Элис Детли - Любовный пасьянс

— Я попросила его об этом, — послышался звонкий женский голос, — и обещала, что заплачу чаевые только в том случае, если увижу твою раздраженную физиономию, братец!

Барт попытался изобразить возмущение, но вместо этого на его лице появилась широкая улыбка.

Хейзл с тревожно бьющимся сердцем наблюдала за этой сценой.

Из-за открытой дверцы высунулась рыжеволосая голова, затем показалась пара длинных стройных ног.

— На самом деле я собиралась сесть за руль сама, но прокатная контора отказалась выдать мне страховку из-за отсутствия поручителей…

— Слава Богу! — облегченно вздохнул Барт.

— Думаю, все из-за того, что я актриса! Почему, интересно, у всех такое предубеждение против людей моей профессии?

— Раньше у меня были те же самые проблемы, — послышался другой голос, показавшийся Хейзл очень знакомым. — Актеров считают слишком непостоянными и независимыми. А теперь, Барт, помоги мне выйти.

На его лице появилось виноватое выражение.

— Прости, что я сам тебе этого не предложил, — сказал он, склоняясь к дверце, — но я боялся тебя расстроить. Ты всегда говорила, чтобы я не обращался с тобой, как с калекой.

— Тогда я была моложе, — отмахнулась миссис Арден, выбираясь из машины.

— Это было всего два года назад, — ехидно заметил Барт.

— Ничего подобного!

Из своего укрытия Хейзл могла хорошо рассмотреть всех членов семьи Барта.

Его мать, несмотря на свои семьдесят лет, выглядела замечательно. Это была высокая стройная женщина с тонкими чертами лица и густыми седыми локонами. Она носила ту же самую прическу, с которой появлялась в детских передачах. Миссис Арден сохранила прежнее обаяние и непринужденное изящество, и в ней легко было узнать бывшую актрису.

Элизабет и Дороти, которых уменьшительно, — но не всегда ласкательно, как говорил Барт, — называли Бетти и Дотти, — были совершенно не похожи друг на друга.

Рыжеволосая высокая Бетти, актриса, напоминала мать. Ее наряд из бархата и кружев был нарочито экстравагантен, с контрастными сочетаниями цветов.

Дотти больше походила на брата. У нее были большие темные глаза и чувственный рот, на котором все время играла улыбка. Она имела ученую степень, но, несмотря на это, умела оставаться просто женщиной, что, по мнению Барта, было весьма разумно.

— А теперь, — заявила миссис Арден, нетерпеливо глядя на сына, — покажи нам свою девушку!

Он нахмурился.

— Девушку? Какую девушку?

— Бетти говорит, что ты в последнее время сам не свой, так что мы все уверены, что тут не обошлось без нового увлечения.

Барт бросил на младшую сестру испепеляющий взгляд, но та лишь скорчила в ответ ехидную гримасу.

— Ну, у Бетти всегда язык работает быстрее, чем мозги! — недовольно пробормотал он. — Здесь сейчас находится только мисс Корбетт, которая помогла мне устроить для вас праздничный стол.

Хейзл решила, что сейчас самый подходящий момент, чтобы выйти и поздороваться, и стала спускаться по лестнице.

— Но Бетти сказала, что ты собирался приготовить все сам! — воскликнула миссис Арден, глядя на сына в некотором замешательстве. — Чем же будет заниматься мисс Корбетт?

В этот момент Хейзл появилась на пороге.

— Я буду подавать блюда и напитки, — сказала она.

— Значит, Барт решил взять на себя женские обязанности, а вы — мужские? — усмехнулась Бетти. — Интересно!

— Уймись! — бросил ей брат. — Хейзл преуменьшает свою роль: она сама испекла праздничный торт и давала мне указания по поводу приготовления всего остального.

— Еще интереснее, — промурлыкала Бетти.

— Перестань! — поддержала брата Дороти.

Глаза Барта слегка сузились.

— Хейзл, позволь познакомить тебя с моими матерью и сестрами.

Он с некоторым любопытством наблюдал за женщинами, которые поочередно обменивались вежливыми улыбками и рукопожатиями.

— Вы можете подождать в гостиной, пока я приготовлю чай, — предложила Хейзл, когда они вошли в холл. — О, простите, миссис Арден, я совсем забыла! С днем рождения!

— Спасибо, дорогая! — откликнулась та, внимательно вглядываясь в ее лицо.

Когда через некоторое время Хейзл вошла в гостиную с нагруженным чашками подносом, пред ней предстала картинка семейной идиллии.

Миссис Арден сидела в кресле у окна, слегка наклонившись вперед, чтобы Барту было удобнее опираться локтями о спинку кресла. Дотти читала газету с нарочито рассеянным видом, словно показывая, что написанное интересует ее гораздо меньше, чем присутствующие. Бетти растянулась на ковре перед камином. В руках у нее был апельсин, и она изящными движениями отправляла очищенные дольки в рот.

При появлении Хейзл все четверо обернулись в ее сторону.

— С молоком или с лимоном? — спросила она. — Есть печенье, фруктовый кекс…

— Садитесь, Хейзл, — сказал Барт, подходя к ней. — Я сам все сделаю.

— А теперь ты решил разыгрывать заботливого хозяина? — невинным тоном спросила Бетти.

— Заткнись, Бетти! — мягко сказала миссис Арден и взяла чашку чая из рук сына и вдруг, нахмурившись, словно неожиданно вспомнила о чем-то неприятном, взглянула на Хейзл.

— Послушайте, а не вы ли та самая девушка, которая устроила это дурацкое шоу с бывшими подружками Барта на Валентинов день?

Бетти насмешливо фыркнула, а Дотти удивленно посмотрела на Хейзл, которая залилась краской. Только Барт остался абсолютно невозмутимым.

— Это была не ее идея… — начал он.

Но Хейзл не хотела, чтобы он оправдывал ее перед всеми, поскольку считала, что не заслуживает этого.

— И все же я допустила это, — тихо сказала она. — Шутка, которую Лили решила сыграть с Бартом…

— Та самая Лили, которая все время тебе писала эти письма?.. — перебила миссис Арден, обращаясь к сыну.

Хейзл недоуменно посмотрела на Барта.

— Какие письма?

Он с легким раздражением пожал плечами.

— Я не собираюсь обсуждать эту историю в деталях.

— Я воспитала сына настоящим джентльменом! — с гордостью заявила миссис Арден. — Таким же, как его отец!

Хейзл была в замешательстве. Вот и еще одно подтверждение ее инстинктивного убеждения в том, что Барт Арден честный и порядочный человек. Она уже давно начала подозревать, что существуют какие-то неизвестные ей подробности его отношений с Лили… Но какие? О чем умолчала подруга?

— Я принесу еще чаю, — сказала Хейзл, радуясь возможности ускользнуть.

— А потом ты покажешь нам наши комнаты, — сказала Бетти брату и, когда Хейзл вышла, добавила невинным тоном: — Вы с ней, случайно, не делите спальню?