Развод. Игра на выживание - Лина Коваль

и отлично. Приехали наконец-то.

— А ты почему за рулем? — подозрительно на нее смотрю.

— Просто не хочу пить сегодня, — пожимает плечами. — У меня завтра важное интервью за городом.

— Ааа… ясно. Жаль.

Вера останавливается возле входа в ночной клуб, и мы выбираемся на улицу. Когда в холле помещения скидываю с себя плащ, подруга присвистывает.

— Шацкая, вот это да. В первый раз вижу тебя в таком откровенном наряде.

Веду обнаженными плечами. Мол, просто так получилось.

Сама же немного смущаюсь, когда мы идем по пока еще наполовину заполненному посетителями залу, и я ловлю на себе мужские взгляды. Порой восхищенные, заинтересованные, а иногда и сальные, похабные, после которых непременно хочется вернуться за плащом в гардероб.

Рядом со мной на таких мероприятиях всегда неотступно следовал Даня. Возможно, я просто не замечала подобного интереса со стороны мужского пола, но что-то мне подсказывает, что в присутствии моего высокого, сильного мужа так смотреть никто бы и не посмел.

Вип-комната, которую забронировала Вера для празднования, находится на втором этаже. Дверь за нами закрывается, и мы оказываемся в каком-то фейерверке из вспышек телефонов, хлопушек и бумажных конфетти.

— С днем рождения! — трижды скандируют гости, поднимая бокалы.

Вера весело смеется, кричит «Всем привет!» и тянет меня за руку к столу:

— Это моя подруга детства — Яна. Прошу любить и жаловать, не обижать. Еще приедет Света, но чуть позже.

Мне освобождают место в центре маленького кожаного диванчика, и я пытаюсь влиться в общую атмосферу праздника.

Гостей около десяти. Девушек чуть больше и это приятно успокаивает.

— Яна, что будешь пить? — обращается ко мне симпатичный молодой человек справа.

На нем обычная белая футболка и синие по — модному затертые джинсы. Опускаю взгляд на обувь — белоснежные кеды на высокой подошве.

— Я… — нервно осматриваюсь, будто в поисках защиты. К примеру, светлых насмешливых глаз… которых здесь нет и быть не может. — Не знаю. А какой выбор?

— Меня зовут Марк, — говорит мой сосед и открыто улыбается, сверкая белоснежными зубами. — А выбор большой. Есть коктейли. Шампанское. Есть что погорячее. Ты… как любишь?

Вспыхиваю и лихорадочно потираю шею. Делаю это зря, потому что теперь его взгляд касается моей груди и останавливается на ней чуть дольше положенного правилами хорошего тона.

— Я буду шампанское, — произношу немного отстраненно.

— Отлично, — Марк тянется за охлажденной бутылкой и наполняет мой бокал. — Чем вообще занимаешься?

— Я? — мысли хаотично летают в голове. — Не знаю… ничем, наверное, — вдруг пугаюсь этой правды.

Так давно не знакомилась…

Просто с абсолютно чужими людьми. Не рассказывала о себе, чтобы вот так густо покраснеть оттого, что я действительно помимо детей занимаюсь «ничем».

Это ужасно.

— Круто, — снова улыбается Марк. — А я оператор.

— Ого, — заинтересовываюсь. — На телевидении?

— Ага, на нем родимом. Снимаю, как правило, выездные репортажи. Подругу твою, — кивает в сторону Веры, которая машет нам рукой с противоположного края стола.

— Классная у тебя профессия, — он смешно закатывает глаза, типа да ладно тебе. — Нет, правда. Расскажи, хмм… а как ты принял решение, что ты оператор?

Марк осторожно, не касаясь моей кожи, поправляет опавшие локоны у лица.

— У тебя тут что-то в волосах спряталось, — сдувает с руки невидимое «что-то», а я искренне смеюсь от подобного банального подката.

Он тут же становится серьезным и озирается по сторонам.

Я тоже оглядываюсь.

Словно кто-то из присутствующих непременно увидит, что я делаю что-то скверное. От этого немного съеживаюсь.

— Тебе холодно, Ян? — спрашивает Марк, разглядывая, как я растираю предплечья.

— Нет, — возражаю. — Просто не привыкла вот так общаться с незнакомыми людьми, — честно признаю́сь.

— Но мы ведь уже познакомились? — подставляет стакан с пивом.

С улыбкой дотрагиваюсь до него кончиком своего высокого бокала.

— Чин-чин, — глаза Марка искрятся смехом. — Ты очень красивая, Яна. Я глаз отвести не могу.

Мое лицо заливается краской и приходится шутливо зажмуриться.

Это приятно, черт возьми!

— Так как ты стал оператором в телецентре? — напоминаю молодому человеку свой вопрос.

— Очень просто. Это наследственное, — отзывается он свободно. — Мой папа работал здесь же.

— Ого. Как интересно.

Мы еще немного болтаем с Марком, а потом со всеми гостями громко поздравляем мою любимую подругу. Около девяти вечера приезжает Света. Она ведет себя немного зажато и пытается не привлекать внимания гостей.

Мы с Верой и несколькими её коллегами пару раз спускаемся на танцпол. Танцуем, переглядываясь, и весело при этом хохочем. Внутри меня такое нереальное ощущение праздника, что душа поёт и ликует.

На моём душевном небе снова рассеялись грозовые тучи и проступило яркое солнышко.

В этот момент мне совершенно не хочется страдать по Богдану и нашему браку. В конце концов, у мужа было много шансов приехать. Чуть больше недели он вышел из нашей спальни и ни разу не дал о себе знать.

Он даже вопросы, касающиеся детей, теперь решает с Галиной Семеновной.

Я персона нон грата в его системе координат.

По крайней мере, понимаю это так.

Когда мы возвращаемся в випку, Марк каждый раз галантно поднимается, чтобы мне было комфортнее пройти мимо него к своему месту, и услужливо наполняет мой бокал.

Ближе к полуночи нам приносят кальян, и компания весело хохочет, когда я в первый раз в жизни пробую им затянуться.

— Не сто́ит начинать, Ян, — говорит Марк, заботливо забирая у меня мундштук. — Пойдем лучше, потанцуем.

Беспомощно озираюсь по сторонам. Никого.

— Пойдем, — робко соглашаюсь.

Теплая рука захватывает мою влажную ладонь и ведет по лестнице на первый этаж. Мы проходим в центр зала, и Марк приближается ко мне.

Размещает руку на талии, указательным пальцем касаясь участка оголенной кожи на пояснице.

Я содрогаюсь всем телом с непривычки.

— Все хорошо? — кружит по моему лицу внимательным взглядом.

— Да, — выдыхаю и отворачиваюсь.

Присутствие в такой близости постороннего мужчины немного дезориентирует. Мне не мерзко, как той ночью… в такси, но я и не пищу от восторга.

Привыкаю и пытаюсь расслабиться. Выпитое шампанское слегка кружит голову и волнует кровь.

— Тебе кто-нибудь говорил, что ты похожа на Грейс Келли? — спрашивает Марк, склоняясь к моему уху.

— Нет.

— Значит, я буду первым. Ты меня сразила.

Его рука на пояснице напрягается и немного поднимается, задевая еще больший участок горящей кожи.

— Ты тоже симпатичный, — отвечаю, склонив голову набок. Зачем-то пытаюсь флиртовать.

— Спасибо, — улыбается Марк и я застопориваю взгляд на его резко очерченных в свете неона губах.

Интересно, как это? Целоваться с другим мужчиной?

— Ты думаешь о том же, о чем и я? — опять шепчет на ухо.

— Не знаю, — расплывчато отвечаю и, прежде чем выскользнуть