Дженнифер Льюис - Самая соблазнительная скромница

Ознакомительный фрагмент

– Здесь ежемесячные отчеты. Помимо всего прочего, я пишу здесь о любых событиях, кажущихся мне странными.

– Что вы подразумеваете под словом «странные»?

Констанция с облегчением отвлеклась от рассматривания тонких темных волосков, покрывавших тыльную часть его огромных ладоней.

– Если кто-то выигрывает подозрительно большую сумму; если на кого-либо поступают жалобы от клиентов или персонала, и мы запрещаем ему вход в казино… Я считаю, что следует обращать внимание на мелочи. Тогда какие-то более масштабные события уже не застанут меня врасплох.

– Звучит вполне здраво, – ответила Констанция, улыбнувшись (хотя сама она так и не поняла, зачем сделала это).

«Ты профессионал, – напомнила она себе. – Надеюсь… Он просто улыбнулся мне, показав блестящие белые зубы, а я автоматически ответила». Констанция застыла. Этот мужчина определенно знал, что сумел произвести на нее впечатление.

– Зачем вы составляете ежегодные отчеты, если ваш отель – не публичная компания.

– Я не отчитываюсь перед инвесторами так, как это делал бы руководитель публичной компании. Но в то же время я чувствую ответственность. Ведь я отвечаю перед всем племенем ниссекотов.

Насколько Констанция поняла из статей в Интернете, племя ниссекотов в основном состояло из ближайших родственников Джона, и все они сумели заняться весьма прибыльным бизнесом.

– Сколько вас?

– Сейчас здесь живут двести человек. Пару лет назад нас было всего четверо. Надеюсь, что через пять лет здесь соберется несколько тысяч человек, – ответил Джон, снова улыбнувшись.

Констанция перевела взгляд на экран.

– Не так уж сложно убедить людей приехать, если предлагаешь им поделиться сорока одним миллионом долларов.

Тишина заставила девушку поднять глаза. Джон внимательно смотрел на нее, и его взгляд проникал в глубину ее души.

– Мы не подаем милостыню, а убеждаем членов племени приезжать сюда, чтобы найти работу. Все прибыли идут в фонд, который тратит их на нужды всей общины.

– Простите, если обидела, – извинилась Констанция, нервно сглотнув. – Я не хотела.

– Я вовсе не обижен, – ответил Джон не улыбаясь, но в то же время взглянув на Констанцию с одобрением. – Возможно, мы сумели бы заставить людей собраться здесь быстрее, если бы выдавали каждому по чеку. Но я предпочел не такой действенный, но в то же время более естественный способ – сделать так, чтобы они приезжали сюда по своей воле.

– Вполне объяснимо, – ответила Констанция, попытавшись улыбнуться.

Хотя на самом деле она не была уверена в его правоте. Что-то в Джоне Фейрвезере сильно раздражало ее. Он был слишком… красив, а самой Констанции еще ни разу не приходилось оказываться в обществе подобных ему мужчин. Парни, с которыми она работала, как правило, были замкнутыми и из-за постоянного сидения за мониторами компьютеров горбились и выглядели довольно жалко. Джон Фейрвезер, несомненно, проводил много времени за своим рабочим столом, готовя документы, которые он ей показывал, но каким-то образом, загорелый и крепкий, как дуб, изображенный на обложке папки, он умудрялся выглядеть так, будто целыми днями находится на улице.

– С вами все в порядке?

Констанция собралась с силами и выбросила из головы не самые подходящие для деловой встречи мысли.

– Возможно, чашечка чая мне не помешает.

Констанция лежала на постели в номере, который занимала в мотеле «Уют», бессмысленно пялясь в потолок и пытаясь рассмотреть очертания висевшего на нем вентилятора. Она была слишком возбуждена для того, чтобы спать, но в то же время прекрасно понимала, что ей нужно отдохнуть: ведь завтра придется сосредоточиться на бухгалтерских документах казино. Констанция хотела произвести впечатление на босса, попросить, чтобы он повысил ей зарплату, и внести первый платеж за дом. Ей давно уже пора было выбраться из-под родительской опеки.

Констанции пришлось вернуться в родительский дом после колледжа, чтобы копить деньги. Правда, зарабатывать достаточно для того, чтобы начать самостоятельную жизнь, она стала только через шесть лет. А еще ей был нужен мужчина. «Если бы сейчас у меня были нормальные отношения с милым и благоразумным человеком, я бы никогда не попала под влияние такого профессионального соблазнителя, как Джон Фейрвезер. И не важно, насколько широкие у него плечи», – думала она.

Родители Констанции считали, что почти все на свете грешники, которых следует избегать. Когда она сказала им, что едет в Массачусетс, чтобы проверить бухгалтерскую документацию казино, они отреагировали так, будто она собирается спустить все свои сбережения за игорным столом. Девушка пыталась объяснить им, что стать исполнителем по такому важному государственному заказу – большая честь и знак доверия к ней со стороны руководства компании, в которой она работает, а они продолжали повторять свои обычные слова о тех, кто якшается со злонамеренными людьми, и напоминали ей, что она вполне могла бы работать в принадлежащей ее семье скобяной лавке.

Констанция не хотела всю оставшуюся жизнь смешивать краски. Она пыталась быть хорошей дочерью, но она была умна и предприимчива, стремилась реализовать все дарованные ей природой таланты. Если это подразумевало переезды из штата в штат и общение с парой-тройкой грешников, то ничего страшного Констанция тут не видела.

«Кроме того, я должна изобличить преступников, работающих в казино. В этой истории я главный положительный персонаж, – решила девушка, перевернувшись на бок, чтобы не видеть тонкий зеленый луч, испускаемый будильником, стоящим на прикроватной тумбочке. – Только бы мой мозг отключился. Или хотя бы перестал так судорожно работать…»

Резкий звук заставил Констанцию подпрыгнуть и тотчас же сесть на кровати. На потолке что-то ярко замигало, почти ослепляя ее. Девушка пыталась включить ночник, но не могла найти его. Ужасающий звук разрывал ее нервы на части. «Что происходит?» – в ужасе думала она.

Констанции удалось найти очки. Она встала и подошла к выключателю, но он не работал. Цифровой дисплей будильника тоже не светился. Внезапно ей на голову обрушилась струя воды, заставив ее закашляться. «Неужели начался пожар?» – спросила себя девушка. Она побежала к двери, но вовремя вспомнила, что забыла портфель, в котором лежали ноутбук и кошелек. Констанция с трудом нашла его у туалета. Стараясь не заблудиться в ставшем таким непривычным пространстве, освещаемом только пульсирующими вспышками света, производимыми сигнализацией, она внезапно ощутила запах дыма.

Констанция, подгоняемая всплеском адреналина, схватила портфель и побежала к двери. Выйдя в коридор, она увидела, как из своих номеров выбегают другие постояльцы мотеля. Из открытой двери одной из соседних комнат струился дым.