Грозный Шторм - Алика Фортис

Приятно ведь, когда у мужчины такая реакция. А когда этот мужчина ещё и небезразличен, то вдвойне приятно.

Ну что ж, пора. Пусть и говорят, что порядочная девушка должна опаздывать, но мне так не терпелось, что опаздывать я совершенно не собиралась. Пятки огнём горели.

Так что быстренько обулась и вылетела за дверь.

На камбуз неслась чуть ли не вприпрыжку.

У двери в само помещение ненадолго замерла и после толкнула её с предвкушающей улыбкой.

Стоило зайти внутрь, улыбка стала ещё шире. Того гляди щёки треснут.

Стояла, хлопала глазами и не могла ни слова из себя выдавить. Вот так вот дар речи и теряют.

– Ого! – это всё, на что хватило моего словарного запаса, ставшего вдруг до жути скудным.

– Добро пожаловать на борт сухогруза «Самсон»! – поприветствовал меня Максим чисто по-капитански. И плевать, что я уже давно на нём. – Прошу.

Указал рукой на накрытый стол. На котором напротив друг друга стояли две тарелки с мясом и гарниром. По центру находилась импровизированная свеча в виде переносного металлического фонарика с ручкой.

Но и это не главное, что заставляло меня трепетать.

А то, во что был одет Максим. Настоящая форма капитана. Брюки, белоснежная рубашка и китель. Я даже не думала, что капитаны торговых судов такие носят. А теперь думаю о том, что жаль, не каждый день.

Да это покруче смокинга будет. Капец. Чистый и ходячий секс!

Видимо, заметив мой взгляд, Максим слегка усмехнулся.

– Отомри, Анют, и садись за стол, – вышел из строго и сдержанного образа, наградив меня своим фирменным взглядом.

Хорошо хоть не сказал слюни подтереть. А то уже ощущала: ещё немного и потекут.

– А когда ты успел? Ты же говорил, старпом только в ночь сменит? – удивилась тому, что он на камбузе похозяйничать успел за это время. Да и вообще удивилась, что он готовил сам.

– Немного скорректировал смены. В рубку мы ещё пойдём, – хмыкнул, помогая мне усесться. – Вместе.

Пока я разглядывала еду, Максим куда-то отлучился и вернулся спустя полминуты.

– Очуметь! – пропищала и чуть ли не в ладоши захлопала.

Цветы! Самые настоящие ненастоящие цветы! Немного кривенький и косенький букет из бумажных цветов. Как белые бумажные тюльпанчики на стебельках, перетянутые бечёвкой.

Взяла лучший в мире букет в руки. Моему восторгу не было предела. Это он для меня сидел и крутил оригами? Своими ручищами складывал листики? Представив эту картину, снова заулыбалась. Уже лицевые мышцы сводит оттого, что свечусь как начищенный чайник.

– Как ты его сделал? Их же здесь штук тридцать, не меньше! – верещала от восторга.

– Тридцать пять. И лучше, бл…ин, не спрашивай как, – Максим посмотрел на букет таким взглядом, будто он из него всю душу вытряс.

– Спасибо большущее! – подскочив с места, аккуратно положила цветы на стол и совсем неаккуратно повисла на шее у Шторма.

После затяжного поцелуя всё же сели за стол.

Мясо было немного пригоревшим с одной стороны. Но клянусь, это было самое вкусное мясо, которое я ела за все свои двадцать лет. Слупила всё до последней крошки.

Пока ели, и говорить не забывали. Максим рассказывал, как и почему выбрал такую профессию. Оказывается, его дедушка тоже был капитаном. И он ещё мальчишкой проникся всей этой морской темой. И когда встал вопрос о поступлении, раздумывать не пришлось. Выбрал то, к чему лежала душа. Военно-морскую академию.

Я слушала, затаив дыхание. Мне было так интересно узнать побольше о его жизни. Слушала бы и слушала.

Ещё узнала, что он, оказывается, был женат. Вот эта информация мне совсем не понравилась. Какие-то ревностные нотки проскочили. Хотя, по сути, какая разница? Был и был.

– А дети?

– Нет. По крайней мере, мне об этом не известно. Хотя…, – увидев мои округлившиеся глаза, негромко рассмеялся. – Да шучу. Детей нет.

– А хотел?

– Скорее нет, чем да. Как-то в то время ситуация не располагала. Сейчас не думал об этом. Поводов не было озадачиться вопросом.

Дальше разговор пошёл на более нейтральные темы. А ещё спустя час мы пошли в капитанскую рубку.

Старпом Дима сдал пост и оставил нас одних. Перед уходом подмигнул по-доброму и скрылся за дверью.

Тут я была всего один раз, когда вскрылась подстава с моей маскировкой. И тогда мне было вообще не до того, чтоб разглядывать то, как всё тут устроено. А сейчас с любопытством рассматривала приборную панель, всякие кнопочки и рычажки. А ещё вид из окна. Вид завораживал. Это куда лучше, чем те волны, из-за которых я свалилась за борт. Знала бы раньше, то отсюда устраивала фотосессию.

– Иди ко мне, – похлопал себя по колену, сидя в кресле.

Уговаривать меня не пришлось. Тут же соскочила со своего места и, обвив руками шею Максима, поудобнее уселась на коленях.

– Спасибо большое. Это самое лучшее свидание, какое только может быть, – сказала, чмокнув его в колючую из-за щетины щеку.

– Ну оно ещё не закончилось. По плану – прогулка на воде с видом на рассвет из окна рубки.

– Романтика. А вы, Максим Алексеевич, оказывается, мастер по демонстрации красивых видов и влажных прогулок, – протянула нараспев, а вот Максим аж поперхнулся.

Что-то не то я ляпнула. Уже даже поняла, что именно.

– Интересный комплимент. Впервые на моём веку.

– Я хотела сказать водных! – тут же начала оправдываться.

– Да-да, я так и понял. Но, пожалуй, всё же внесу коррективы и проложу новый маршрут.

После этого потянулся к моим губам. А я и сама навстречу прильнула.

Целовались, как и всегда в эти дни. Будто кислород друг у друга крали. Ненасытно, жадно, глубоко.

Как же мне нравилось чувствовать вкус его губ. Аж мурашки по всему телу.

Я, конечно, и раньше целовалась. Но чтоб так? Никогда!

В такие моменты мозг вообще отказывался функционировать, и я превращалась в желе, растёкшееся лужицей.

Максим не изменял себе. Снова гладил и сминал руками везде, где можно и нельзя. Я только мычала ему в рот, когда сжимал грудь, прикрытую лишь тонкой тканью футболки. Захлёстывало эмоциями.

Когда Максим пальцами подцепил резинку лосин, немного напряглась. Даже воздухом захлебнулась.

– Не бойся, я только потрогаю, – проговорил севшим голосом, сняв меня с колен и поставив на ноги.

Пикнуть не успела, как лосины оказались в районе щиколоток. Мне осталось только скинуть обувь и завершить начатое. Сняв лосины, ножкой откинула их в сторону.

Максим тут же усадил меня обратно, но уже лицом к себе.

Так близко. Чувствовала его возбуждение. Такое не скрыть. И невозможно не почувствовать. Особенно когда сидишь верхом на этом чертовски привлекательном капитане.