Виктория Шарп - Цветы под дождем

— Нет, — упрямо повторила Джулия. — Я больше не желаю тебя видеть, Макс. И не только сегодня, а вообще никогда.

— Но ведь это же абсурд! — в отчаянии закричал Макс. — Черт возьми, Джулия, как можно обвинять человека в измене без веских доказательств?! Если в моем доме переночевала женщина, это вовсе не означает, что мы занимались с ней любовью! Во всяком случае, хотя бы выслушай меня сначала, а потом делай выводы!

— Поздно, Макс! — со злостью воскликнула Джулия. — Теперь уже поздно! Ты должен был сказать мне про эту женщину еще вчера, а не врать про визит продюсера. Как я могу тебе верить, когда ты уже обманул меня? — Она сделала паузу, пытаясь совладать с душившим ее негодованием. — Признайся, ты ведь хотел скрыть от меня визит этой дамочки. И я уверена на сто процентов, что ты бы так ничего мне и не сказал, если бы я сама не узнала. Что, разве не так?

— Так, — убитым голосом признался Макс.

— Вот видишь! — торжествующе промолвила Джулия. — Ты не можешь отрицать очевидный факт. А поэтому... поэтому между нами все кончено! — торопливо выпалила она. И сразу повесила трубку, не дав Максу возразить.

Не прошло и нескольких секунд, как телефон снова зазвонил. И трещал не меньше десяти минут. Но Джулия так и не сняла трубку. Зачем ей слушать объяснения Макса, когда она все равно не может больше ему верить?

Наконец телефон замолк, и в комнате повисла гнетущая тишина. Под влиянием этой тишины нервы Джулии окончательно сдали, и она, упав на диван, отчаянно разрыдалась.

Убедившись, что Джулия не намерена снимать трубку, Макс в глубочайшей досаде отошел от телефона. Закурив, он принялся нервно расхаживать по гостиной, обдумывая свое невеселое положение.

А положение и впрямь хуже некуда. Ведь Джулия не просто обиделась на него — она в нем разочаровалась. Он, Макс Диллон, оказался вовсе не таким порядочным, честным и хорошим, каким она его считала. И переубедить ее будет очень и очень непросто. Да и как это сделать, когда она даже слушать его не желает?

Проклятье! Он потратил столько усилий, чтобы завоевать доверие Джулии. И вот теперь придется все начинать сначала. И виноват в этом только он сам, а вовсе не Изабелл Марчмэн. Разве Изабелл заставляла его лгать Джулии вчера вечером? Он, Макс, сделал это сам, причем вполне осознанно. Но ведь он надеялся, что так будет лучше, что этот в сущности невинный обман позволит избежать разлада в их с Джулией отношениях. А все вышло наоборот. Приезд Изабелл в Вудхауз не прошел незамеченным для соседей Джулии, и они поспешили вывести ее кавалера на чистую воду.

— Чертовы провинциалы! — со злостью воскликнул Макс. — Все-то они видят, все замечают! Занимались бы лучше своими делами, а не совали нос в чужие!

Макс чувствовал такую сокрушительную ненависть к обитателям Риверсайда, что ему хотелось спалить деревню дотла. Действительно, если бы эти ничтожные людишки не начали судачить насчет визита Изабелл в его дом, все прошло бы хорошо. Но то были лишь эмоции. А рассудком Макс понимал, что подобное могло случиться где угодно, даже в Лондоне. Многие из его знакомых не упустили бы возможность раскрыть Джулии глаза на его «недостойное» поведение. А значит, нужно не искать крайнего, а менять что-то в себе. Причем не только ему, но и Джулии. Он должен научиться вести себя с Джулией предельно открыто и честно. А Джулия в свою очередь должна научиться ему доверять. В конце концов, разве можно построить идеальные отношения без полного доверия? Нет, потому что такие отношения заведомо обречены на провал.

Затушив сигарету, Макс торопливо оделся и направился в гараж. Хочет Джулия или нет, но ей придется выслушать его. А потом пусть поступает, как считает нужным. Если он, Макс, по-настоящему дорог ей, она его поймет и простит. А если нет... Ну что ж, в этом случае им действительно лучше расстаться. Хотя последний вариант развития событий казался Максу просто невозможным. Расстаться с Джулией? Но ведь он уже не может без нее! Он должен приложить все усилия, чтобы они помирились. Иначе он просто сойдет с ума от отчаяния.

11

Наплакавшись вдоволь, Джулия пошла на кухню и попыталась заняться приготовлением обеда. Однако у нее не осталось на это сил, и она решила просто сварить себе кофе. В самом деле, зачем утруждаться и переводить продукты, когда она все равно не в состоянии проглотить ни кусочка?

Приготовив кофе, Джулия вернулась в гостиную, уселась в кресло и поставила рядом с собой чашку. Но не успела она сделать и пары глотков, как услышала на улице шум автомобиля. По провинциальной привычке Джулия машинально выглянула в окно. И тут же почувствовала, как у нее перехватило дыхание. Из машины выходил Макс. Причем у него было такое непреклонное, отчаянно-решительное выражение лица, что Джулия сразу отказалась от идеи не открывать дверь. Весь вид Макса говорил о том, что он не уедет до тех пор, пока не добьется того, чего ему надо. Пожалуй, вздумай Джулия не впустить его в дом, так он устроится в автомобиле и будет сидеть там до второго пришествия. А шокировать в очередной раз соседей Джулии совсем не улыбалось. Поэтому она пошла к дверям почти сразу, как Макс позвонил.

— Что такое, Макс? Зачем ты приехал? — с ходу набросилась она на него. — Я уже все сказала тебе по телефону, и добавить мне нечего.

Макс решительно отстранил Джулию с дороги и молча прошел в дом. Джулии ничего не оставалось, как последовать за ним. К ее удивлению, Макс направился не в гостиную, а на кухню. Там он отыскал пепельницу и лишь затем перешел в гостиную, где тотчас достал сигарету и закурил.

— Черт тебя побери, Макс Диллон! — возмущенно воскликнула Джулия. — Что за бесцеремонное поведение? Ты ведешь себя так, будто находишься у себя дома!

— А я и так почти что у себя дома, — невозмутимо ответил он. — Потому что дом моей женщины — наполовину мой дом.

— Ничего подобного! — сердито возразила Джулия. — И прежде всего потому, что я — не твоя женщина.

Серо-зеленые глаза Макса вызывающе сверкнули.

— С каких это пор, Джулия? Насколько я помню, еще вчера ты не имела ничего против такого положения вещей.

— Вот именно: вчера! А сегодня все обстоит по-другому. И виноват в этом только ты, Макс. Потому что ты меня предал.

— Это неправда! — пылко возразил он. — Я не предавал тебя, Джулия. И я могу поклясться в этом всем, чем угодно, даже потенцией.

— Неужели? — Джулия усмехнулась. — А может, лучше на Библии?

— Прекрасно. Тащи ее сюда.

Лицо Макса было таким невозмутимым, что Джулия пришла в замешательство. А что, если он говорит правду? — мелькнуло у нее в голове. Но затем на Джулию снова нахлынули сомнения. Что могут означать клятвы для таких людей, как Макс Диллон? Ведь он наверняка даже не заглядывает в церковь. Во всяком случае, за те полтора месяца, что Макс провел в Вудхаузе, он ни разу не выразил желания сходить туда, хотя прекрасно знал, что Джулия посещает церковь по выходным. А значит, он ни во что не верит. Но в таком случае ему ничего не стоит дать ложную клятву. И она, Джулия, будет просто дурочкой, если поведется на эту уловку.