Кристи Голд - Женщина против мужчин

На втором этаже от запаха свежей краски у Зака заслезились глаза. Он пошел по коридору, заглядывая в каждую комнату. Некоторые были отремонтированы, другие ждали своей очереди. Остановившись, Зак внезапно задумался, что значило бы место, вроде этого, для его матери. Может, ее жизнь сложилась бы по-другому, будь у нее возможность что-то изменить. Может, и сам он был бы другим. Но его прошлое оставалось его прошлым — тем, что Зак не мог изменить или отменить.

Эрин он нашел в маленькой спальне со светло-голубыми стенами и бордюром из желтых зайцев под потолком. Может быть, он бы и не заметил, как выглядит комната, но черная обтягивающая юбка Эрин на фоне стены сразу приковала к себе его взгляд.

Она стояла на верхней ступеньке стремянки в одних чулках и тянулась туда, где полоска бордюра была приклеена неровно. Он сойдет с ума, если она не слезет с этой чертовой лестницы. Появилось сильнейшее искушение подойти к ней, коснуться ее упругих бедер.

Стой на месте, Миллер! Зак потер глаза, как будто от этого видение могло исчезнуть. Да-а-а, парень... у тебя проблема. Нужно убраться отсюда, пойти в любимый бар и найти себе женщину. Только это легче сказать, чем сделать...

— Помощь нужна? — спросил он. Эрин оглянулась.

— Нет... я уже почти закончила. — Она пригладила бордюр. — Вот, теперь как новый.

Эрин спустилась со стремянки и на нижней ступеньке повернулась к Заку. Держась за лестницу и надевая туфли, она поинтересовалась:

— Вы все хорошо осмотрели?

Черт, неужели это было так заметно?

— Что?

— Внизу. Вы осмотрели все, что хотели?

За одно мгновение он увидел гораздо больше, чем хотел. Нужно что-то делать с этим. Причем немедленно.

— Ага. Если вы кончили клеить обои, можете показать мне все здесь.

Эрин откинула с лица пряди золотистых волос.

— Да, теперь я закончила.

— Подклеивать обои тоже входит в ваши обязанности?

— Нет, конечно, но нам не хватает помощников. Учитывая суть этого проекта, чем меньше людей знают о местонахождении приюта, тем лучше.

— Я хорошо управляюсь с кистью. Может, примете мою помощь?

Глаза Эрин, голубые, как весеннее небо, изучали его.

— Полагаю, у вас есть занятия поинтереснее, чем красить старый дом.

— Да, в общем-то, нет. По крайней мере, после работы.

Она удивленно приподняла брови.

— А ваша жена возражать не будет?

— Я не женат. — Раз уж спросила она, он тоже может поинтересоваться. — А как вы? Замужем?

— Слава богу, нет.

— Простите, что спросил.

— Случается, мистер Миллер, что для женщины муж, дети и ирландский сеттер — не самое важное.

— Да, я понимаю, что вы имеете в виду. Но есть же в вашей жизни что-то кроме работы.

— Да, есть разные дела. Но ничего такого, что имело бы для меня важное значение.

— Или никого?

— Нет, — твердо произнесла Эрин.

— Ужасно, мисс Брейли. Это действительно ужасно!

— Не жалейте меня, мистер Миллер. Я справляюсь.

О да, жалость здесь неуместна. Она не из тех женщин, которых стоит жалеть. Он встретился с ней взглядом. Большая ошибка.

— Зовите меня Зак. Если мы оба сейчас свободны, может, перекусим вместе? Я знаю неплохое место.

Эрин вздохнула:

— Звучит заманчиво, но, боюсь, я то как раз занята.

Он, наверное, уже в ресторане. Чувство жгучего разочарования охватило Зака, но он не мог так просто сдаться.

— Кто-то особенный?

— Да, я обедаю со своим отцом.

Зак резко выпрямился.

— Вы с ним так близки?

Мгновенно ее глаза превратились в две ледышки.

— Это обязательный еженедельный обед, вот и все.

Зак удивился внезапной смене ее настроения, но счел за лучшее не углубляться в этот вопрос. Он слишком хорошо знал, сколь сложными могут быть отношения между ребенком и родителями. Сам он ненавидел отца до сих пор, хотя тот уже умер.

— Мой отец не любит, когда его заставляют ждать, — сказала Эрин. — Так что пойдемте вниз, мист... — она улыбнулась, — Зак.

Она и святого Петра свела бы с ума этой улыбкой!

— По крайней мере кое-что мы выяснили. И вот еще что: мы говорим то, что думаем, и никаких извинений. В деловых отношениях это необходимо. — Он протянул руку. — Согласны?

Поколебавшись, она пожала ему руку:

— Согласна.

Зак погладил большим пальцем ее руку и посмотрел в голубые глаза. Уже через мгновение оба ощутили, как незримая нить протянулась между ними.

Вернувшись к реальности, он выпустил ее руку.

— Лучше надевайте перчатки, когда работаете здесь. Берегите кожу.

— Спасибо за совет, но я не такая уж хрупкая.

Господи, наверное, нет! Он пожертвовал бы недельной зарплатой, чтобы проверить это. И сезонными билетами на хоккей в придачу.

Нет, лучше уйти, прежде чем он наделает глупостей.

— Хорошо, мисс Брейли...

— Эрин!

Он ухмыльнулся.

— О'кей, Эрин. Нужно поторопиться, если не хотите опоздать на свидание.

— Вы правы. Не могу заставлять папочку ждать.

Сарказм в ее голосе не оставлял сомнений в том, насколько «желанна» для нее предстоящая встреча.

Они пошли по коридору. Эрин повернулась в нему.

— Если вы в основном закончили осмотр, почему бы вам не зайти ко мне в офис завтра? Вы могли бы принести планы и рассказать о своих предложениях.

Зак сунул руки в карманы. Вряд ли ей придется дважды повторять свое предложение!

— Утром, хорошо?

— Позже. По утрам я бываю в других приютах, а в шестнадцать тридцать у меня совещание. После него мы встретимся в зале заседаний. Там мы сможем разложить ваши бумаги на большом столе.

Зака бросило в жар при мысли о том, что он мог бы с ней сделать на этом столе. Что было в ней такого, что заставляло его забыть здравый смысл? Физическое влечение, да. Но и что-то большее. И это тревожило его. Он не хотел признаться, что ему нужно просто живое человеческое общение. Зак подозревал, что Эрин — из тех женщин, которые могут заставить его выдать самые потаенные секреты, если он не будет осторожен. Он не может позволить ей коснуться старых ран.

— В какое время?

— В шесть.

— Отлично. Я принесу обед. Любите китайскую кухню?

— Очень.

— Что предпочитаете?

— Острое, — отозвалась Эрин.

Знай она, что делает с ним, то, наверное, предпочла бы отказаться от встречи. А может, и нет. Может, она вкладывает страсть во все, в чем принимает участие. Внутренний голос твердил Заку, что он должен выяснить это.

ГЛАВА ВТОРАЯ

— Пятьдесят тысяч долларов, Эрин? Это огромные деньги!

Хотя лицо Роберта Брейли избороздили морщины, а аккуратно подстриженные волосы стали почти седыми, он все еще был красивым мужчиной и выглядел гораздо моложе своих шестидесяти.