Маргарет Уэй - Хлоя и Габриэль

— Вы всем довольны, мистер Фриман?

— Все просто чудесно! Когда можно будет подавать, я позвоню. Полагаю, мы начнем с шампанского.

Хлоя осторожно, оглядываясь по сторонам, вступила в огромный номер. Единственный выход вел на балкон. Из-за предостережений Габриэля у нее определенно разыгралось воображение. Фриман казался светским человеком. Не насильник же он!

— Проходите и присаживайтесь, Хлоя, — обворожительно улыбаясь, пригласил Фриман. — Мне не терпится сообщить, как я доволен нашим интервью. Мне звонят просто непрерывно. Все сходятся на том, что все прошло просто блестяще. Должен вам сказать, я не всегда бываю столь мил.

— Не могу не согласиться, — Хлоя тоже улыбнулась. Стараясь выиграть время, она пересекла огромную комнату и подошла к окну. От вида вечернего города захватывало дух. Небоскребы, многоэтажные здания, башни освещались тысячами огней. Убранство номера было выполнено в декоративном стиле 1920— 1930-х годов. Тут стояли сделанные на заказ кресла и оттоманки, горка с хрусталем старинной работы. На полу лежал великолепный ковер. Лампы под абажурами из шелкового газа стояли на столиках. Круглый обеденный стол в центре комнаты был накрыт белой льняной скатертью с кружевами. На нем стояли фужеры из тончайшего хрусталя, тарелки, лежали ложки, вилки. Небольшой букет белых орхидей и два серебряных канделябра с высокими тонкими свечами дополняли убранство стола. Корзина с лилиями и орхидеями, украшенная остроконечным тростником, стояла на буфете.

— Полагаю, ваш друг Макгир обеспокоен тем, что вы обедаете со мной наедине? — шутливо осведомился Фриман.

Хлоя улыбнулась:

— Он никак не может усвоить, что вы истый джентльмен, Кристофер.

— Почти, — он слегка повел плечом, — в большинстве случаев. Я совершенно без ума от вашего платья. И вашей прически. У вас великолепные волосы, а когда они приподняты и видна ваша шейка… от этого можно потерять голову. — Налив в хрустальные фужеры немного шампанского, он предложил один ей, а другой взял сам. — За ваше здоровье, Хлоя. Для меня имеет огромное значение, что вы решились прийти ко мне. А теперь не расскажете ли о своей маме? Я хочу знать о ней все.

Сначала все шло на удивление хорошо. Великолепную еду привозили и увозили из номера. Фриман с жаром налегал на нее, Хлоя же ела немного, она не забывала о своей фигуре. Но все было восхитительно: и краб в жирном шафрановом соусе с золотистым пюре, и превосходная сладкая утка с имбирем, и фрукты, политые сливками, смешанными с бренди.

— Давайте выпьем кофе на балконе, — предложил Кристофер. — Ночь так хороша.

Так оно и было на самом деле. Город, сияя огнями, лежал внизу. Над ними угольно-черное небо сверкало триллионами звезд. Хлоя подумала, что сейчас делает Габриэль. Ночная пора всегда так романтична.

— Хлоя! — к ней сзади подошел Фриман. — О чем вы думаете? — спросил он, привыкший к легкому успеху.

Нельзя же сказать ему, что все ее мысли заняты Габриэлем! Лишь Габриэль вызывал у нее страстное, пронизывающее все тело желание.

— Любуюсь видом, Кристофер. За последние годы в городе многое изменилось.

— Да, так оно и есть, — рассеянно ответил он. — Мне кажется, вы не отдаете себе отчета, Хлоя… — Он замолчал и обвил рукой ее талию. — Но я мало-помалу влюбляюсь в вас.

— Вы говорите эти слова всем девушкам, Кристофер? — Она улыбнулась ему ласково и насмешливо.

— Так точно, — Фриман улыбнулся. — Только на сей раз мои слова искренни.

— А я-то надеялась, что вы мне расскажете о том, как вам удалось слить компании «Авалон» и «Мерсер», — проговорила она, стараясь выразить живой интерес.

— Вы хотите говорить о делах в такую ночь? — насмешливо произнес он.

— Кристофер, я не хотела бы вас обидеть. Я невероятно благодарна, что вы дали интервью именно мне. Это большая удача для меня. Однако я не стану… флиртовать с вами, если это то, чего вам хотелось бы.

В первое мгновение Фриман, совершенно ошарашенный, взирал на нее с неподдельным изумлением.

— Хлоя, маленькая бестия, вы говорите о браке? — А почему бы и нет, тут же подумал он. Она молода. Она красива. Весьма умна, хотя и не так, как он. Короче говоря, очаровательная маленькая невеста.

Теперь настал черед Хлои удивляться:

— Мне подобная мысль никогда не приходила в голову.

Кристофер улыбнулся ей, наслаждаясь их игрой.

— Сознайтесь, вы подумывали об этом. Я принадлежу к тем, о ком говорят: он — прекрасный улов.

— Я не сомневаюсь, Кристофер, так говорили всякий раз, как вы вступали в брак.

— Вам не нравится, что я уже был женат? — с беспокойством осведомился он.

— Мне известно множество людей, которые только и делают, что женятся и разводятся.

Фриман ухмыльнулся:

— Как Лиз и я. Мы вечно в поиске безупречного спутника жизни.

«Осторожней», — подумала Хлоя, но голос ее звучал мягко:

— Я не желаю разрушать наше приятное знакомство, Кристофер. Встречи с вами доставили мне немало восхитительных минут, но я еще даже и не помышляю о замужестве, поверьте.

Она повернулась, чтобы уйти, но он быстро привлек ее в свои объятия.

— Пожалуй, вам требуется нечто, что убедило бы вас, — сказал он и проказливо рассмеялся.

Хлое захотелось ударить его. Стереть эту глупую ухмылку с его лица. Неужели он и впрямь полагает, будто она заигрывает с ним?

— Все пройдет прекрасно, если вы только расслабитесь, — говорил он, явно надеясь уломать ее.

— Кристофер, пожалуйста, прекратите, — Хлоя почувствовала, как от ярости в лицо ей бросилась краска. Однако он опять расхохотался, решив, что Хлою задело упоминание об ее девственности.

Фриман искренне думал, будто Хлоя дразнит его. Прошла бездна времени с тех пор, как женщина в последний раз отвергла его. Кроме того, в бесчисленных женских журналах он читал, что ужасно привлекателен. Зеркало, в которое он смотрелся, говорило ему то же самое.

— Ну что ж, коль вы хотите, я тоже не против небольшой драчки, — он улыбнулся.

— Мне это ни к чему! — Хлоя чувствовала себя полной идиоткой. — Мне в самом деле пора идти. — Она вырвалась из его объятий, намереваясь схватить свою сумочку и исчезнуть.

«Тут дело неладно», — подумал Фриман. Он попытался внезапно схватить ее, собираясь начать все сначала. Только на этот раз не спеша. И тут он услыхал внезапный треск и увидел на черном краю ковра блестящую пуговицу. Он не посмел бы порвать ее платье, должно быть, случайно наступил на него — и пуговица отлетела.

Фриман попытался было снова привлечь Хлою в свои объятия, желая успокоить ее, быть может, взять на руки. Она казалась легче перышка. К тому же у него был для нее небольшой подарок — бриллиантовый браслет. Хлоя, однако, набросилась на него, как маленькая фурия, оттолкнула его, и тут в дверь забарабанили.