Максин Салливан - Золотоискательница

Глаза Бранта сузились, но она успела заметить в них всплеск вожделения.

– Возможно, Кайя не хочет танцевать, – сказал он.

Она издала нервный смешок.

– Филипп, не глупи. Я действительно не хочу танцевать.

– Я заметил, как ты притопываешь в такт музыке, – ответил босс.

Кайя открыла рот, чтобы возразить, но заметила, что все за столом смотрят на нее. Если она будет упрямиться, возникнет вопрос, почему она не хочет танцевать с Брантом.

– Хорошо, Филипп. Ради тебя – все, что угодно, – кивнула Кайя, желая дать понять Бранту, что танцует с ним только по просьбе друга.

Брант уже стоял рядом с ней и галантно подавал руку. Она попробовала улыбнуться, но его близость слишком волновала ее. Каждый нерв в теле дрожал, когда он вел ее в центр зала. В какой-то момент Кайя почувствовала, что теряет рассудок, и попыталась отнять руку.

– Это просто танец, – поддразнил ее Брант, прекрасно понимая, какое воздействие оказывает на нее. Как и на любую женщину. На всех женщин.

– Мистер Мэттьюс…

– Я же говорил, зовите меня Брант.

– Вы – мой шеф. Я предпочитаю соблюдать субординацию.

– Неужели это важно и здесь?

– Меня учили уважать старших.

Он хохотнул, блеснув ослепительно белыми зубами. «Чтобы быстрее съесть тебя, дитя мое», – почему-то вспомнилась ей детская сказка. Брант положил руку ей на спину.

– Спасибо, что указали мне мое место.

– Я старалась. – Она повела спиной заставить его передвинуть руку чуть выше.

– Я знаю. – Он наклонился. – Это заставляет меня задаться вопросом: почему вы это делаете?

Она смотрела поверх его плеча.

– Потому что вы мой босс.

Его рука спустилась еще ниже, заставив ее задрожать.

– Если я босс, то вы должны делать то, что я говорю, – прошептал он, и эта простая фраза прозвучала очень двусмысленно. Взяв себя в руки, Кайя выпрямила спину и вздернула подбородок.

– Я никогда не была особенно послушной девочкой.

– Вам, должно быть, стыдно, – сказал Брант, прямо глядя ей в глаза. – Зато вы точно знаете, чего хотите.

– Как и большинство, – сказала она, не понимая, куда клонит этот человек.

– Как и большинство женщин, вы хотели сказать?

Ах, вот в чем дело! Сердцеед не уважает женщин?

– Вообще-то я имела в виду большинство людей. Мужчин. Женщин. Даже детей.

– Я слышал, у вас новый автомобиль? – прервал ее Брант. – «Порш».

Ее мысли заметались. Кайя была растеряна не только из-за вопроса, но и из-за обвиняющего тона, которым он был задан, хотя она понятия не имела, в чем виновата.

– Да, у меня новый автомобиль.

Его губы искривились в циничной усмешке.

– Похоже, мы вам неплохо платим? – заметил Брант с нескрываемой враждебностью.

– Вы получаете то, за что платите, – ответила она холодно.

– Нисколько в том не сомневаюсь. – Он наклонился, и Кайя почувствовала его губы у самого своего уха. – Или, я бы сказал, Фил получает то, за что платит.

Она отстранилась.

– Что вы имеете в виду?

Углы его рта изогнулись, но глаза не улыбались.

– Только то, что вы первоклассная секретарша. Я уверен, Фил просто счастлив, что заполучил вас.

– Это звучит довольно двусмысленно.

– Неужели? – Он опять прижал ее к себе, и Кайя почувствовала сквозь одежду жар его тела.

Ну и ладно, пусть пылает, она будет холодна. И не станет играть в его дурацкие игры.

– Серена очень милая, – сказала Кайя с любезной улыбкой.

Брант, похоже, был слегка удивлен переменой темы.

– Мне нравится.

– Естественно, – сказала она кисло.

Этот сердцеед готов походя перекусить сердцем любой женщины.

Улыбка сошла с его лица, он нахмурился.

– Что это значит?

– А как вы сами думаете?

Хочешь играть со мной? Так и я с тобой сыграю.

– Вы на все мои вопросы собираетесь отвечать вопросом? – спросил Брант, все еще хмурясь.

– Разве я отвечаю вопросом?

Его взгляд вспыхнул.

– Вы думали, что я буду игнорировать ее, не так ли?

Кайя была уверена, что Брант никогда не пропустит ни одной юбки, неважно – молодая женщина или нет, красавица или простушка.

Одновременно она начала злиться на Филиппа.

– Я знаю, Филипп хотел, как лучше, но мне жаль, что он поставил Серену в такое неловкое положение. Поверьте мне, я знаю, что такое быть гадким утенком в лебединой стае.

Брант удивленно вскинул брови.

– Вы? Ни за что не поверю.

– Напрасно. Я долго была серой мышкой.

– Шутите?

– Нет. Спросите моего отца. Он не упускал случая ткнуть меня в это носом. – Кайя мрачно улыбнулась, вспоминая обиды, которые ей пришлось проглотить в юности. Сколько часов она провела перед зеркалом, рыдая из-за того, что некрасива. – Но, в конце концов, выросло нечто, похожее на женщину.

Брант заглянул ей в глаза.

– Но родители любят своих детей, какими бы они ни были.

– Только не мой отец, – ответила Кайя, с ужасом понимая, что уже и так наболтала много лишнего. – Он общается только с очень красивыми женщинами.

– Общается с женщинами?..

Она постаралась ответить как можно равнодушнее:

– Мои родители разведены. К счастью, моя мать нашла человека, который по-настоящему ее любит. Папа живет в третьем браке, с моделью вдвое его моложе.

– Какие у вас отношения?

– Я очень рада за маму.

– А как с отцом?

Что-то она совсем разболталась. Кайя оглянулась на стол.

– Мы беседовали о Серене, – напомнила она.

Глаза Бранта говорили, что он понял ее маневр, но готов переменить тему, если она так уж настаивает.

– Серена – милый ребенок.

– Ей вряд ли понравится, что вы называете ее ребенком. Она не намного моложе меня.

– Но вы гораздо более…

– Циничная, вы хотите сказать?

Брант невольно улыбнулся неотразимо сексуальной улыбкой.

– Я хотел сказать «более зрелая». – (Так же невольно она ответила на его улыбку.) – Вы должны чаще улыбаться мне, Кайя.

Как Серена?

– Но если я буду вам улыбаться, вы можете подумать, что нравитесь мне, – пропела она елейным голоском.

Улыбка застыла на его губах.

– А это нам не подходит? – спросил он холодно.

К счастью, мелодия закончилась. Кайя откашлялась и сделала следующий ход.

– Спасибо за танец, Брант.

Но он не торопился ее отпускать.

– Скажите это снова, Кайя.

Она не поняла.

– Что именно?

– Мое имя.

– Брант Мэттьюс, – сказала она с вызовом.

Возвращаясь к столику, Кайя заметила, что Филипп как-то странно на нее смотрит.

Следующий час она провела, пытаясь вникнуть в то, что ей говорят, и не смотреть на Бранта.

– Привет, Филипп.

Кайя обернулась и едва не подпрыгнула. Фотографию этой женщины Филипп хранил в ящике стола. Темные волосы обрамляли нежное лицо с высокими скулами и изящным носом. Линетт Келли. Его бывшая подруга.