Марша Ловелл - Ничего кроме любви

– Нет! – Анна уперлась руками в его грудь, заранее зная, что это бесполезно. Злые нотки в ее голосе сменились умоляющими: – Не здесь, Саймон, пожалуйста, не здесь.

– Не здесь? – Он приподнял брови и, встретив жалобный взгляд, чуть отодвинулся. – Ладно. Допьем, по крайней мере, то, что заказали.

Анна отпила из бокала, сожалея, что не заказала пива. Его можно было бы пить в десять раз дольше.

Они помолчали.

– Ты зря приехал, Саймон. – В голосе Анны уже не было ни раздражения, ни неприязни, лишь сожаление и даже грусть.

Он хотел взять ее за руку, но Анна вовремя отдернула ее и положила на колено.

– Ты не права! – горячо возразил он. – И я докажу тебе это.

Их взгляды встретились. Они долго и пристально смотрели друг на друга, потом Саймон откинулся на спинку стула.

– Приятное место. Очень хочется воспользоваться случаем и осмотреть весь остров.

Хорошо, что он сменил тему. Можно расслабиться и воспользоваться временной передышкой, подумала Анна.

Когда с напитками было покончено, Анна отвела Саймона на стоянку такси.

– Когда мы увидимся? – спросил он.

– Завтра вечером, на приеме.

– А сегодня?

Она покачала головой.

– Сегодня ужин для местных партнеров фирмы. Для всех остальных организуют коктейль в отеле.

– Но я хочу видеть тебя, – сказал Саймон с нажимом.

Анна снова покачала головой, дала таксисту адрес и отошла в сторону. Саймон, помрачнев, сел в машину и уехал.

Подождав, пока машина скроется за поворотом, Анна поспешила домой. Выйдя в сад, она уселась на каменную скамью под акацией. Было неуютно и страшно, мысли путались. Она много думала о Саймоне в последнее время, ей сильно его не хватало, вот она и растерялась от бури чувств, которая охватила ее в аэропорту при одном виде Саймона. Хотелось спокойно все обдумать, но ничего не получалось. Возбуждение, страх, радость, ужас, злость – все переплелось. Так и подмывало сесть на первый попавшийся самолет и сбежать с этого острова, сбежать от Саймона, от своих переживаний, с которыми никак не справиться.

Анна никогда не считала себя трусихой, и поэтому мысль о бегстве несколько смутила ее. Анна сильно ущипнула себя за руку, надеясь, что боль отрезвит ее. Ну, приехал Саймон, и что с того? Однажды она сумела отказать ему, сможет сделать это еще раз, если он не передумал и опять сунется с предложением. А для чего еще мог сюда явиться этот гость незваный?

Анна попыталась представить себе, что вышла замуж за ковбоя, живет с ним на ранчо и муж каждую ночь занимается с ней любовью на лоскутном покрывале на широкой деревянной кровати. Это покрывало, наверное, еще его бабушка сшила собственными руками. Ее глаза потеплели. А что, если… Но тут Анна представила долгие дни в одиночестве, пока он будет крутить хвосты коровам или что там еще делают ковбои. Да с ума сойдешь! Что за дурацкая идея! Она не сможет так жить, и в конце концов они расстанутся.

Значит, ничего, кроме боли, их не ждет. Ей следует собраться с силами и устоять. Решено: надо глушить в себе непрошеные чувства. А если он снова поцелует ее, как тогда? При одной этой мысли сердце Анны вновь предательски забилось. Это всего лишь физиология! – вынесла она суровый вердикт. Похоть, если уж совсем откровенно. Нет, желание еще не означает замужество и уж вовсе не означает любовь.

Но как объяснить это Саймону? Он весьма консервативен, хотя вряд ли так уж неопытен в любви – Анна чувствовала это. Почему он такой именно с ней? Ответ прост: Саймон любит ее и хочет заполучить навсегда. Сам ведь сказал, что дешевенькая интрижка его не устроит. Глаза Анны тревожно блеснули при воспоминании о недавнем выяснении отношений.

Для обоих будет лучше просто переспать и избавиться от дурацких химер и наваждений. Если Саймон опять заведет разговор о замужестве, она прямо скажет ему об этом. А не согласится – что ж, придется соблазнить его.

Эта мысль позабавила Анну. Она вспомнила страстные объятия и поцелуи, которыми они обменялись в Розарно. Безумное желание охватило Анну, она знала, что только один мужчина на свете способен утолить голод ее плоти – Саймон! Надо заставить его сделать это. Возражения не принимаются!

Завтра ночью, подумала она. Завтра ночью, после приема, я заставлю Саймона забыть обо всем на свете и заняться со мной любовью.

Готовясь к приему, Анна с трудом сдерживала возбуждение. Предельно тщательно оделась, выбрав на этот раз платье из сверкающего синего шелка. Обычно в таких случаях она делала высокую прическу, но сегодня распустила волосы по плечам. Сияющая золотая грива делала ее моложе, пусть менее элегантной и уж совсем не похожей на искушенную светскую даму. Зато так она выглядит более доступной. Да что там «доступность», слово-то какое бесцветное… Сегодня с ее стороны последует такая агрессия, что Саймон совершенно потеряет голову, и тогда…

Дважды они встречались, оба раза совершенно неожиданно. Вчера Саймон был в машине вместе с Себастьяном и Марком. Мужчины заехали за Анной по пути на прием для местных бизнесменов и их жен. Марк вышел, чтобы открыть перед Анной заднюю дверцу.

Завидев на заднем сиденье Саймона Кливленда, Анна едко улыбнулась и сказала угрожающе:

– С вами обоими, дорогие кузены, я еще поговорю.

– Странно, что еще не поговорила, – усмехнулся Марк. – Мы весь день трясемся от страха.

Анна уселась в машину рядом с Саймоном. Он скользнул глазами по ее лицу, как бы проверяя, в каком она расположении духа. Спокойный тон Анны, каким было произнесено приветствие, явно удивил его. Себастьян, похоже, тоже удивился. Он хотел что-то сказать, но передумал, заметив опасный огонек в глазах кузины.

Саймон был в костюме, а не в смокинге – значит, на прием не собирался, но Анна тем не менее спросила:

– Ты с нами?

– Нет, я возьму машину и посмотрю остров, пока не стемнело.

Вздох облегчения сорвался с ее губ. Анна было подумала, что придется на ходу менять планы. Все же хочется быть во всеоружии, когда собираешься соблазнить мужчину.

Саймон легко коснулся ее пальцев – и как обжег. Пришлось Анне взять себя в руки и посмотреть на Саймона с выражением скучного безразличия. То, что она прочла в его глазах, снова вывело несчастную из равновесия. Во взгляде Саймона было все: восхищение, тепло, нежность, чувственность, желание, но больше всего там было любви, которую он не боялся выставлять напоказ.

Анна не могла отвести взгляд. Время будто остановилось. Недавние противники вели между собой долгий немой разговор, не скрываясь и не таясь. Наконец Анна не выдержала и опустила глаза.

Когда подъехали к отелю, Анна, не глядя больше на Саймона, вышла из машины и скрылась за дверью. Она старалась быть радушной и приветливой с гостями, но мысли ее витали далеко отсюда. Анна механически отвечала на вопросы, шутила, смеялась, но думала при этом о Саймоне Кливленде, и только о нем…