Измена. Любовь vs ненависть - Бетти Алая

в них. Это могло случиться с кем угодно, но не со мной! Малыш не мог погибнуть. Я так долго его ждала…

— Могу я поговорить с ней? — глухой, полностью разбитый голос мужа будит во мне зверя.

— ТЫ! — кричу, — ЭТО ТВОЯ ВИНА!

Стараюсь подняться, чтобы увидеть. Взглянуть в глаза ублюдку, убившему нашего малыша.

— Максим, в чём дело? — моя мать теряется.

— Она не в себе, — сдавленно шепчет он, — как и я говорил, Лиля в последние недели вела себя странно.

Что?

— Ты долбаный ублюдок! — сил всё меньше, но гнев рвёт грудь на части, — ты… и она… предатели! ВЫ УБИЛИ НАШЕГО РЕБЕНКА!

— Лилия, успокойся. Тебе помогут, — взволнованно бормочет мать, потом обращается к врачу, — да сделайте вы что-нибудь!

— НЕТ! Что вы… НЕТ! Не трогайте меня! СКАЖИ ИМ! — от боли мне тяжело дышать, — СКАЖИ, ЧТО СДЕЛАЛ!

Муж отводит взгляд. Он касается локтя моей матери и сжимает его. Да что же это?! Что творится?

«Добрый» доктор достает шприц.

— Мне жаль, но вам нужна помощь, — говорит виновато и делает укол.

Всё тело обмякает. Боль уходит, её заменяет пустота. Все это случилось с кем-то, но не со мной. Я лишь смотрю на это издалека. Парю где-то высоко. И когда в следующий раз открываю глаза, в кресле рядом сидит мой муж.

В его глазах нет ничего. Он смотрит на меня пустым жестоким взглядом.

— Дерьмо, — выплёвываю, — убирайся из моей палаты.

— Увы, Лиля, ты переступила черту, — он встает, выпрямляется, нависая надо мной.

— Я? — усмехаюсь, — ты трахал мою помощницу за моей спиной. Лгал мне. Предал. А виновата я?

— Это уже неважно, — говорит Максим, — все думают, что ты не в себе.

Кусаю губы, пытаясь сдержать слёзы. До меня всё еще не дошел весь ужас ситуации.

— Твои повреждения не смертельны. Так что встанешь на ноги в течение месяца.

— Я подаю на развод, — говорю уверенно.

— Нет, милая, — муж подходит, я дёргаюсь, но не получается избежать гадкого касания, — ты пыталась покончить с собой. Убила нашего малыша.

— ЧТО? ЭТО НЕПРАВДА! — у меня снова начинается истерика.

— Заказанная мной экспертиза решит, что ты невменяема. Твоя мать отказалась от опекунства, поэтому на него подам я. Заберу у тебя всё, милая.

— Ты не посмеешь… — шепчу, — я ненавижу тебя! Ты спал с моей помощницей! Это ваша вина!

— Это неважно, — он улыбается, — я превращу твою жизнь в ад, Лилия. Потому что Маша ждёт ребенка от меня. И она будет жить с нами.

Каждое слово, будто глухой мощный удар в грудь. Слова некогда любимого мужчины вгоняют стальные шипы в моё сердце. Становится трудно дышать. Я не пыталась убить себя. Меня сбила машина.

— А может это ты… — мне уже плевать на всё, — заплатил кому-то и меня сбили? И от меня избавился, и твоя шлюха родит тебе отпрыска. Умный ход, любимый.

Макс резко меняется в лице. Подходит к постели, быстро оглядывается и хватает меня за волосы. Сильно стягивает. Но я не издаю ни звука. Ведь ненавижу этого мужчину всей душой.

— Не сваливай всё на меня. Ты безумная ревнивая баба, — рычит он, — решила таким образом мне отомстить? Убив ребенка, которого я ждал так долго?

— Я ТОЖЕ ЕГО ЖДАЛА! — кричу, пытаясь сдержать слезы.

Но не получается. Начинаю плакать. Муж сильнее сжимает кулак. Становится больно. Очень больно. Из-за травм не могу вырваться. От безысходности и отчаяния плюю ему в лицо.

— Ты, сука, ответишь за свой поступок, — он смахивает слюну с переносицы, — будешь сидеть в своей комнате на цепи. Гулять, жрать и срать, когда я разрешу. Ты сполна ответишь за то, что сделала!

— Что здесь происходит? — со стороны двери раздается низкий мужской голос.

Макс тут же отпускает меня. Заваливаюсь на постель, морщась от боли. В палату входит мужчина. Высокий, с волевым подбородком и красивыми зелеными глазами. Одетый в мужской костюм по фигуре. Он кажется мне смутно знакомым.

— Егор… — выплевывает Макс, — ты что тут делаешь?

— Мама позвонила, — сдержанно говорит тот.

Егор… Егор! Точно! Он же…

— Я думал, мы для тебя больше не семья, — цедит мой муж.

— Горе сплачивает. Что ты делал со своей женой только что, брат?

Брат! Точно! Макс всегда называл его паршивой овцой. Егор Фадеев ушёл из семьи, разорвав все связи с матерью, отцом и братом. Они ненавидели его и на каждом семейном ужине критиковали желание старшего Фадеева уехать и начать своё дело. Называли эгоистом, предателем.

— Моя жена не в себе. Я пытался её успокоить, — уверенно заявляет Макс, — пока ждём врача с лекарством. В таком состоянии она может себе навредить.

— Ложь… — цежу, отворачиваясь.

— Милая, прошу…

— Чёртов лицемер. Я ненавижу тебя!

— Вот видишь? — вздыхает Макс и окидывает меня таким нежным взглядом, что меня начинает тошнить.

Егор внимательно смотрит на этот цирк. Я кожей чувствую его внимание. Тут в палату влетает моя мать.

— Лилия! — восклицает, — ты снова за своё? А вы кто?

— Егор Фадеев.

— Вы братья? — она таращится на Макса, — похожи-то как!

Разве?

— Мне нужно поговорить с дочерью наедине, — заявляет маман.

И это не сулит мне ничего хорошего. У нас с ней весьма… прохладные отношения. Можно даже сказать, товарно-денежные. Когда мужчины покидают палату, я смотрю на рыжие лучи солнца, играющие на полу.

— Как ты могла? — тихо спрашивает она.

— Что?

— Пытаться покончить с собой…

Она верит в эту ложь? Хотя, неудивительно. Семья Фадеевых очень влиятельна. И моя маман грезила тем, что сможет с ними породниться. Я вышла замуж рано, ещё в университете училась. Стоит ли говорить, что инициатором нашего с Максом знакомства тоже была она?

Но я искренне любила мужа.

— Я не… хотя ты всё равно веришь ему, а не мне, — усмехаюсь.

— Лилия, не веди себя как ребенок! — корит меня она, — Максим любезно согласился взять на себя ответственность за содеянное тобой. Его отец сильно недоволен, ведь речь о наследнике его империи.

— Я ничего не сделала, мама! — умоляюще гляжу на неё, — это всё Макс! Вчера я застукала его с любовницей!

— Знаю, — вздыхает маман, — он рассказал мне.

— Что?!

— Девочка моя, я даже подумать не могла, что всё настолько запущено. Тебе нужна помощь. Максим вчера ждал тебя в отеле! Чтобы отметить твою беременность.

Какой бред! Губы словно склеиваются. Кажется, что даже если захочу что-то сказать, не выйдет.

— Но, когда он встретил тебя у номера, ты вдруг изменилась. Стала обвинять его в измене с какой-то несуществующей любовницей. И побежала вниз. Бросилась прямо под ехавшее такси…

— Так вот, что он наплёл. Понятно.

— ЛИЛИЯ! — вспыхивает она, — в общем так. У