Филлис Холлдорсон - Я не собираюсь жениться...

Кирстен пожала плечами и вздохнула.

– Но я так настроилась на отъезд, а теперь… – Она не договорила.

Через полчаса Кирстен ехала с Корали на ее машине домой, оставив в автосервисе свою машину и ожидая еще расходов на несколько сотен долларов.

Этим вечером Кирстен снова рано легла спать. Она не могла понять, почему за последние два дня так измучилась и устала, но в конце концов отнесла это на счет эмоциональных потрясений. Сначала – шок от неожиданного возвращения Белинды, потом – разочарование, а под конец – новые расходы на машину.

Скорее бы вернуться домой и приняться за работу!

На следующее утро Кирстен проснулась с кашлем и одышкой. Она поняла, что недомогание было вызвано не чем иным, как астмой. Хороша из нее медсестра: не узнать симптомов астмы, недавно пережив сильный ее приступ.

К счастью, теперь зная, что с ней, Кирстен могла принимать меры. У нее с собой были лекарства и ингалятор. Если, следуя всем предписаниям, проводить процедуры четыре раза в день, то скоро легкие очистятся, и она снова будет полна сил.

Выбравшись из постели, она достала аппарат и нужные лекарства. Практически сразу ей значительно полегчало. Теперь, подумала Кирстен, все будет нормально. Конечно, не мешало бы показаться врачу, но, кроме Сэма, здесь врачей нет, а к нему она не пойдет ни за что.

Обычно приступы астмы вызываются каким-нибудь стрессом, а в последнее время у нее этого было предостаточно. Как только она вернется домой, пойдет к своему врачу. А пока она никому ничего не скажет, даже Корали. Она не хочет, чтобы все суетились вокруг нее.

На следующий день, в пятницу, Кирстен помогала Корали и Глории консервировать помидоры.

Джим несколько раз заходил к ним, убедиться, что никто не порезался осколками взорвавшейся банки и не вылил на себя чан с кипящей водой. После полудня помидоры закончились и на кухонных полках выстроились ряды банок с солеными помидорами и томат-пастой.

Джим, вернувшись на ужин, пришел в восторг. Он широко улыбнулся, подхватил жену на руки, закружил и поцеловал ее.

– Вот видишь, любовь моя, – сказал он. – Все оказалось не так уж сложно.

Корали обхватила его за шею и мило улыбнулась:

– Если в огороде есть еще что-то, что нужно законсервировать, я хочу, чтобы это было немедленно закопано в землю. А если на следующий год ты вздумаешь посадить еще больше помидоров, то, черт возьми, можешь консервировать их сам.

Он расхохотался и поставил Корали на пол.

– Вот это моя девочка, – нежно сказал он. – Всегда говорит все, что думает.

Он легонько хлопнул ее пониже спины, потом торжественно поднял правую руку:

– Перед Богом клянусь и обещаю, что тебе никогда больше не придется консервировать ни овощи, ни фрукты. – Он бросил на нее веселый взгляд и опустил руку.

Кирстен почувствовала, как на глаза ей наворачиваются слезы. Как чудесно видеть, что Джим и Корали так счастливы, так любят друг друга. А она собственными руками уничтожила надежду на такую любовь, сказав Сэму, что провела ночь с другим мужчиной.

Кирстен, Корали и Глория к концу ужина чувствовали себя все еще уставшими, поэтому Джим велел Эмбер вымыть посуду. Кирстен шлепнулась на диван, а Корали разместилась на подушках в кресле.

Они смотрели новости по телевизору, а Джим вышел заканчивать работу. Тут зазвонил телефон в кухне. Трубку подняла Эмбер и через пару секунд крикнула:

– Кирстен, это тебя, доктор Сэм.

Кирстен дернулась и вскочила с дивана, не успев даже ни о чем подумать.

– Меня? – глупо спросила она. – Сэм хочет поговорить со мной?

Ее сердце бешено колотилось не то от страха, не то от радости. Что он может от нее хотеть? Наверняка ничего хорошего. А может, он хочет отчитать ее за невежливое поведение с Белиндой вчерашним утром? У Кирстен не было сомнений, что эта женщина все рассказала ему о встрече в супермаркете.

– А ч-ч-что он хочет? – пролепетала она.

– Он хочет поговорить с тобой, – резонно ответила Эмбер.

Кирстен оглянулась на Корали и наткнулась на сияющий взгляд подруги.

– Ради Бога, не сиди здесь, как клуша! – воскликнула Корали. – Иди же. Лучше поднимись наверх. Там спокойнее. Скорей!

Кирстен бросилась вверх по ступенькам. Почему он не может оставить ее в покое? Все, что ей нужно, – это убраться подальше от него и от его экс-невесты, пока ситуация не стала еще более невыносимой.

На полпути наверх она приостановилась, но все равно одышка не прошла. Кирстен закашлялась и глубоко вздохнула, входя в хозяйскую спальню и направляясь к столику с телефоном. Не хватало, чтобы Сэм заметил ее неровное дыхание.

Подняв трубку, она заметила, как ее трясет. Дрожали не только руки, но и все тело.

– П-п-привет, – почти шепотом произнесла она.

– Кирстен? Это Сэм, – сказал он, словно Кирстен могла не узнать его голос. – Что случилось? Я тебя едва слышу.

Она снова вздохнула.

– Н-ничего, – на сей раз ей удалось заговорить более громко и ясно. – Я просто бежала по ступенькам. Корали предложила мне воспользоваться телефоном наверху… здесь не так шумно, – не совсем правдиво объяснила она.

На минуту повисло молчание, каждый ждал, пока заговорит другой. Наконец Сэм сказал:

– Я хотел напомнить тебе, что завтра заеду за тобой вечером, в шесть часов, если это тебя устроит.

Кирстен удивленно заморгала и затрясла головой. У нее начинаются проблемы со слухом, а не только с дыханием? Он не мог этого сказать…

– Заедешь за мной завтра? – Черт, она выглядит круглой идиоткой.

– Да. Чтобы поехать на ужин и на танцы. Ты же помнишь, что согласилась пойти со мной, верно? – Он говорил нетерпеливо и с оттенком сарказма.

Ежемесячный благотворительный ужин и танцы в зале Масонской ложи/ Он пригласил ее туда на дне рождения Джима! Она совсем забыла об этом. Но даже если бы и вспомнила, то вряд ли подумала бы, что он все еще намерен идти с ней.

Кирстен прикрыла трубку рукой; новый приступ кашля сотряс ее грудь. Надо как можно скорее закончить этот разговор.

– Честно говоря, я забыла, – призналась она, – но даже если бы и не забыла, то не ожидала от тебя… То есть я хочу сказать, тогда ты был немного очарован мной, но теперь, когда вернулась Белинда, я думала, что ты пойдешь с ней.

Она снова прикрыла рукой трубку, чтобы Сэм не услышал кашля.

– Я приглашал не Белинду, а тебя. Так ты пойдешь или нет?

Кирстен вздрогнула. На Ромео он не похож.

– Нет, если ты считаешь себя обязанным идти со мной, – с усилием сказала она. – Я могу найти себе другого спутника, если захочу.

Сказав это, Кирстен немедленно пожалела о сказанном, но вернуть вылетевшие слова было уже нельзя. Ее резкость была совершенно необоснованной.