Кристина Ролофсон - Созданы друг для друга

– Что ты делаешь! – запротестовала она, окинув взглядом шикарные наряды, развешанные на блекло-розовых стенах магазина. – Я не взяла с собой деньги.

– Хочу купить тебе сувенир. – Глаза его озорно блеснули. На обычный вопрос продавщицы: «Чем могу вам помочь, – мисс и мистер?» – Макс ответил тихонько: – Да, пожалуйста. Дамское белье.

Явно умудренная опытом дама приподняла бровь и откинула с плеч длинные светлые волосы, деликатно изучая позднего покупателя.

– Вы имеете в виду что-нибудь… ммм… особенное?

Да она готова без всяких околичностей продемонстрировать товар на себе. Ари с силой вцепилась в его руку и шепотом воскликнула негодующе:

– Макс!

– Трусики! – прорычал он.

Продавщица улыбнулась и показала длинным красным ногтем в сторону плетеного кресла: большая корзина рядом с ним доверху была наполнена разноцветными шелковыми вещицами.

– Посмотрите там, – может, найдется что-то для вас подходящее?

Макс, отпустив руку Ари, подошел к корзине и принялся изучать тончайшее белье с таким видом, как будто проверял свои сети для ловли рыбы. – Какой размер?

– Шестой. – Ари поняла: лучше ответить сразу, все равно не отстанет.

– Отлично. – Он приподнял пару белых бикини, на девяносто девять процентов состоявших из кружев. – Как тебе?

– Не очень практично. И ты не будешь покупать мне белье.

– Ты только что жаловалась, что тебе пришлось надеть мое. – Он многозначительно посмотрел на ее спортивные трусы. Продавщица тоже.

– Кажется, сейчас такая мода… – фыркнула продавщица, – среди подростков.

Ари почувствовала себя раздетой. Теперь им всем троим известно, что на ней нет нижнего белья. Господи, хоть бы эти проклятые шорты с нее не свалились! Сейчас она вернется к Максу, найдет сушильный шкаф, высушит свой купальник и отправится домой. А дальше что? Будет сидеть в пустом доме и смотреть телевизор?

– Макс, отвези меня домой. Там у меня полно белья.

– Спорю, что такого нет. – Он продемонстрировал пару трусиков нежно-персикового цвета, отделанных широким кружевом того же оттенка. – Твой цвет. – И взглянул на этикетку. – И размер твой.

Она промолчала, и Макс понес это совершенство к прилавку, где продавщица его завернула, пока Ари делала вид, что вокруг ничего не происходит. Какая прелестная юбка, с изысканной вышивкой, а цена… пожалуй, ей разумнее подождать снаружи, чтобы не искушаться видом этих роскошных вещей. Через минуту к ней присоединился и Макс с нацепленным на большой палец бумажным пакетом, украшенным розами.

– В прошлый раз ты купил мне зубную щетку и расческу.

– Это означает, что мы снова проведем ночь вместе? – поинтересовался он.

– Как бы не так, радость моя! – рассмеялась она.

– В таком случае не желаешь ли мороженого?

– На это я согласна. Не знаю вот только, что ты собираешься делать с этим бельем.

– А я знаю. – Пальцы его сильнее сжали ее ладонь. – Надеюсь когда-нибудь снять его с тебя.

Ари почувствовала такой толчок в груди, что у нее остановилось дыхание. Не так-то просто терпеливо стоять в очереди к прилавку с мороженым, делая вид, что выбирает, хотя чего туг выбирать, ее любимое – персиковое. Представить только: она стоит в толпе, беззаботной, летней, а человек, в которого она так по-глупому влюбляется, держит в руках пакет с сексуальными бикини и намерен в недалеком будущем их с нее снять… Соблазнительное намерение, но как же он их снимет, если она не наденет?

– Не стану их надевать, – сообщила она, заметив его вопросительный взгляд.

– В этом нет необходимости. – Уголки его губ дрогнули. – Я только спросил, какое тебе взять мороженое.

– О!

– Итак?

– Персиковое.

Через минуту он вручил ей стаканчик с быстро тающим мороженым, и Ари принялась поспешно слизывать верхушку, а то капли стекут на большой вафельный рожок. Ох и душно здесь, в кафе! Ари с облегчением выбралась на свежий воздух.

– Ну, вкусно?

– Хочешь мое попробовать? – Ари протянула ему стаканчик.

– Ничего, – оценил он, наклонившись и откусив кусочек сбоку. – Дать тебе моего?

– А какое у тебя? – Она взглянула на темную смесь в его стаканчике.

– Шоколадное.

– Нет, шоколад я не очень люблю. А внутри что?

– Арахис в шоколаде и помадка.

– Оно твое до последней капли, я не буду.

Они прошли обратно по тротуару, завернули за угол – вот и магазин сувениров. Конечно, ей следует возвратиться домой. Надо было сразу взять с собой все свои вещи и не оставлять сумочку в гостиной Макса. Сейчас она просто перешла бы дорогу и села в машину. Довольно трусливый выход из положения? Ну так что ж, ей ведь позволено изредка, праздновать труса. Она во второй раз прошла вслед за Максом по ступенькам к его двери, отчаянно пытаясь доесть стаканчик и не потерять при этом достойного дамы вида.

– Выпьешь чего-нибудь холодного? – Макс отпер дверь и жестом приглашал ее войти. – Нет, мне нужно возвращаться.

– Ты еще ничего не спросила о последней порции ответов на твое объявление.

– Видела груду писем на полу.

– Не распечатывал я их. – Он закрыл двери и вздохнул. – Собираешься снова выбрать подходящие?

– А ты хочешь?

– Не особенно.

Ари прошла за ним на кухню, и он избавил ее от остатка рожка. Теперь, когда она снова у него, ее охватило смехотворное чувство облегчения, но она изо всех сил пыталась его не замечать. Почему она должна радоваться, что он все еще хочет ее? Он дал ей это понять, и очень ясно, совсем недавно, когда его ладони ласкали ее грудь, а губы льнули к ее губам. Что ж, возможно, он ей слишком сильно нравится. Что будет, если она уступит ему, поддастся своим порывам, своему желанию, которое так отчаянно пытается игнорировать?.. Макс сделал к ней шаг, уронив на пол бумажный пакет, что держал в руке.

– Ари?

– Что?

– Пойдем наверх.

– Ты же обещал не совращать меня, забыл?

– Я обещал тебе пиццу. Ты пиццу получила.

– А еще называется – человек слова, – поддразнила она, изнывая от желания прикоснуться к нему.

– Все верно. Но ты сама могла бы соблазнить меня, солнышко.

Ей хотелось, правда, хотелось этого; колени у нее ослабли уже от самого звука его призывного рокота, от искусительных его слов.

– На один раз? Ты действительно этого хочешь? – Выражение его лица не изменилось, и она продолжала: – Ведь моя жизнь далеко отсюда, Макс. Через несколько недель я вернусь в реальный мир, а все это… кончится. Зачем, чтобы кто-то из нас пострадал?

Он стиснул ее плечи и наклонился заглянуть в глаза.

– Рискну.

– Макс…

Его прохладные губы коснулись ее рта, и Ари показалось, что у нее остановилось сердце. Подняв, наконец, голову, он добавил: