатил кредит. Все остальное пошло мне в прибыль. Вот, собственно, и все.

– Подскажите, и какова оказалась ваша прибыль, полученная за день?

– Хм… дайте подумать. Что-то около двадцати четырех миллионов долларов.

По залу проходится удивленно-восхищенный ропот.

– Говорила я тебе, что он миллиардер, – толкает меня в бок Даша.

– Ага.

– Сорок пять миллионов долларов за день! Охренеть. С такими доходами и правда можно на личном вертолете летать. Да что там, на вертолете, на самолете, реактивном. На космическом корабле.

– Странно, что он еще не окружил себя охраной, а так спокойно расхаживает по улицам. Лекции вот ведет.

– Ну, в других странах это в порядке вещей, может еще не перестроился на наши реалии. Нам то даже лучше, грех жаловаться.

– Давид Георгиевич, скажите, – снова спрашивает кто-то из студентов, – а вы на сто процентов были уверены, что этот алгоритм сработает?

– На сто процентов? Нет, конечно. Стопроцентной гарантии в таких вопросах никто вам не даст. Есть нечто, что приходит с опытом, но и тут могут быть ошибки. Всего не предугадаешь. Еще вопросы?

Вопросы начинают сыпаться со всех сторон, как из рога изобилия.

– Давно вы в этой теме?

– Довольно-таки давно.

– Скажите, а сколько нужно вложить в крипту, чтобы через год получить миллион долларов?

– Сколько вложить?

Бергман на секунду задумывается и морщит лоб. При этом все равно выглядит шикарно.

– Что ж, я вам отвечу. Хотите получить через год миллион, вложите два.

И широко улыбается.

– В смысле? Это шутка?

– Расценивайте, как хотите. Одно могу сказать на полном серьезе. Что вы можете как разбогатеть, так и потерять. В равной степени. Поэтому тут следует быть очень аккуратными. Еще что-нибудь?

Кто-то снова что-то спрашивает.

А я вдруг вспоминаю, что про эту сделку велся разговор на семинаре в Сиднее. Ее как раз приводили, как пример удачно, очень удачно провернутой финансовой операции. Так значит, это он и есть тот человек, который ее провернул?

Вот ведь. Я сижу и слушаю лекцию такого крутого специалиста, но при этом сумела пролить на него кофе. Теперь ни с каким вопросом не подойдешь. Неудобно.

Хотя, может он меня не узнал? Ну и что, что смотрел. Немудрено, если мы с Дашиной легкой руки, сидим прямо перед его носом. Как тут не посмотреть.

Бергман между тем снова поворачивается к нам, и я уже третий