Марджери Хилтон - Встреча у озера

– Зато у меня отличная идея, Лилиан, – прервала ее Таша и посмотрела на Силию, которая от удивления подняла брови. Таша проигнорировала ее и быстро взглянула на Марту Тэрнбул, которая одобрительно кивнула. Затем опять повернулась к Лилиан.

– Послушай, – сказала она с озорным блеском в глазах. – Надо устроить сидячую забастовку в «Фальшивом Десятицентовике», в этом логове воров, где Джек оставил свой кошелек. Лилиан в изумлении открыла рот.

– Ты что, серьезно? Кто же будет…

– Все мы. – Таша жестом показала на окруживших ее женщин.

– Все? – Лилиан украдкой посмотрела в угол комнаты, где Нэтти методически сортировала ивовые ветки. – Но мы там долго не продержимся – владелец заведения сразу же вызовет полицию.

– Верно, – ответила Таша, – но ведь туда, куда направляется полиция, сразу же мчится и пресса. И они спросят нас, что, черт возьми, мы там делаем, а уж у нас найдется, что им порассказать.

– До или после того, как попадем в тюрьму? – усмехнулась Лилиан.

– Ну, тогда не знаю. А какой еще способ можно предложить? – Таша положила руку на плечо девушки в ответ на ее скептический вопрос. – Кто-то ведь должен позаботиться о бедных гражданах нашего города?

– Найдется много людей, которые будут не согласны с тем, что мы затеваем, – вставила до сих пор молчавшая Марта.

– Но так же много найдется и других людей, которые помогут нам, – возразила Силия. – В городе уже многие разорились.

– Особенно на этой мерзкой игре в покер, – с отвращением добавила Таша. – Город совсем перестал быть нашим. Вокруг одни гангстеры и кинозвезды.

Она тяжело вздохнула. Гангстеры и кинозвезды значили для нее одно и то же.

– Если кому-то не нравится здесь, почему бы не уехать? – промолвила Нэтти; и все с удивлением повернулись к ней. Это вызывающее предложение поразило всех, кроме Лилиан, которая уже научилась не удивляться неожиданным выпадам Нэтти.

Таша рассердилась:

– Я здесь родилась и никуда не двинусь отсюда. С какой стати? – После этих слов ее негодование поубавилось, так как она понимала, что должна получить поддержку от окружающих. – А как ты относишься к тому, что происходит в городе, Нэтти? Ко всем этим играм и темным делишкам?

– Я не хожу в бары и не играю на игровых автоматах, – спокойно ответила Нэтти, внимательно рассматривая очередной прутик. – Все это меня не касается.

– Если бы ты попыталась создать семью в этом городе, то тебя бы это коснулось, – пылко возразила Таша. – Ты только взгляни, что творится: все эти мерзкие «Содовый Фонтан Бэсси», «Казино» или «Карусель Таффи»? Ты повела бы своих детей в такие заведения?

Нэтти ничего не ответила. Она задумчиво разглядывала свои ивовые прутья. Лилиан поспешила заполнить возникшую паузу:

– Как же ты собираешься организовать бойкот? Ведь они не позволят тебе заблокировать дверь – это нарушение противопожарных правил.

– Мы прорвемся к бару и займем все табуреты и стулья, на которых обычно сидят посетители в ожидании своей очереди поиграть. – Произнося эти слова, Таша повернулась спиной к Нэтти, как бы заканчивая с ней разговор. – Нас будет много. Я уже разговаривала кое с кем. Но мы, конечно, должны привлечь на свою сторону еще больше людей. Чем больше нас будет, тем больше шансов на удачу.

– Кому есть дело до людей, проводящих свое время за азартными играми, в крошечном городке Южной Дакоты? – проворчала Силия, разрезая на куски уже голубой ситец.

Нечаянно локтем она толкнула на пол ножницы, и Лилиан поспешно нагнулась, чтобы поднять их. Выпрямившись, она украдкой взглянула в угол комнаты. Нэтти продолжала невозмутимо сортировать ветки, но что-то явно беспокоило ее, и Лилиан захотелось узнать, что же именно.

Почему она не обращает на меня внимания? – с возмущением подумала девушка.

– До всего этого есть дело женщинам, – продолжала Таша. – Посмотрите на себя. Мы прошли через весь этот ад, и нам чертовски надоела вся эта мерзость.

– Кстати, Агнес Лундквист недавно продала свой магазин какому-то богачу из Флориды, – неожиданно сообщила всем новость Марта.

– Но ведь это был единственный в городе магазин женской одежды! – возмутилась Таша и ударила кулаком по столу. – И после этого мы еще думаем. Да в Дэдвуде только один вид бизнеса, в который мог вложить деньги богач из Флориды. Скоро будем ездить в Стэрджес за пакетом молока! Они почему-то не любят продавать молоко в салунах.

– А чтобы купить теннисные тапочки, придется отправляться в Рэпид Сити, – с сарказмом добавила Силия.

Лилиан очень надеялась, что женщины образумятся. Она попыталась представить себя с плакатом в руках в рядах демонстранток. Это показалось ей очень смешным.

– Казино все равно не закроют, – заявила она. – Вот Кэрри Нэйшн уже участвовала в демонстрации, и чего добилась? Того, что один бар в Дэдвуде стал называться «Салун воздержания Кэрри Нэйшн»?

Таша вскочила со стула.

– Вот мы и отомстим за Кэрри Нэйшн! Да еще добьемся, чтобы наши требования попали в «Ивнинг ньюс», верно? Это будет наш вызов грязному бизнесу!

– Предположим, мы попадем в «Ивнинг ньюс», ну и что? – с сомнением произнесла Силия. – Мы в этом ничего не понимаем.

– Как это «ну и что»? – ответила Таша. – Это почти победа. Даже если одна из нас угодит в тюрьму, мы все пойдем за ней! Ты согласна, Лилиан?

– Я, конечно, не могу допустить, чтобы все вы попали в тюрьму без меня. – Лилиан взглянула на освещенный неоновыми лампами потолок и тяжело вздохнула. Ей самой не верилось, что она могла такое произнести. – Кажется, и в самом деле пора принять какое-то решение.

Одна из ламп вдруг вспыхнула и замерцала тусклым светом.

– А ты, Нэтти? – спокойно проговорила Таша. – Слово за тобой. Так как же, один за всех и все за одного?

Нэтти покачала головой, взяла свою кружку и пересекла комнату, чтобы налить еще кофе. Было ясно, что она окончательно отдалилась от всех.

Лилиан тихо встала со стула и подошла к пожилой женщине.

– Хорошо, – сказала она так, чтобы ее слышала только Нэтти, – скажи хотя бы мне, что ты обо всем этом думаешь?

Не поднимая головы, Нэтти протянула руку, чтобы наполнить кружку девушки.

– Я думаю, в тюрьме вам не понравится.

Сильный ветер гнал облака, то закрывая, то открывая луну. Неистово качались верхушки огромных деревьев, однако при всем том вода в озере оставалась на удивление спокойной. Где-то далеко, в мрачном таинственном лесу, прокричала сова. Приглушенное эхо этого крика заставило Рэйса вздрогнуть. В крике ночной птицы было что-то не-118 приятное. Какой-то суеверный страх заставлял пса с опаской озираться по сторонам.