Элли Десмонд - День святого Валентина

Мэри сажала весенние цветы, хотя не была уверена, что доживет с ним до того времени. Знак был хороший, но Майкл уже знал, что ее чувства меняются с каждым восходом и заходом солнца.

— Становится прохладно, — сказал он и потер плечи. — Я растопил камин. Может, заодно и пообедаем? — Он встал и помог Мэри подняться.

Ветерок шевелил ее темные волосы. Майкл погладил Мэри по щеке.

— Ты устала. Извини за доставленные хлопоты. Я всегда могу позвонить и сказать, что мы решили на праздники уехать из города.

— У нас еще есть четыре дня, — ответила Мэри, стряхнув землю с рукавиц. — Кроме того, моя мать этого не переживет. Такая поздняя отмена приглашения — грубейшее нарушение этикета. А ей ужасно хочется познакомиться с твоими родными. — Мэри собрала инструменты, но Майкл тут же забрал их. — Мне нужно съездить за бокалами, зайти в магазин и заказать индейку. Я собрала множество рецептов, так что нужно составить список покупок и…

Майкл застонал, обнял ее и поцеловал, заставив замолчать. Когда он, наконец, отстранился, то заметил, что Мэри смотрит на него во все глаза. Казалось, этот поцелуй застал ее врасплох.

— Зачем ты это делаешь? — спросил он.

— Целую тебя?

— Нет. Готовишься ко Дню Благодарения.

— Хочу получше отметить праздник, — ответила она. — Знаешь, какая любимая пословица у моей матери? «Взялся за гуж — не говори, что не дюж». — Она грустно улыбнулась. — О боже, я превращаюсь в собственную мать!

Майкл закрыл глаза и прижался губами к ее лбу.

— Ни в кого ты не превращаешься. И ты вовсе не должна мне что-то доказывать. Я тебя понимаю. Если бы не гости, ты провела бы отпуск в другом месте. — Он пригладил ей волосы. — Помнишь обеды, которыми ты меня когда-то кормила? Мне нравилось приходить к тебе.

— Потому что в твоем холодильнике было хоть шаром покати, — отшутилась Мэри. — Если бы я тебя не кормила, ты бы давно умер с голоду.

— Я приходил не только из-за еды. У тебя всегда было тепло и уютно. Мне там было удобно. — Он взял ее за руку. — Еда была вкусная, но чаще всего я приходил, потому что хотел побыть с тобой.

— Серьезно? — срывающимся голосом спросила Мэри.

Майкл поднес ее руку к губам и начал по очереди целовать пальцы.

— Готовила ты хорошо. Но другом была еще лучшим. Только тогда я не понимал, как это важно.

Мэри смущенно уставилась на свои пальцы.

— Пойдем в дом, — пробормотала она. — Действительно, становится свежо.

На мгновение Майклу показалось, что в ее глазах вспыхнуло желание. Но оно тут же исчезло, сменившись притворным равнодушием. Чего она боится? Почему не может сдаться полностью и окончательно?

— Ладно, — кивнул он. — Тем более что обед я приготовил. Думаю, мне нужно освоить новые блюда. Например, печенку с луком.

Мэри хихикнула. Ее улыбка согревала душу, как солнце, внезапно вышедшее из-за тучи.

— Следует признать, что мой план «Примерная жена» провалился. Тебе хоть кактус дай, ты все равно добавки попросишь. — Они вошли в дом, добрались до кухни, и Мэри достала из холодильника бутылку воды. — Если тебе не нравилась моя стряпня, почему ты молчал?

Майкл обнял ее за талию и прижал спиной к буфету.

— Я сидел напротив тебя, так что жаловаться было не на что.

— Перестань говорить такие вещи, — сказала Мэри, высвобождаясь из объятий. — Иначе я могу в тебя влюбиться.

— Неужели это так плохо? Кроме того, я говорю чистую правду. Мэри, мне нравится, что ты рядом. Что ты живешь в моем доме, готовишь на моей кухне, копаешься в моем палисаднике и смотришь мой телевизор.

Щеки Мэри залил румянец, но Майкл подозревал, что она ему не верит. Он считал, что знает путь к сердцу женщины, однако с Мэри все было по-другому. Казалось, она видит его насквозь и знает, что скрывается за его обаятельными улыбками и учтивыми словами.

— Мне нужно составить список покупок, — сказала она.

— Что тебе действительно нужно, так это перестать менять тему каждый раз, когда я начинаю говорить о нас с тобой, — ответил Майкл.

Мэри вздохнула.

— А о чем тут говорить? Все давно сказано, — нетерпеливо ответила она.

— А вот я ничего не понимаю. То тебе нравится здесь, то ты готова бежать за тридевять земель. У тебя семь пятниц на неделе. Никогда не знаешь, чего ждать.

— Если тебе это не нравится, отпусти меня. — Теперь в голосе Мэри слышался ледяной гнев.

— Мэри, дело не в этом. Я просто хочу, чтобы ты тоже приложила какие-то усилия. — Майкл взял ее за руки, но Мэри вырвалась.

— Хочешь, чтобы я начала притворяться?

— При чем тут притворство? — Майкл посмотрел ей в глаза. — Когда я овладеваю тобой, ты не притворяешься. Или я ошибаюсь?

Мэри отвела взгляд.

— Нет, — наконец ответила она.

— Мэри, нам хорошо вместе. Впрочем, «хорошо» не то слово. Чудесно! Мне хочется взять тебя на руки, отнести в спальню и еще раз доказать это.

— Я… я не знаю, что ты хочешь мне сказать.

Это всего лишь секс. А ты требуешь любви. И хотя твоих чар достаточно, чтобы заманить меня в постель, но на мое сердце они влияния не оказывают.

Эти слова задели Майкла за живое.

— О боже, должно быть, ты очень любила его, если не можешь забыть до сих пор!

Сбитая с толку Мэри захлопала глазами.

— О ком ты говоришь?

— О том парне. О «П.П.». Которого ты любила в университете.

Она ахнула.

— Откуда ты знаешь про «П.П.»?

— Это неважно. Важно то, что он остался в прошлом, а тебе нужно думать о своем будущем.

Старая любовь заставляет тебя отвергать реальных претендентов на твою руку и сердце.

— Откуда ты знаешь? — повторила Мэри.

— От твоей матери. Она сказала, что в университете ты была в кого-то влюблена и страдаешь по нему до сих пор.

— О, черт! — простонала Мэри. — Все ясно.

Она читала мой дневник. У меня самая любопытная мать в мире. Мне следовало знать, что она доберется до моего дневника.

— Какая разница, откуда она про это узнала? Дело в другом. В том, что его здесь нет, а я есть. Тебе пора забыть прошлое и подумать о себе.

Мэри медленно покачала головой.

— Если вы с матерью знаете способ забыть прошлое, скажите мне. Потому что это трудно.

Честно говоря, я сама хотела бы забыть этого парня, но не могу. — Она резко повернулась и ушла.

Майкл долго смотрел ей вслед. Когда раздался шум включенного двигателя, он негромко выругался.

— Какого черта я взялся за это дело? Разве можно бороться с воспоминаниями о первой любви?

Проклятье, нужно что-то придумать! Он сходил с ума по Мэри Аттенборо и не собирался уступать ее какому-то призраку из прошлого.