Кристин Григ - Ты только мой...

– Ну конечно. – Он поднялся на ноги и медленно подошел к ней. – Я тебе вот что скажу: отправляйся пока что в свою комнату и вздремни.

– Я так и сделаю, – улыбнулась она, – после ванны.

Он улыбнулся ей в ответ.

– Может быть, позже.

– Что? – Она удивленно подняла брови. – Что ты имеешь в виду? – Я не собираюсь спрашивать разрешения.

– Слушай, ты все еще несколько возбуждена от лекарств. – Брэд обнял ее рукой за плечи и медленно повел к двери спальни. – Я не хочу, чтобы ты торопилась.

– Я и не собираюсь торопиться. Я действительно была немного не в себе, но теперь чувствую себя прекрасно. И ванна – это именно то, что мне нужно.

– Но не сейчас.

Изабелла повернулась к нему.

– В чем дело, Брэд? – Она обиженно поджала губы. – Неужели в городе ввели нормирование воды?

– Не беспокойся! Воды хватит, чтобы наполнить озеро Мичиган, но я не хочу, чтобы ты принимала ванну, пока мы не будем уверены, что у тебя нет головокружений или слабости. Залезать в горячую ванну в твоем состоянии опасно.

– Я ценю твою заботу, – вежливо ответила Изабелла, – и подумаю об этом, но…

– Тут и думать нечего, – с еле заметной улыбкой сказал Брэд. – Ты знаешь, что я прав.

– Слушай-ка, Брэд…

– Ты сможешь принять ванну, когда мы решим, что ты в силах это сделать.

– Мы? – удивленно повторила она. – Мы? – Она откинула волосы с лица. – Я уже поняла, что тебе нравится считать, будто ты повелитель Вселенной, но в этой своей мании ты начинаешь заходить слишком далеко.

– Послушай, я знаю, что ты устала и раздражена…

– Вовсе я не устала и не раздражена! Просто я не намерена продолжать эту глупую дискуссию о том, надо ли мне принимать ванну и когда!

– А мы и не должны решать это сейчас. – Он все еще улыбался, но уже такой улыбкой, которую люди предназначают для маленьких детей. – Сначала пойди вздремни. Когда проснешься, мы можем снова это обсудить. – Он коснулся кончиком пальца ее губ и ласково подтолкнул к двери в комнату. – Спи спокойно. И помни, что если я тебе понадоблюсь…

– Не трать понапрасну слов!

Резко повернувшись, Изабелла захлопнула дверь.

Она постояла минуту, стараясь взять себя в руки, потом провела рукой по лбу.

Самонадеянный? Наглый? Еще не изобретено такое слово, чтобы правильно охарактеризовать Брэда Джонсона. Чем больше они проводили времени вместе, тем хуже он себя вел.

И она устала от этого. Он сам, видите ли, собирался решать, когда ей можно принять душ!

– Ха! – громко произнесла она в тишине пустой комнаты.

Да она десять раз примет ванну и еще десять раз душ, если захочет.

Она сбросила туфли, расстегнула пуговицы на платье. Это просто чудо, что Брэд не настоял, чтобы снова ее раздеть. Да она бы и не позволила ему. Прошлой ночью другое дело: она была больна, ошалела от таблеток и валилась с ног от усталости. Но больше она не позволит делать с собой то, что ему будет угодно.

Она нетерпеливо тряхнула головой и сделала несколько шагов по пушистому ковру. Кто такой этот Брэд Джонсон, чтобы приказывать ей!

Открыв дверь в ванную, Изабелла невольно замерла на пороге: комната ошеломила ее. Она была огромная, размером с гостиную в ее доме, и вся сверкала мрамором, позолотой и зеркалами.

Изабелла улыбнулась и отвернула краны. Стоит лишь понежиться в этой ванне, и она снова обретет человеческий облик. Ее больная рука мешала ей, но в конце концов она сумела открыть упаковку с душистой пеной и вылить ее в быстро наполняющуюся ванну.

Закрыв воду, Изабелла осторожно забралась в ванну и вздохнула от удовольствия. Она вымыла волосы, несмотря на болезненное ощущение в руке, и вытянулась наконец, закрыв глаза.

Божественная, ароматная, пенистая вода плескалась об ее груди.

– Изабелла!

Она тут же открыла глаза. В дверях стоял Брэд. Возмущенно вскрикнув, она погрузилась поглубже в пену.

– Что ты себе позволяешь! – выкрикнула она. – Убирайся немедленно из моей ванной!

– Что ты тут делаешь?

– А что, по-твоему, тут можно делать? Брэд, убирайся отсюда!

– Ну вот еще! Предполагалось, что ты должна спать.

– Убирайся! Слышишь, что я тебе сказала!

– Но разве ты спишь? – продолжал он издевательским тоном. – Ничего подобного! Черт побери, Изабелла, я предсказываю, что ты упадешь и сломаешь свою дурацкую шею!

– Единственная шея, которая будет сломана, – это твоя, если ты не повернешься и не уберешься отсюда!

– Какая муха тебя укусила? – На лице его было искреннее огорчение. – Разве мы с тобой не договорились?

– Ты что, оглох, Брэд? – Она указала рукой на дверь. – Вон отсюда!

– Ты сказала, что позовешь меня, если я тебе понадоблюсь, – проворчал он и шагнул к ней. – Ты сказала…

– Я этого не говорила. – Она скользнула глубже в густую пышную пену. – Рядом с тобой нельзя и слова сказать. Ты говоришь только сам.

– У тебя может закружиться голова. Ты можешь потерять сознание и утонуть! Сегодня утром ты уже едва не спалила свой дом.

– Вовсе нет: И кроме того тогда я была больна. А сейчас я в порядке и… – Она судорожно вздохнула и выпалила словцо, одно из тех, которое никогда не употреблялось в школе. – Какого черта я тебе все это объясняю? Если ты сию же секунду не уберешься отсюда, я закричу.

– Ну и кричи, – сказал он холодно и сорвал с сушилки банное полотенце. – Мне на это наплевать. И всем наплевать, вот увидишь! Давай, кричи, пусть сбегутся и персонал, и постояльцы. Пусть они соберутся здесь, и тогда ты сможешь объяснить всем, почему ты такая тупоголовая.

– Я никому ничего не собираюсь объяснять, Брэд Джонсон! Я свободная личность!

Глаза Брэда сузились, превратившись в щелки.

– Даю тебе пять секунд на то, чтобы освободить ванну.

– Никуда я не пойду, пока ты не окажешься по другую сторону двери!

Она уставилась на него, вне себя от ярости.

– Раз… – начал считать он. – Два… Три…

Неужели он не понимает, что она скорее утонет, чем позволит вытащить себя из ванны!

– Четыре… Пять. Так как же, дорогая?

– Будь ты проклят, Брэд! – Изабелла провела кончиком языка по губам. – Ты же не можешь на самом деле ожидать, что… что я вылезу из ванны при тебе?

– А почему бы и нет? – Губы его раздвинулись в улыбке. – Мне и так уже придется оплатить вчерашний счет из больницы, но если ты думаешь, что я намерен оплачивать и твои переломы, если ты поскользнешься, выходя из ванны, то глубоко ошибаешься.

– Ну что ж, – сказала Изабелла дрожащим голосом, – с сумасшедшим лучше не связываться! – Она посмотрела на полотенце в его руках. Растянутое за концы, оно было размером почти с простыню. – Подними это полотенце повыше. Но если только ты дотронешься до меня, я тебе выцарапаю глаза.