Теодора Снэйк - Трудно поверить

— И это тоже. Но самое главное, мне хотелось поговорить о нас, — без тени смущения или неловкости поведал Рэндалл.

Окинув взглядом бывшую жену, он нашел Стефани заметно похорошевшей. Глазки Рэндалла маслено блеснули, и он едва не облизнулся. Тем приятнее будет ему получить желаемое.

Она приподняла брови, давая понять, что крайне удивлена.

— Я поступил с тобой некрасиво. Сам не пойму, как меня угораздило увлечься этой заезжей потаскушкой. Она тебе и в подметки не годится. — Рэндалл с покаянным видом опустил голову, но исподтишка посматривал на Стефани. — Как вспомню, какой в доме был уют и как ты меня любила, просто волосы на себе рвать готов. Но ты ведь простишь мне эту ошибку, правда? Милая, теперь все будет иначе.

Он шагнул к Стефани, намереваясь заключить ее в объятия. Но она предусмотрительно отодвинулась. Это его ничуть не обескуражило. Рэндалл предполагал, что так просто бывшая жена не сдастся. Два с половиной года одиночества не могли не испортить ее характер. Он подпустил в голос еще больше обволакивающей сладкой патоки и продолжил:

— Стефани, прости. Дай мне еще один шанс Я вернулся за тобой и сыном. У меня в Голливуде неплохая работа. Давай продадим дом и переберемся туда все вместе.

От испытанного облегчения Стефани едва не рухнула на пол. Все стало ясно как белый день. Ребенок ему не нужен. Можно не опасаться, что он захочет отобрать у нее Шона. Все, что его интересует, — это деньги! А она то еще удивлялась, что Рэндалл не позарился на дом! Она была права, когда сомневалась в том, что у него есть хотя бы зачатки совести. Их у него нет!

Он явился сюда не за сыном, не за утраченным семейным уютом. Рэндаллу нужно отобрать у нее последнее имущество. Дом, конечно, стоит каких-то денег. Но много за него не выручишь. Видимо, он будет рад даже этой малости. Должно быть, дела его не так уж хороши, как он рассказывает.

Она слушала, как Рэндалл разливается соловьем, и думала о своем. Ничтожество! Неужели он всерьез рассчитывает, что она клюнет на его удочку? Долго же ему придется этого ждать. До тех пор пока в аду не погаснет огонь.

А Рэндалл, исчерпав заготовленные душещипательные фразы, решил перейти к действиям — изловчился и сумел-таки ухватить жену цепкими руками. От охватившего ее омерзения Стефани едва не стошнило.

— Отпусти меня немедленно, мерзавец, — сквозь зубы процедила она. — Отпусти, или я тебя ударю.

Но он не пожелал ее услышать.

— Детка, перестань. Вспомни, как нам было хорошо вместе.

Рэндалл наотрез отказывался верить в то, что она больше не поддается его мужскому обаянию. Отчаянное сопротивление Стефани ни в чем его не убеждало. Вполне могло быть, что упрямица просто набивает себе цену. А она, отчаявшись вывернуться из ненавистных объятий, уже готова была пустить в ход ногти и зубы.

— Ты слышал, что сказала дама?

Вопрос, заданный суровым тоном, стал полной неожиданностью для прыткого визитера. Рэндалл выпустил раскрасневшуюся от негодования жертву и предусмотрительно попятился от незнакомого мужчины внушительной комплекции, кулаки которого угрожающе сжались.

— А ты кто такой? Стефани, что это за тип? — потребовал объяснений Рэндалл. Он хорохорился, но дрогнувший голос выдал его испуг.

Отвечать ему никто не собирался. Грег подошел к Стефани вплотную, заглянул ей в глаза.

— Ты в порядке?

Она кивнула. В его присутствии ей всегда становилось намного спокойнее. Так было и сейчас. Поправив пришедшую во время борьбы в беспорядок одежду, Стефани отчеканила:

— Рэнди, заканчивай эту чушь про чувства и выкладывай, что тебе на самом деле от меня нужно. А потом выметайся. Что-то я от тебя устала.

Он принял обиженный вид и воскликнул:

— Как, неужели я должен покинуть мой собственный дом? И мне не дадут даже встретиться с единственным сыном? Я для этого и приехал.

Стефани смерила его презрительным взглядом. Надо же, вспомнил о сыне! Она положила руку на локоть Грега и попросила:

— Будь добр, позови, пожалуйста, Шона. Он играет на заднем дворе.

— Ты оставила его одного? — Грег нахмурился. — Боюсь, он может…

— Не волнуйся, там вполне безопасно. Все твои инструменты я убрала в кладовку. А на улицу он не выберется. Калитка надежно заперта.

Пока они разговаривали, Рэндалл переводил взгляд со Стефани на Грега и обратно, решая, как теперь поступить. Из осторожности он не стал торопить события. С сыном лучше было познакомиться в отсутствие этого мрачного типа с мускулистыми руками работяги.

— Не надо, не зови Шона. Я сейчас не в том состоянии, чтобы с ним общаться. Зол, расстроен. Давай лучше в другой раз.

Стефани безразлично пожала плечами.

— Как хочешь.

— Я приду на днях, хорошо? Тогда и поиграю с ним.

— Очень ему нужны твои игры, — огрызнулась Стефани, перестав сдерживать эмоции, переполнявшие ее. — Где ты был больше двух лет, пока он рос? Где ты был, когда Шон тяжело болел и я сходила с ума от беспокойства за его жизнь?

— Были разные обстоятельства.

Рэндалл пятился к выходу от наступающей на него разъяренной Стефани. Он дивился, насколько может перемениться самая добродушная женщина. Вместо тихони, оставленной им в Роузфилде, в доме поселилась злобная фурия. Такого он от Стефани не ожидал.

Дверь за ним закрылась с противным скрипом. На улице Рэндалл приосанился, всем своим видом показывая, что доволен исходом встречи. Садясь в машину, он уже почти успокоился и даже ухмылялся. Он не собирался сдаваться.

Да, первый визит прошел неудачно. Бывшая жена вовсе не жаждет вновь оказаться в его объятиях. Но не все потеряно. У него еще есть главный козырь — сын! Мальчики особенно нуждаются в отцовском внимании. Настало время проявить его. Рэндалл не сомневался, что, завоевав любовь сына, сумеет перебороть неприязнь Стефани и добиться желаемого.

Правда, его несколько встревожило присутствие в ее жизни Грега. Но ведь известно, что женщина никогда не забудет своего первого мужчину. По сравнению с этим новый роман — сущая безделица. Тем более — Рэндалл уже выяснил это, — что приятель Стефани появился в Роузфилде недавно. Вряд ли их отношения успели перерасти в нечто такое, о чем будет трудно забыть.

И откуда он только взялся? Надо бы навести о нем справки. Какое суровое лицо у этого парня. Чем-то он похож на одного типа, фотографию которого Рэндалл видел с полгода назад на яркой журнальной обложке. Какой-то спортсмен. Парашютист или гонщик. А может быть, и дельтапланерист. Точно Рэндалл не помнил. Поговорить с шерифом, что ли? Пусть по старой дружбе поможет выяснить, что за птица этот Грег.