Неангелы (СИ) - Кошкина Татьяна

- О чем ты говоришь? Почему заноза? – кажется, я чего-то не знаю и у меня есть уникальная возможность это узнать.

- Так ты не в курсе? – на губах моего нового знакомого появилась не больше – не меньше улыбка чеширского кота.  Широкая, загадочная и немного зловещая. Я отрицательно покачала головой, и он продолжил. – Команда нашего общего знакомого сможет вернуться к работе только в одном случае, если ты станешь Целителем и присоединишься к ним. Это приказ Главы. Твои слабые способности ему, как кость поперек горла. Но он продолжает с тобой возиться. Думаешь, из любви к педагогике и большой человеческой симпатии к тебе?

Не знаю почему, но я чувствовала себя обманутой. Так значит всё, что он делал, было по приказу. Он просто спасает свою задницу, а мне вешает на уши речи о высоких материях и призвании Мыслителя.  Я верила ему, думала, что в этом мире есть хоть один человек, который достоин уважения и доверия. А еще, дура, нафантазировала себе невесть что.  Глаза предательски защипало. Нет, только не здесь. Не смей плакать.

- Уууу, - протянул Глеб, - а ты думала, что он от чистого сердца? По доброте душевной решил помочь безнадежной девочке?  Это Мыслители, детка. Если ты еще не поняла, скажу. Всё хорошее, что делают мыслители – они делают по приказу и в собственных интересах. Это наша работа и наша жизнь.  Тебя спасло только то, что твоя мать не рядовой Мыслитель, а правая рука Главы, - он саркастически хмыкнул, - во всех смыслах этого слова.  В противном случае, тебя бы слили и забыли о твоем существовании быстрее, чем ты думаешь.  А так, Кирилл в лепешку разобьется, чтобы из тебя хоть что-то слепить.

Крыть было нечем. Говорить было нечего, я просто нелепо хватала ртом воздух, не зная как высказать своё разочарование, негодование и выразить боль. То ли пнуть лежащий на дороге камень, то ли ударить Глеба. Хотя его-то  за что? Он единственный из всех сказал мне правду, разумеется, тоже в собственных интересах.

- Глебушка, что ты забыл рядом с нашей Ариной? На свиданку тебя зовет, Арин? Не ведись. Поматросит и бросит,  – внезапно между нами возник Клим. Они что, следят за мной? Или это просто совпадение? В любом случае, он подарил мне прекрасный повод избежать продолжения неочень светской беседы о моей наивности.

- Решил сделать доброе дело и рассказать то, о чем твой командир очень предусмотрительно умолчал. Ввел девочку в заблуждение и с радостью играет на её чувствах. Как это по-нашему, по-командному, не так ли? – острый язык Глеба продолжал резать, точно тысяча ножей.

Вытерпеть это было выше моих сил.  Я не стала дожидаться развязки событий и молча побрела прочь, с трудом понимая, куда несут меня ноги. Главное, уйти подальше от этого места, где Мыслители играют друг с другом «в своих интересах». Не прошло и пяти минут, как мой мобильник зажужжал. Это был Наставник.  Позвони он до разговора с Глебом, моё счастье было бы безграничным. Сейчас нет. Я чувствовала себя преданной, получившей удар в спину, хотя причин не было.  Если задуматься, он ничего мне не обещал, не делал ничего из ряда вон выходящего. Кирилл просто учил, всё остальное я придумала сама или увидела во сне.  Виноват здесь только один человек и этот человек я. Но почему? Почему он мне не сказал, что от меня зависит так много?  Не хотел давить?  В моей голове крутились миллионы вопросов и ответы на них я могла получит, просто ответив на звонок.  Но не сейчас. Пока я не готова говорить с ним и видеть его.  Нам было запрещено выключать телефоны, но  после пятого звонка мои нервы не выдержали и я нажала заветную кнопку. Успокаивающий вдох. Ровный выдох. Я стояла у дверей «Сладкой жизни». Нужно сосредоточиться на Жанне и Лере.  Прикасаясь к холодной латунной ручке, я собрала всю волю в кулак и дернула её на себя…

***

- Что значит она поговорила с Глебом и пропала? Как ты вообще мог допустить этот разговор? Ты чем там занимался вместо того, чтобы присматривать за ней?   – этот мир решил поиздеваться надо мной.  Последние несколько месяцев я живу словно в какой-то идиотской трагикомедии положений. Вот и сейчас, тщательно выстроенная схема работы полетела к чертям из-за того, что мой отец не в состоянии держать язык за зубами.  Иначе откуда Глеб мог узнать про Арину? Только от него. Видимо, бахвалился на совещании, что скоро наша команда будет в деле.  Великовозрастный кретин, а не глава Ассоциации. Я ума не приложу, что делать…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

К чему бы все ни шло, мне надо поговорить с Ариной. Как-то всё объяснить. Поймет она или нет? Готова ли она ближе познакомиться с темной стороной ангелов, увидеть оборотную сторону медали?  Гадать бессмысленно. Надо звонить…

…в пустоту. Первые пять звонков она просто не брала трубку, потом я слышал лишь «абонент временно недоступен».  Я метался по комнате из угла в угол, эта неизвестность сводила с ума. Где она сейчас?  Набираю номер Клима.

- Найди её. Обыщи каждый закоулок Старой деревни, но найди её. Мне наплевать сколько времени это займет. Я полетел в Новую. Нам нужно поговорить с ней сегодня. Это…очень важно!

Схватив с вешалки первую попавшуюся куртку, я направился в общежитие курсантов. Туда она точно вернется.

***

Лера уже закончила смену и ждала меня за нашим любимым столиком у окна. С трудом уняв дрожь в руках, я опустилась в мягкое кресло и взяла чашку с чаем, который заботливо налила мне подруга.  Тепло  распространившееся внутри с первым глотком горячей жидкости немного отрезвило, но не помогло скрыть  мои траурные настроения.

– Что случилось? Ты какая-то сама не своя.

- Ничего, на улице привязался какой-то непонятный парень. Наговорил гадостей.  Сейчас приду в норму, - чтобы отвлечься, вдыхаю ароматный пар. Мед, лимон и, кажется, немного имбиря. В прохладный октябрьский день  - то, что нужно.

- Расскажешь потом? - взгляд Леры не предвещал ничего, кроме допроса, но мне повезло. Любопытство на еще румяном от жара кухонной печи лице подруги сменилось дружелюбной улыбкой.-  О, а вот и Жанна!

***

- Кир, я нашел её. Сидит с какой-то толстушкой в «Сладкой жизни», выглядит нормально.  Сейчас к ним  подошла Жанна, пойду внутрь – понаблюдаю, - отрапортовал мне в трубку Клим.

- Не светись. Сиди тихо в углу и не вылезай. Паси её до Новой, встретимся рядом с их домом, - у меня отлегло от сердца. В ближайшие несколько часов ситуация под контролем. Я удобно устроился на ветке старого дерева, одного из немногих, выросших стараниями теоретиков на этом плато. Вообще, деревьям этого вида и такого размера здесь расти не полагалось, но если кому-то чего-то  хочется – оно обязательно появляется. Таковы уж мы – Мыслители.

***

Лера умеет шокировать.  Как? Да очень легко. Разумеется, разговор в кафе между нами тремя получился весьма натянутым, но, как оказалось, моя подруга и не надеялась на откровенность Жанны в таком людном месте. Вместо этого она внесла гениальное предложение и две увесистые бутыли коньяка, которые использовали в «Сладкой жизни»  для изготовления пьяных конфет. Девичник плавно перенесся из Старой деревни в Новую, а именно, в мою комнату. Почему именно в мою? Жанна в свою не пустила, а в комнату к Лере мог  в любую минуту зайти брат. Подобного вторжения мы хотели бы избежать.  Так и пришлось мне устроить девичник на своем ковре, о чем я ни минуты не жалела, по крайней мере пока.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

-  Лер, без шуток, не твоё дело, - хихикала все еще державшая оборону Жанна. Её щеки порозовели от выпитого,  тщательно уложенные волосы слегка растрепались  -  это сделало её еще красивее.

- Да ладно, все свои.  Что с тобой происходит, я  же переживаю? – спрашивая, Лера увлеченно пыталась поймать кусок колбасы, ускользающий от неё по тарелке.