Фобии (СИ) - Блэр Лия

— Света! Эта штука сломалась. Лететь нельзя, — уверенно сказала Лена, поднимая ручку чемодана.

— Фрося, все из-за погоды. Успокойся, — с улыбкой вздохнула подруга, наблюдая за раздраем Лены, который четко вырисовывался на ее мордашке. Ляпнула первое, что пришло в голову.

— Уверена? — недоверие все еще не отпускало.

— Абсолютно, — подтвердила Света.

Фраза запустила цепную реакцию ненужных ассоциаций, и на смену одному ужасу пришли другие, те, что Лена видела в фильмах. Мерзкий робот из «Прометея» встал перед глазами, обещая поселить в тела пассажиров не кого-то, а чужих. Нервно сглотнув, Измайлова тряхнула головой, понимая, что сходит с ума. Буквально.

— Скажи по-другому, — прошептала Лена.

— Я уверена, — подруга никогда не спорила.

— Ладно, — согласилась Измайлова и выдохнула, открыв свою страничку в VK1. По поводу погоды у нее пока не было никаких веских аргументов.

Дальше все происходило по привычному сценарию: Лена стирала подошвы о каменный пол аэропорта, нервно заламывая руки, а Света приглядывала за ней, как за ребенком, не переставая переписываться с Сергеем.

Очередной взрыв панической атаки произошел, когда Лена ошарашено показала Светке пустой блистер от лекарства. Засунув коробочку с успокоительным, погруженная в безрадостные мысли, Измайлова не соизволила проверить наличие таблеток внутри. Обнаружить недостающее важное звено, призванное помочь в полете, не получилось раньше, потому что добрая подруга посоветовала принять таблетки после прохождения таможенного контроля. Теперь же, находясь в «отстойнике», без права добежать до аптеки, Лена почти выла в голос.

— Я тебя провожу и вернусь, — Измайлова мучилась, словно смертница на эшафоте. Надежды же на спасение не было.

— Хорошо, — не глядя согласилась Света и продолжила стремительно пить кока-колу из огромного, на вид трехлитрового, не меньше, бумажного стакана. Правда. В таких попкорн в кинотеатрах продают.

— Ты говорила, нас через рукав поведут, — не унималась Лена. Сражение Александра Невского разворачивалось в ее заледеневшей от страха душе. — Если я трап увижу, меня кондрашка хватит.

— Все будет хорошо, — чем дольше они ожидали автобус, который отвезет их к самолету, тем умиротвореннее становилось лицо Светы. Объяснение тому Лена нашла: подруга спешила к любимому человеку.

Давая возможность Тимофеевой пребывать в предвкушении счастья, Лена озиралась по сторонам, отвлекая себя от страшных мыслей и картин, которые изрядно потрепали ее нервную систему. Очень много народа спешило на отдых, а может, и по делам. Лица были уставшие, оживленные, счастливые и, как правило, довольные. Дети, сплошь все из рода бессмертных, в нетерпении кружились рядом с родителями и показывали в окна на грациозных железных птиц. Совсем не боялись! Чтоб их…

Всеобщей радости Лена не разделяла, скорее, в ней нарастала истерика. Самое ужасное, что подавить ее было невероятно сложно. Невозможно. Как ни старалась, как ни уговаривала себя — тщетно.

Мазнув взглядом в очередной раз по галдевшей толпе, Измайлова выцепила знакомую фигуру красивого хама, который стоял рядом с двумя немолодыми мужчинами. Беседа была не особо оживленной, но один из спутников явно извинялся и, казалось, старался угодить своему юному попутчику.

«Был бы постарше…» — грустно отметила про себя Лена, продолжая пристально рассматривать заинтересовавшего ее парня.

«Опять ты…» — стал ей ответом красноречивый взгляд незнакомца, едва они встретились глазами.

— Так, — неожиданно громче обычного сказала Света и покачнулась. — Поднимаем булочки. Автобус приехал.

— А? — с неприятным удивлением Лена осознала, что подруга пьяна. Понять, в какой момент произошло сие безобразие, не получалось. — Ты где налакалась?

— Я че, зря в дьютик бегала? — ухмыльнулась Тимофеева. — К твоему сведению, я тоже летать боюсь. А ты мне все мозги оттрахала… вконец.

Высказав все, что хотела, Света подтолкнула Измайлову в автобус. Безапелляционно.

Совершенно нормально, когда один не в себе, а второй контролирует ситуацию, но действительность рисовала двух неадекватов, что грозило Лене полным триллером со стопроцентной сединой по всей голове. В том случае, если они долетят, конечно.

— Меня тошнит, — мутило Лену действительно не по-детски. Отвлечь себя не получалось никак, едва транспортное средство двинулось к нужной полосе. Ноги наливались свинцом, ледяное дыхание старухи с косой ощущалось всей спиной.

— Попроси пакетик, — буркнула Света. — И чтоб ты не стала истерить в салоне, скажу сразу: места у нас друг за другом, специально у иллюминатора выбирала.

А вот эта новость выбила весь воздух из легких Измайловой. Мало того, что сейчас придется идти по трапу… в самолет, мать его, так ещё и лететь в одиночестве! К уже имеющимся зомби в мозгах, заменяющим тараканов, которые почти снесли стену благоразумия, добавились дополнительные персонажи, похожие на инопланетян с недобрыми намерениями.

— Если мы … — пересиливая себя и тошноту страха, прошипела Лена, — долетим… Я убью тебя сама.

— Молодец! Думай об этом все время, — Света положила голову на плечо подруги.

Жара стояла неимоверная. Солнце нещадно выжигало городские застроенные и укатанные в асфальт пейзажи, будто подгоняло всех покинуть царство бетона и стекла, спасаясь на морях. Ну, у воды, как минимум.

Десять минут, которые Лена провела в автобусе, прожигая гневом изрядно захмелевшую подругу и сражаясь с внутренними демонами, теперь казались секундами счастья. Четкое определение: перед смертью не надышишься.

Широкий автобус очень плавно остановился перед огромной летающей машиной. Белый трап с символикой аэропорта и черными прорезиненными ступенями напоминал Измайловой дорогу в ад, которая только по недоразумению вела вверх, а не вниз. Приветливые бортпроводники встречали пассажиров дежурными улыбками, излучая радость и доброжелательность. Паникерша прикрыла глаза, собирая все свои расшатанные вконец нервы и уговаривая свое сознание смириться.

Пока довольные — и не очень — пассажиры поднимались на борт, Лена оттягивала момент как могла. Света терпеливо ждала прилива героизма подруги, подставив пьяное лицо под лучи солнца. Алкоголь делал свое дело, и теперь ей невыносимо хотелось спать.

— Здравствуйте! Проходите! — с улыбкой пригласила дружелюбная девушка в синей форменной одежде.

— Здравствуйте. А почему рейс задержали? — Измайлова чувствовала, что должна точно знать причину. Ведь если дело в погоде, то шансы на спасение были.

— Технические неполадки. Теперь все в порядке, — уверенно заверила бортпроводница.

— Света… нам пиздец, — обреченно сказала Измайлова, лишившись последней надежды. Калейдоскопом в памяти стали разворачиваться все «предзнаменования» грядущей трагедии: вчера, например, вместо кондиционера для волос использовала крем для тела; в Инстаграм2 наткнулась на ролик с катастрофой, что тоже было не к добру; соседи всю ночь слушали Юрия Антонова, и эта чертова строчка: «давай обнимемся у трапа, мы не увидимся уже…»; утром, выходя из подъезда, встретилась с бабой Зиной, которая сказала: «Помолюсь за тебя», — и дело было не в том, что Лена ей отдала все продукты из холодильника… Господи, почему же она не слушала свою интуицию?!

— Встретим его достойно, — не давая опомниться побледневшей Лене, подруга практически втащила ее на подъемник и втолкнула в салон.

— А пилоты хорошие? — из последних сил цепляясь за совсем призрачную надежду, с мольбой и побелевшими губами спросила Измайлова бортпроводницу, которая приготовилась напомнить их места на борту.

— Лучшие! — не впервые наблюдавшая за особо впечатлительными людьми, успокаивающе произнесла сотрудница авиакомпании.

— Вот! А ты боялась! — Света проталкивала подругу вперед. — Если что… приземлимся на Гудзоне.