Джилл Гарриетт - Любовная неразбериха

Когда самолет набрал высоту и стюардессы начали разносить напитки, Хилари взяла себя в руки и решила выяснить, где они будут жить и что делать.

— Мистер Фортье, — обратилась она к Раулю, который внимательно изучал газету.

— Рауль, — поправил он, не отрываясь от чтения.

— Я буду называть вас так, как мне удобно, — ответила она, не смутившись.

— Тогда мне придется называть вас мисс Вульф, — парировал Рауль, — а мне это не слишком удобно.

— Это ваше дело, — ответила Хилари, раздражаясь, что первый же разговор у них опять не получается. — Я хотела узнать, какую гостиницу вы забронировали.

— Никакую, — спокойно ответил Рауль, свернул газету и посмотрел ей в глаза.

— Что значит «никакую»? — возмутилась Хилари. — Вы обещали мне, что все решите. Я не стала связываться с агентствами во Франции.

— А кто сказал, что я ничего не решил, — спокойно ответил он. — Вы обещали доверять мне, вот и доверяйте. А чтобы вам было понятно, объясню. Если вы хотите узнать этот город таким, каков он есть, не пытайтесь вести себя как туристка. Это я вам уже говорил?

— Говорили, — язвительно заметила она, прекрасно помня об иллюстрациях к путеводителю.

— Тогда отдайтесь мне.

Хилари поняла, что краснеет, тем самым выдавая свои желания, но ничего не могла с этим поделать. Может быть, на моей смуглой коже это не так заметно, уговаривала она себя. Но Рауль решил успокоить ее.

— Я имел в виду другое, — криво усмехнувшись, заметил он. — Отдайтесь жизни, ситуации, а значит, и мне, потому что именно я буду вашим Вергилием.

— Я так и поняла, — попыталась Хилари спасти положение, — просто я хотела бы знать…

— Хилари, вы все узнаете в свое время, — остановил он ее. — Берите пример с вашей сестры. Она спокойно наблюдает за облаками, пока мы с вами препираемся. Вот это нормальный подход к ситуации. Если вы будете напрягаться каждую минуту, то поездка ничего вам не даст. Лучше было не лететь.

— К сожалению, в самолете нет стоп-крана, Хилари была возмущена его назидательным тоном, — а то я бы им с удовольствием воспользовалась.

— К счастью, — засмеялся Рауль. — Так у вас остается возможность что-то узнать.

— Посмотрим, — грозно заявила Хилари и отвернулась.

Оставшуюся часть пути она делала вид, что рядом сидит случайный попутчик, к которому приходится обращаться в силу необходимости. Рауль видел ее уловки и посмеивался. Он болтал с Алисией, с удовольствием убеждаясь, что девочка — нечаянная и дополнительная радость в этом путешествии. Вот она-то умеет доверять жизни, хотя видит в ней то, чего часто не могут увидеть даже взрослые и умудренные люди.

Париж встретил их дождем. После жары последних дней в Нью-Йорке прохлада и свежесть бодрили, и долгий перелет уже не казался таким мучительным. Пройдя таможенные процедуры, они погрузили вещи в такси и отправились на поиски жилья. По дороге к машине Рауль наконец объяснил им свой план. Стратегическая идея состояла в том, что они должны были провести эти десять дней так, как в свое время провел их он, приехав в Париж искать свою судьбу. Он сказал, что для этого им надо забыть, что у них есть кредитные карточки, и настоял на том, чтобы Хилари имела наличными не больше трехсот долларов. Хилари выслушала все это в гробовом молчании. Она ожидала чего-нибудь необычного, но не до такой же степени! К тому же с ней сестра, почти ребенок… Как же они будут жить все это время, если денег хватит только на то, чтобы снять самую дешевую гостиницу?

Алисия не унывала: она уже догадалась, чего добивается Рауль, и отчасти была согласна с ним. Конечно, Хилари представления не имеет, что человеку порой приходится бороться за свою жизнь, а значит, или найти союзников, или погибнуть. Рауль хотел показать ей совершенно другую жизнь и другой город, который мог стать другом только для того, кто его по-настоящему завоюет. Десяти дней для этого маловато, но кое-что они узнают и поймут.

Так в абсолютном молчании они ехали всю дорогу, пока машина не остановилась в довольно бедном и обшарпанном квартале. Здесь было довольно много света и ярких витрин, но они дышали дурновкусием и нарочитой вульгарностью. Рауль сам расплатился с водителем и выгрузил вещи на тротуар.

— Где мы? — дрожащим голосом произнесла Хилари, опасливо озираясь по сторонам. Если бы она случайно попала в такой район в Нью-Йорке, то за ее спокойствие — а может быть, и жизнь — никто бы не дал и гроша.

— Плас Пигаль, — невозмутимо ответил он. — Квартал художников, поэтов и проституток.

— И вы предлагаете нам поселиться именно здесь? — Хилари не могла поверить, что все происходит наяву.

— Мы же договорились, что у вас всего триста долларов, — пожал плечами Рауль. — К тому же они здесь никому не нужны, нужно еще попытаться обменять их по приличному курсу.

— Я не хочу больше играть в эту игру! — чуть не заплакала Хилари. — У нас достаточно денег, чтобы провести ночь в нормальных условиях. А завтра, если вы на этом настаиваете, мы отправимся на экскурсию по вашему славному прошлому.

— Я не обещал вам экскурсию по моему прошлому, — поморщился он. — Мы договорились лишь о том, что вы сможете увидеть город, который описан в моем романе. Если вы будете и дальше вести себя как истеричка, я сейчас же поймаю машину и отвезу вас обратно в аэропорт.

Он говорил таким ледяным и неприятным тоном, что Хилари съежилась и невольно схватилась за руку сестры. Алисия легонько погладила ее по запястью и вздохнула. Ей тоже было страшновато, но она почему-то верила Раулю и понимала, что он сумеет защитить их, если возникнет настоящая опасность.

— Хилари, — притянула она сестру к себе, — не спорь с ним. Ты же не хочешь вернуться домой побежденной?

— Да, только не это, — вздохнула Хилари. — Но он еще за все ответит…

Рауль не прислушивался к их разговору, он осматривался по сторонам, решая, в какой гостинице будет более безопасно. Он действительно знал этот район как свои пять пальцев, недаром прожил здесь почти пять лет. Чужаков здесь не жаловали. Тем более американцев, которые отличались нахрапистостью и непомерными амбициями. Сам он быстро понял, что только вежливость и спокойствие могут гарантировать решение каких-то вопросов. Если Хилари не поймет это сейчас и будет продолжать истерику, то ему действительно придется вернуть ее домой, а делать этого не хотелось. Если сдаться сейчас, то он никогда не получит ее.

— Значит, так, — резко сказал он, — вы идете вон в те двери и спрашиваете, есть ли у них свободные комнаты, Алисия — туда, а я попробую поговорить вон в том доме на перекрестке. И учтите, если начнут просить больше ста франков за комнату, можете поворачиваться и уходить.