Хэрриет Гилберт - Белый танец

Саманта поняла, что их перебранка не закончится в машине, поэтому предусмотрительно подъехала к черному ходу отеля. Лучано, как она успела убедиться, привык давать волю своему гневу независимо от того, где он находится.

— Хоть я и польщена тем, что ты не хочешь расставаться со мной, — продолжала Саманта, вылезая из машины, — в Генуе тебя ждет целый гарем твоих очаровательных подруг. Так что в отличие от меня у тебя будет все в порядке, — не удержавшись, съязвила она.

— Ты говоришь чушь! — возмущенно вскричал Лучано и, выйдя из машины, с силой захлопнул дверцу.

Однако Саманта заметила, как у него на скулах вспыхнули два ярких пятна. Кроме того, Лучано избегал смотреть ей в глаза.

О-о! Я, кажется, наступила на больную мозоль, подумала Саманта. У него и в самом деле в Италии есть постоянная связь. Может, я правильно поступила, решив порвать с ним? Быть одной из его пассий? Ни за что! Решение расстаться с Лучано крепло в Саманте с каждой минутой. Ее возмущало, что всю дорогу он говорил только о себе. Ему даже не пришло в голову задаться простым вопросом: а что будет с ней?

Проклятые мужчины, все они одинаковы! — мрачно подытожила Саманта.

Не сказав больше ни слова, она проводила Лучано в его апартаменты, потом прошла в свой номер и заперла дверь на ключ, отгородившись от всего мира — и от Лучано.

11

Последующие два дня были просто ужасными. Саманта сидела на заднем сиденье лимузина и гадала, долго ли ей еще томиться в ожидании Лучано.

Он, конечно, был взбешен своей отставкой и теперь, как считала Саманта, мстил ей, делая все назло. Превратившись в холодного, чужого человека, Лучано вряд ли мог заставить себя вести цивилизованно, хотя, по ее мнению, не очень-то и старался. Возведя между собой и Самантой невидимую преграду, он сосредоточился на бизнесе.

Саманта пыталась договориться с Лучано о расторжении своего контракта, полагая это для обоих самым лучшим выходом из ситуации. Но Лучано, — по какой-то извращенной прихоти, как она считала, — наотрез отказался отпустить ее. Мэтт Дакстер тоже не мог помочь Саманте, потому что был завален работой. Саманта пришла к выводу, что ей остается только терпеливо ждать окончания контракта. Поэтому она стиснув зубы в прямом и в переносном смысле продолжала работать.

С самого первого дня Саманта твердила Лучано — тысячу раз уже, наверное, — чтобы он никуда не уходил, не предупредив ее. Но этот своенравный осел именно так и поступал. Вчера, например, исчез из отеля, и у Саманты чуть инфаркт не случился, прежде чем она обнаружила Лучано в небольшом баре на соседней улице.

— Ты просто законченный идиот! — набросилась на него Саманта как рассвирепевшая кошка, давая выход накопившемуся страху. — Не могу понять, почему я до сих пор вожусь с тобой! Ну неужели… неужели тебе непонятно, что, разгуливая по городу один, ты даешь убийце прекрасную возможность прикончить тебя?!

— Я сыт по горло тем, что со мной обращаются, будто с ребенком! — выкрикнул Лучано, словно сорвавшись с цепи. — И почему я должен о каждом своем шаге докладывать тебе?!

— Потому что я стараюсь спасти твою паршивую шкуру, вот почему! — огрызнулась Саманта, продолжая выпускать пар нервного напряжения последних дней. — Послушай, а может, тебе надоело жить? — насмешливо спросила она. — Тогда ради Бога, делай что хочешь. Мне все равно, — добавила она с нервным смешком и выскочила из бара.

Саманта прислонилась к стене рядом с входной дверью, благодаря небо за то, что тьма скрывает ее пылающие щеки. Она глубоко вдыхала прохладный ночной воздух, пытаясь успокоить бешеное биение сердца.

— Все, что я прошу, это ставить меня в известность, куда ты уходишь из отеля, — твердо сказала Саманта, когда Лучано вышел наконец из бара. — Я не собираюсь ни в чем тебе мешать, но обязана знать, где ты находишься в данную конкретную минуту.

— Да, понимаю, — угрюмо буркнул Лучано и направился к отелю.

Саманта поплелась за ним. Она знала, что совершила глупость, сорвав злость на Лучано. Но тот скоро нашел способ отыграться.

Томясь в лимузине ожиданием, Саманта жалела, что не догадалась захватить с собой газету или хотя бы термос с кофе. И, чтобы быстрее скоротать время, она решила прогуляться, а заодно и размять мышцы.

— Сколько нам еще торчать здесь, Том? — спросила она, заглянув в окно водителя.

— Часа три, не меньше. Думаю, раньше двух твой клиент не появится. Мы не одни здесь кукуем, — заметил Том, кивнув на вереницы дипломатических машин, припаркованных на соседних улицах.

Саманта медленно ходила взад-вперед вдоль здания итальянского посольства. Все окна в нем были ярко освещены, оттуда доносилась музыка и смех. По крайней мере, мой клиент веселится, подумала она, скривив губы в кислой улыбке. Саманта плотнее запахнула жакет, стараясь не думать о шампанском и о разных деликатесах, которые Лучано наверняка поглощал в данную минуту.

Ей уже много раз приходилось коротать время в ожидании своих клиентов, поэтому этот вечер не был каким-то особенным или более трудным для нее. Но она была всего-навсего человеком, и когда сегодня утром в номер к Лучано явилась ослепительно красивая девушка, которую он встретил восторженными восклицаниями, Саманту вдруг охватила жгучая ревность.

Это было ужасное чувство. Собственно говоря, она впервые в жизни ощутила разрушающее, разъедающее душу и мозг действие ревности, ядовитые стрелы которой, казалось, пронизывали все ее существо.

Девушка была действительно необыкновенно хороша! При всем желании Саманта не смогла найти в ней ни одного изъяна — великолепная матовая кожа, фигурка, как у фарфоровой статуэтки. Такого же мнения, к сожалению, придерживался и Лучано, который заключил девушку в объятия и расцеловал в обе щеки. Саманта не выдержала этой сцены и вышла из его номера.

Через некоторое время Лучано попросил ее зайти и сдержанно и сухо объяснил ей, что девушка — дочь его старого знакомого и принесла ему приглашение на прием в итальянское посольство, который состоится сегодня вечером.

Почему Саманта решила, что он возьмет ее с собой на прием, она не могла объяснить. Лучано, очевидно, на это и рассчитывал, потому что, когда лимузин подкатил к залитому огнями подъезду посольства, высказал наигранное недоумение, зачем она вырядилась в красивое вечернее платье.

— Мне искренне жаль, что ты потратила время на то, чтобы выбрать подходящий наряд для этого вечера, ведь твое имя не значится в приглашении, — с ядовитой иронией сокрушался Лучано, нагло разглядывая ее проступавшие под платьем формы. — Бедная Саманта, совсем как Золушка.