Элисон Эшли - Иллюзия любви

— Рич! Как же я сразу не догадалась?! Ну конечно, все дело в Риче! Скажи, ну неужели ты так до сих пор не смогла забыть его? Вокруг столько мужчин, а ты сходишь с ума по Ричу!

— Ты ничего не понимаешь, Сандра. Рич из тех мужчин, которых нельзя забыть, и к тому же я все еще люблю его.

— Но тогда почему ты бросила его два года назад?

— Потому что была дурой, — пожав плечами, ответила Хелен. — Я сглупила тогда, но теперь у меня есть шанс исправить ошибку.

— Но тогда почему ты не встретилась с ним до сих пор в Нью-Йорке? Зачем такие сложности? И как вообще ты объяснишь свое присутствие в этом богом забытом уголке?

— Терпеть не могу Нью-Йорк. К тому же там он находится под неусыпным контролем своей мамочки — старой ведьмы по имени Ханна Рэдклифф. Она терпеть не может меня и, узнав, что я в Нью-Йорке, начнет настоящие военные действия, по сравнению с которыми «Буря в пустыне» покажется невинной игрой.

— Но она ведь знает тебя с детства и до сих пор дружит с твоими родителями!

— Вот потому-то она и против моих отношений с Ричем — она слишком хорошо меня знает. Что же касается моего появления в Кайенне, то тут все просто. Рич хочет продать там дом, а я выступлю в роли покупателя.

— Но зачем тебе дом в Кайенне? Если некуда тратить деньги, отдай их мне.

— Мне не нужен дом, мне нужен Рич! Неужели это так трудно понять?

— Не трудно, но все равно твоя идея кажется мне абсурдной. Впрочем, поступай как знаешь.

— А что будешь делать ты?

— Уеду в Монако. Сниму номер в какой-нибудь приличной гостинице на Лазурном берегу и стану наслаждаться жизнью.

— Я думала, ты согласишься на предложение Теренсов провести лето в Девоншире.

— Ни за что! Однажды я уже попалась на их удочку, и это было ужасно. Я только и делала, что пила чай и выслушивала воспоминания старой леди Теренс о том, как ее принимали в Уайт-холле.

— Но это, наверное, интересные воспоминания?

— Даже самые интересные воспоминания невозможно выслушивать по нескольку раз в день! Да, кстати, а Барни в курсе твоих планов относительно Кайенны? Как ты собираешься объяснить ему свой отъезд?

— Никак. Мы расстались, и теперь я ничего не должна ему объяснять. Все произошло быстро и безболезненно, по крайней мере для меня.

— Ты с ума сошла, Хелен! — воскликнула Сандра. — Барни принадлежит к верхушке общества, и он почти уже был у тебя в руках!

— Глупышка, — ласково рассмеялась Хелен. — В мои планы не входил брак с Барни, но даже согласись я выйти за него замуж, вряд ли из этого получилось бы что-то действительно путное. Кто я для его семьи? Неотесанная американка. Нет, я, конечно, хорошо воспитана и даже имею диплом школы искусств, но я знаю историю всего трех поколений своих предков. Тогда как Барни знает все о своих предках со времен динозавров. К тому же мне надоели перешептывания за моей спиной и язвительные намеки на происхождение денег моего отца. Думаешь, я не знаю, что говорят обо мне его мать и сестры? Они мирились с моим присутствием лишь потому, что я единственная наследница «Гласс индастриз корпорейшн». Но теперь они смогут наконец спать спокойно.

— Представляю, каким ударом для них всех будет твое исчезновение! — весело рассмеялась Сандра. — Вчера я разговаривала с Лестером Кроуфордом, и он сказал мне, что в расчете на твои деньги Барни наделал кучу долгов.

— Вот пусть сам теперь и расплачивается, — пожала плечами Хелен. — Кстати, он попросил меня вернуть подаренный им браслет. Может, передашь ему?

— Узнаю Барни, — усмехнулась Сандра. — А я-то ломала голову, откуда у тебя тот самый браслет, который я видела на Эмми Флетчер! Теперь все понятно. Каков мерзавец!

— Не вини ни в чем Барни, Сандра. В конце концов, мне какое-то время было хорошо с ним и я даже смогла стать чуточку своей в высшем обществе. По крайней мере, будет что вспомнить, когда состарюсь.

— Высшее общество! — фыркнула Сандра. — Настоящий паноптикум! Иногда можно подумать, что для них новый век так и не наступил! Морщатся от разговоров о деньгах, но сами готовы расцеловать любого, кто укажет им, как сэкономить на налогах.

— Ты настоящая бунтарка, Сандра, — улыбнулась Хелен. — Слушая тебя, никогда не догадаешься, что ты принадлежишь к одной из самых именитых фамилий Британии.

— Мама говорит, что в детстве меня подменили тролли. Может, это и в самом деле так? Я не похожа ни на одного из членов семьи. А может, мне тоже стоит прокатиться в Америку? Побываю на Большом каньоне, полюбуюсь на Ниагарский водопад, взгляну наконец на Нью-Йорк…

— Прекрасная идея. Я, кстати, могу дать тебе ключи от моей нью-йоркской квартиры. Она небольшая, всего пять спален, но очень уютная. Это мое любимое убежище. Когда я устаю от маминых нотаций, то сбегаю туда и живу в свое полное удовольствие. Тебе там тоже понравится, я уверена. Дай мне знать, если решишь, но не раздумывай слишком долго, у тебя в запасе всего один день.

— Ты летишь завтра? Не думала, что все произойдет так скоро.

— Я и сама не думала, пока не узнала, что Рич летит в Кайенну с женщиной. Ее имя Линн Лоусон.

— Но с чего ты взяла, что Рич летит именно с ней?

— Мне звонила Лайза. Мы всегда были дружны с ней, и она до сих пор продолжает снабжать меня новостями о Риче.

— Но что, если у него все серьезно с этой самой Линн?

— Даже если он решил жениться на ней, я сумею заставить его переменить решение. Рич едва не сошел с ума, когда мы расстались, и я уверена, что для меня еще есть местечко в его сердце. Да, я совершила глупость, расставшись с ним, но я же эту глупость и исправлю.

Восхищенно взглянув на подругу, Сандра подумала, что в мире нет больше женщин, подобных Хелен.

Красавицей ее вряд ли можно назвать, но стоит ей появиться, как взгляды всех присутствующих тут же приковываются к ней. Да и окружающее ее пространство становится словно наэлектризованным и ощутимым на ощупь.

— Ты будешь звонить мне из этой самой Кайенны?

— Обязательно. А ты все же приезжай в Нью-Йорк. Пора уже тебе выбираться из Европы. Нью-Йорк не даром называют центром вселенной. Это особенный город, в нем даже время меняет свой ход.

Расставшись с Сандрой, Хелен Паркер решила не ехать домой, а вместо этого прогуляться к Пиккадилли-серкус. Эта известная любому туристу площадь с огромной, увенчанной статуей Нельсона колонной была самым любимым ее местом в Лондоне. И ее абсолютно не раздражали бродившие или даже сидевшие прямо на мостовой стекающиеся в Лондон со всех концов земного шара туристы. Она их попросту не замечала. Еще в юности осознав, что мир не что иное, как театр, она то выступала в роли главной героини, то становилась беспристрастным зрителем проходивших мимо нее событий. Сейчас, сидя рядом с группой японских туристов, она все еще была зрителем, но это были последние часы ее пребывания в этой роли. Завтра она скинет с себя роль пассивного наблюдателя и превратится в очаровательную женщину, увидев которую Рич тут же вновь потеряет голову.