Мойра Тарлинг - Я вас не помню...

– Я вызову врача, – сказала она и, проведя его в просторную гостиную, усадила в первое попавшееся кресло.

– Нет, не надо врачей! – голос Дилана был решителен. Он столько перебывал у врачей за эти месяцы, да и боль в глазах постепенно утихала.

Наконец Дилан с облегчением поднял веки и увидел перед собой чьи-то встревоженные глаза. На мгновение они показались ему знакомыми.

– Что случилось? – обеспокоенно спросила Мэгги, все больше пугаясь.

– Сказать по правде, я и сам толком не знаю, – ответил Дилан. Потом провел рукой по волосам и поморщился. – Такого со мной еще не было. Хотя врачи предупреждали меня о возможных головных болях.

Сердце Мэгги испуганно дрогнуло.

– Врачи? – повторила она.

Дилан утвердительно кивнул.

– Несколько месяцев назад я попал в дорожную катастрофу.

– Несчастный случай? – Мэгги побледнела. – Что случилось? – Она едва вымолвила эти слова, потому что в горле у нее пересохло. Хотя внешне она казалась вполне спокойной, внутри у нее все дрожало.

Дилан, наклонившись вперед, уперся локтями в колени и уставился на свои руки.

– Грузовик внезапно свернул на середину шоссе и сбил мою машину, – произнес он ровным голосом, без каких-либо эмоций.

Мэгги прикусила губу, чтобы удержаться от стона отчаяния, представив себе обмякшее тело Дилана, лежащего без сознания, залитого кровью.

– Как... как сильно вы пострадали? – собравшись с духом, спросила она и увидела, как все его тело напряглось. Она заметила, что Дилан так сильно сжал руки, что даже косточки пальцев побелели.

– Травма головы, сломана ключица, множественные раны, перелом ноги и ушибы. – Дилан равнодушно перечислил все свои увечья, словно список покупок.

Мэгги испуганно втянула в себя воздух. Дилан, увидев, как она побледнела, проклиная себя, встал со стула и склонился над ней.

– Простите меня. Я и сам не понимаю, зачем говорю. – В голосе его было искреннее сожаление. – Но вы первый человек, который спросил меня об этом.

Мэгги слабо улыбнулась, чувствуя, как сильно колотится сердце от близости Дилана.

– Пожалуй, мне лучше уйти, – промолвил он. – Я лишь беспокою вас. Нет... нет... не поднимайтесь, – поспешно остановил он ее. – Я сам дойду.

Повернувшись к двери, Дилан успел сделать не более трех шагов, когда увидел на бюро слева от двери фотографию в бронзовой рамке. Изображение двух человек на снимке заставило его замереть на месте.

Схватив фотографию, Дилан резко обернулся.

– Откуда вы знаете этих людей? Почему эта фотография у вас? – быстро спросил он.

Мэгги испугало выражение лица Дилана. Она не могла понять причину столь странной реакции на снимок в рамке. Ведь Дилан находился в ее доме в тот день, когда был сделан этот снимок. Это случилось пять лет тому назад, в солнечный июньский день, когда тетушка Дилана выходила замуж за Уильяма Фейрчайлда, отца Мэгги.

Мэгги никогда не забудет этот день: тогда она впервые увидела Дилана. Он приехал с военной базы в Сан-Диего, чтобы повести тетушку к венцу. В памяти Мэгги навсегда запечатлелся образ красавца-моряка в парадной форме военно-морских сил США.

– Скажите, откуда? – настаивал Дилан, не сводя с нее глаз.

Мэгги чувствовала, что в его поведении нет прежней напряженности. В серых глазах плескалась настоящая боль.

Странный холодок пробежал по ее спине. Что происходит, почему Дилана так взволновала фотография?

– Человек на портрете – это мой отец, – наконец объяснила она.

– Ваш отец? Значит, моя тетушка вышла замуж за вашего отца? – На его лице было написано недоумение.

– Да, – ответила Мэгги. Зачем он задает ей такие глупые вопросы, когда все и так ясно? Она даже почувствовала раздражение. – Я не понимаю, что происходит. Вы же сами вели к венцу вашу тетушку. Неужели вы забыли?

Дилан снова бросил взгляд на фото в своей руке. Сколько раз за последнее время он ждал того момента, когда сможет хотя бы что-то вспомнить о себе.

– Черт побери, ведь я ничего этого не помню! – четко произнося слова, еле сдерживая злость, решительно воскликнул он.

– Вы не помните свадьбу вашей тетушки? – Мэгги не могла поверить услышанному.

Дилан попытался поймать ее взгляд.

– Это правда... Я не помню ее свадьбу... – Сейчас в его голосе звучало отчаяние.

Мэгги вдруг все поняла.

– Несчастный случай... тяжелые увечья. Вы потеряли память... – Вот единственное объяснение всему.

– Возможно, – мрачно согласился Дилан.

– О, конечно... – начала было Мэгги.

– Подождите, если моя тетушка выходила замуж за вашего отца, – перебил ее Дилан, – это значит, что вы тоже были на свадьбе. – Он подошел к бюро и поставил на место фотографию.

– Да, была, – ответила Мэгги.

Дилан внимательно посмотрел на нее.

– Значит, мы все были знакомы друг с другом, были друзьями... ваш отец, моя тетя, вы, я?.. Мы достаточно хорошо знали друг друга? – Волнение, с которым он все это произнес, удивило Мэгги.

– Не совсем, – уточнила она и увидела разочарование в его глазах. – Тогда мы с вами встретились впервые... – Она еле сдержалась, чтобы не сказать, как эта встреча изменила ее жизнь.

– Понимаю... – горестно вздохнул Дилан. – Я надеялся, что, возможно... – Он снова вздохнул и помолчал немного. – Представляете себе, каково это – однажды проснуться и не знать, кто ты? – неожиданно произнес он.

Мэгги уловила в его голосе страх и безнадежность, но не успела сказать ему ничего утешительного, ибо он продолжал:

– Я смотрю на потолок, пытаясь вспомнить свое имя. Ведь каждый должен помнить свое имя? – он посмотрел на Мэгги. Она, соглашаясь, кивнула. – Но в памяти у меня была пустота. Я понятия не имел, как меня зовут, не понимал, о чем меня спрашивали врачи, что они мне говорили... Они твердили, что моя память вернется ко мне, спустя день или два... Но через две недели я по-прежнему ничего не помнил. Наконец доктора сообщили мне мое имя и то, что я морской офицер. Надеялись, это поможет мне... Но из их затеи тоже ничего не вышло.

Он умолк, а Мэгги, затаив дыхание, ждала.

– Проходили недели. Я стал задумываться, была ли у меня семья и может ли кто-нибудь рассказать мне о моем прошлом, – продолжал Дилан. – Я спросил у медсестер, навещал ли меня кто-нибудь, когда я лежал в коме? Девушки почему-то занервничали и побежали искать лечащего врача. И тогда я понял, что дела мои плохи...

– Что же все-таки сказали вам доктора? – спросила Мэгги. В голове у нее билась лишь одна мысль: он был в коме. Понемногу ее все больше охватывали страх и смятение. Она представляла себе, каким беспомощным и растерянным был Дилан, не зная, кто он и где находится.