Донна Клейтон - Блестящая идея

Нет, он никогда не сможет постичь таинственную логику противоположного пола… Улыбка Кайла стала шире. Зато он уверен, что у него есть отличная возможность попытаться.

Кайл постучался, а затем отворил дверь. Синди стояла около своего стола. Обходя стол кругом, Кайл произнес:

— Мы должны поговорить.

Синди не обернулась.

— Я уже сказала все, что хотела, — ответила она. — Думаю, будет лучше, если мы некоторое время отдохнем друг от друга.

— Какое время? О чем ты? Что значит «некоторое время»?

— О, день или два. Неделю. Возможно, всю жизнь.

Она подошла к шкафу, выдвинула ящик, заполненный папками, затем с громким стуком захлопнула его.

Возможно, всю жизнь?

Это уже неприятно. Черт побери, да в чем же он провинился?

— Синди, — осторожно начал Кайл, — очевидно, я рассердил тебя…

— А ты не догадываешься?

— Стоп, — тихо сказал Кайл, изо всех сил пытаясь удержать ситуацию, которая грозила вот-вот выскользнуть из-под контроля. — Дай мне одну минуту.

Синди остановилась на половине пути между столом и шкафом, скрестив на груди руки и сжав рот в твердую прямую линию. Она стояла на месте и глядела на шефа.

— Неужели я говорил что-то ужасное? — спросил Кайл. Не ожидая ответа, он продолжил: — Если мои слова звучат как извинение, то это не так. Я отказываюсь просить прощения за то, что высказал другу свое мнение. Я думаю, любой женщине приятно, когда ею гордится мужчина.

— Кайл, а тебе не кажется, что хвастаться своими победами не по-мужски? — устало спросила Синди. — Я все детство только и слышала это хвастливое курлыканье расфуфыренных господ. А моя мать все это время жеманничала, ворковала и хлопала своими большими, великолепными глазами. Это было… отвратительно! Она имела одновременно по крайней мере дюжину так называемых «любовных связей». И я не хочу даже отдаленно походить на нее!

Прежде чем Кайл успел ответить, Синди продолжила:

— Я хочу провести свою жизнь с человеком, который полюбит меня за то, что находится здесь… — она ткнула пальцем в грудь, туда, где находится сердце. — И здесь… — на сей раз Синди постучала пальцем по виску. — Моя мать использовала свои красивые глаза, шикарные ноги и роскошное тело, чтобы получать… вещи. Мы выжили только благодаря ее красоте.

Кайл опять было открыл рот, чтобы что-то сказать, но Синди остановила его предупреждающим жестом.

— Я не пойду по ее стопам, — продолжала она. — Я достаточно умна. Я образованна. У меня есть деловое чутье. А тех, кто строит свою жизнь, пользуясь исключительно смазливой мордочкой и длинными ногами, я презираю.

Кайл вспомнил обрезанные фотографии в доме Синди. В памяти всплыли туманные слова о друзьях ее матери. Синди хочется, чтобы ее ценили не за внешнюю, а за внутреннюю красоту. Все части головоломки встали на свои места.

— Милая, да разве кто-нибудь спорит, что ты умна и образованна? И у тебя действительно потрясающее деловое чутье.

Но Синди как будто не слышала его слов.

— Я не хочу, чтобы моя жизнь состояла из легкомысленного флирта и случайных знакомств, — повторяла она. — Я не буду жить как моя мать. Я не пойду по ее пути. Метаться от человека к человеку, от любовника к любовнику… только… ради выживания.

Кайл пытался подобрать правильные слова, чтобы успокоить девушку.

— Почему ты так уверена, что твоя мать в восторге от такой жизни? — спросил Кайл. — Я незнаком с ней, не имею понятия, что она за человек. Но вряд ли ей самой нравилось жить за чужой счет.

— За счет мужчин, — подчеркнула Синди. — Моя мать живет на средства очень богатых мужчин.

Едва Синди замолчала, Кайл мягко произнес:

— Хорошо, пусть она живет за счет богачей. Мне все равно кажется, что твоя мать хотела бы жить по-другому, но у нее не получается. Ты пробовала взглянуть на мир ее глазами? Ты пыталась понять, почему она выбрала именно такой образ жизни?

— Она всегда так жила. Ей всегда удавалось найти богатенького поклонника.

— Но почему? — осторожно спросил Кайл, боясь вызвать очередную вспышку гнева. — Возможно, твоей матери казалось, что у нее не остается другого выбора. — И вдруг, неожиданно для себя, Кайл выпалил: — Вполне вероятно, что она поступала так ради тебя.

— Ради меня? О чем ты говоришь? Я не имею к этому никакого отношения. Ни малейшего!

— Ты уверена? Ты у нее спрашивала?

— Нет, я не спрашивала и не собираюсь!

Синди впилась в Кайла сердитым взглядом. Негодование блестело в ее глазах. Горькие воспоминания детства вновь охватили ее.

— Ты упоминала, — сказал Кайл, — что твоя мать имела благородное происхождение, но была бедной. Возможно, получилось так, что она осталась без средств к существованию, но с маленькой дочкой на руках, которую нужно растить, воспитывать… Быть может, она выбрала единственный путь, который обеспечил вас всем необходимым…

— Она могла найти работу!

— Наверное, у нее не было профессии. Или она сомневалась в своих силах. Или…

— Остановись, Кайл! Немедленно прекрати!

— Твоя мать настояла на том, чтобы ты получила хорошее образование. Ты сама мне сказала!

— Она послала меня в колледж, — возразила Синди, — по одной-единственной причине. Она считала, что мои внешние данные не позволят мне жить безбедно.

— Откуда ты знаешь? Скорей всего, она не хотела, чтобы ты пошла по ее стопам, поэтому старалась сделать все, чтобы ты не придавала слишком большого значения своей внешности.

— Я не желаю больше говорить на эту тему! — Ее голос опасно зазвенел, едва не срываясь на крик. — Зачем ты оправдываешь поступки моей матери? Наш спор не имеет к ней никакого отношения.

Слезы, что заполнили изумрудные глаза, ранили Кайла в самое сердце. Господи, ведь он всего лишь хотел, чтобы Синди поняла — их ссора напрямую связана с ее мамой. И все.

— Я сержусь, потому что слышала, как ты отпускал бессмысленные банальные шуточки в мой адрес. Мне не нравится, когда мной хвастаются! Я не хочу этого. Не хочу!

С этими словами Синди выбежала из комнаты, оставив Кайла одного в большом пустом кабинете.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Почему Кайл решил, что имеет право обращаться со мной подобным образом?

Синди не имела понятия, куда направляется. Ноги сами привели ее к стеклянной двери юротдела. Слава Богу, что документы, которые она случайно вынесла из кабинета, все равно следовало передать туда. Наверное, она все время имела это в виду и подсознательно продолжала работать, даже споря с Кайлом. Синди все еще испытывала бешенство при воспоминании о его словах. Поэтому она выплеснула свои эмоции на бедную Оливию.