Фиона Харпер - Парень что надо

«Да нет же, предполагал. Когда она положила руки тебе на грудь, когда она кусала тебя в шею, ты догадывался, что ее воображение хорошо развито».

Дэниел отогнал эту мысль. Ему не следовало больше так думать о Хлое. Хлоя больше не подпустит Дэниела ближе, чем на расстояние вытянутой руки. И ему следует бы этому радоваться.

Он вытащил замусоленный листок бумаги из кармана джинсов. И хотя Дэниел записал на нем свои мысли всего лишь час назад, листок был мятый, весь в пятнах, он не шел ни в какое сравнение с аккуратным блокнотом Хлои, маленьким, черным, с резинкой и цветными закладками.

Следующие полчаса Хлоя и Дэниел обсуждали дизайн и детали выставки. Наконец Хлоя закрыла блокнот и огляделась. Пока они с Дэниелом разговаривали, несколько сотрудников подходили узнать, что они планируют, но она всегда находила способ прикрыть блокнот.

— Я хочу, чтобы это был сюрприз, — объяснила Хлоя. — Я понимаю, что ближе ко дню открытия нам понадобится много помощников, но пока что давай это останется между нами.

Дэниел не смог сдержать улыбку.

— Понял. Если кто-то узнает слишком много, придется с ним расправиться.

Губы Хлои изогнулись в улыбке.

— Точно. — Затем Хлоя снова стала серьезной. — Я не хочу, чтобы ты меня неправильно понял, но… Не могли бы мы в следующий раз встретиться где-нибудь, где… не так людно?

— Я не пойму тебя неправильно, — сказал Дэниел.

Да и как он мог? Последние три месяца Хлоя четко выполняла данные обещания. Когда она смотрела на него, в ее взгляде не было и тени интереса. Никаких текстовых и голосовых сообщений, никаких ароматизированных конвертов в почтовом ящике.

Хлоя жила дальше. Оставила его в прошлом. Так что, может, она была права, может, он действительно слишком заносчив, потому что ему не нравится, что она так легко отказалась от него. А то, что она вышла из ситуации спокойно, с достоинством (в отличие от него), заставляло Дэниела только больше восхищаться Хлоей.

Но здесь-то и крылась проблема: обычно, когда Дэниел восхищался женщиной, он давал ей об этом знать, преследовал ее. А сейчас он не понимал, что делать со всеми этими новыми благородными чувствами, которые он испытывал к Хлое.

— Хорошо, — сказал Дэниел. — Как насчет того, чтобы встретиться у меня в следующий четверг?

Хлоя открыла рот, и Дэниел был готов поспорить, что она сейчас откажется.

— Я попрошу Келли побыть дома, — добавил Дэниел, зная, что женщины за последнее время сдружились. — Обычно ей есть что сказать по поводу моих грандиозных планов.

Хлоя немного расслабилась и кивнула.

— Хорошо.

— Договорились.

Когда Хлоя ушла, он набрал полные легкие воздуха и задержал дыхание, потом заставил себя отвернуться к стене и смотреть на покрашенную белым штукатурку, чтобы не видеть ту прекрасную часть тела, которая у Хлои была обтянута джинсами.

Хлоя закрыла блокнот, откинулась на спинку стула и вздохнула. Она сидела в столовой у Дэниела дома.

— Мне кажется, — призналась она, — это будет лучший фестиваль за все то время, что его проводят.

Дэниел ухмыльнулся в ответ. Хлоя улыбнулась еще шире. Она подняла свою большую сумку с пола и убрала блокнот, затем отодвинула стул и собралась встать.

— Подожди, — мягко попросил ее Дэниел.

Хлоя снова упала на стул.

— Перед тем как ты уйдешь, — сказал Дэниел, — я бы хотел поговорить с тобой.

Хлоя считала, что ситуация была вполне ясна.

— Все в порядке, правда, — улыбнулась Хлоя.

— Нет, не в порядке. Я хочу — я должен — извиниться за то, что сказал той ночью.

Хлоя закрыла глаза и не открывала их довольно долго. Когда она снова посмотрела на Дэниела, он сидел с серьезным лицом, напряженно ожидая. В его глазах читалась честность, открытость, которой Хлоя раньше не видела.

Это был не тот жгучий взгляд, который она замечала в первые дни знакомства, нет, этот взгляд был гораздо опаснее: он заставлял женщину страдать из-за мужчины глубоко-глубоко внутри, а у Хлои там было слишком много шрамов. Она была слишком слабой для того, чтобы сопротивляться, если Дэниел продолжит.

— Извини, что назвал тебя жалкой, — заговорил Дэниел хриплым голосом. — Я не считаю тебя жалкой, совсем нет.

Хлоя кивнула. Ее сердце забилось в три раза быстрее.

— А еще ты была права. Я принял все слишком близко к сердцу…

Она облизала губы, легко передернула плечами и сказала сухо:

— Да нет, не слишком.

— Той ночью…

Хлоя выпрямилась.

— Я действительно не хочу вспоминать то, что случилось тогда на моей лодке.

Дэниел посмотрел в пол, а потом снова на Хлою.

— Нет, я не о той ночи. Я о другой. Ты тогда была еще студенткой.

Хлоя тихо выругалась. Дэниела это заставило лишь рассмеяться.

— Послушай, не надо ничего объяснять, — продолжила она. — Я немного перебрала, а ты предложил мне прогуляться. Потом я выставила себя полной дурой, попытавшись тебя поцеловать. Только и всего.

— Ты была моей студенткой, — сказал Дэниел. — Даже если бы я хотел тебя поцеловать, я бы этого не сделал, это неэтично.

Хлоя сглотнула и кивнула. Да, она все понимала. Хлоя попыталась улыбнуться, но улыбка была больше похожа на гримасу боли.

— Да все в порядке, тебе не нужно было этого говорить. Я знаю, что тебе и не хотелось.

Несколько секунд Дэниел молчал.

— Я не должен был хотеть.

Хлоя резко повернула голову и уставилась на него. Ну зачем он над ней так издевается? Он ведь собирался извиниться, думала Хлоя, а не сделать все еще хуже.

— Дэниел, ты был предельно честен со мной по поводу того… инцидента. Не надо сейчас лгать. Ты ведь меня даже не узнал.

— Не узнал, — ответил Дэниел. — Детали до сих пор расплываются. Но я помню девушку, которая на всех лекциях сидела в первом ряду, задавала осмысленные вопросы и выделялась среди прочих своим энтузиазмом и страстью к растениям.

Страсть и энтузиазм? Это такой вежливый способ сказать: «Она набросилась на преподавателя»? Хлоя оттолкнулась руками от стола и встала.

— Та девушка была посмешищем.

— Нет… Она была милой и юной, просто перебрала, — возразил Дэниел. — И мне в ту ночь следовало вести себя иначе. — Он замолчал и нахмурился. — И я, может, поступил бы иначе, если бы это был обычный слюнявый поцелуй на пьяную голову.

Взглянув в светлые глаза Дэниела, Хлоя задержала дыхание.

— Ты же знаешь, мы подходим друг другу, — сказал он, его голос звучал все глуше. — И уже тогда это понимали.

Хлоя тряхнула головой. Не может быть. Он оттолкнул ее тогда, все мышцы его тела были напряжены, в глазах был шок.