Фейрин Престон - Дом вечной любви

— Почти так. Но я неугомонный и не успокоюсь, пока не побываю в другом месте.

Поморщившись, Кетлин взглянула на кипу бумаг, лежащих перед ней.

— Твои дела могут подождать.

Приняв решение, она отодвинулась от стола и встала.

— Ты абсолютно прав. Давай поедем в город. Я хочу тебе показать его, а в одном прекрасном местечке мы можем позавтракать.

— Звучит заманчиво.

Девушка возбужденно хлопнула в ладоши.

— Хорошо! А теперь нам нужно выбраться отсюда, но так, чтобы меня никто не остановил и ни о чем не спросил.

— Иди быстро, ни на кого не обращая внимания, и делай вид, что ничего не происходит. Если нам немного повезет, мы выберемся отсюда прежде, чем кто-нибудь заметит твое отсутствие.

— Отличный план! Я согласна.

Двое рабочих обратились к ней, но мисс Деверелл лишь странно посмотрела на них. Больше никто не пытался остановить их. Благополучно достигнув веранды, они даже рассмеялись от собственного везения.

— Нам удалось! — весело сказала Кетлин.

Смех Нико умолк, когда он увидел поднимающегося к ним по ступенькам Куина.

— Не совсем.

Тот холодно кивнул Нико, но улыбнулся Кетлин.

— Привет. Что это вы оба задумали?

— Мы хотим убежать на целый день, — заговорщицки произнесла девушка. — Но вы должны пообещать, что никому не скажете об этом.

Куин торжественно приложил руку к сердцу.

— Обещаю. Вы просто бежите или в какое-то определенное место?

— Просто, — сказал Нико, ему не хотелось говорить Куину, где они будут.

— Мы собираемся в город, — вмешалась Кетлин.

Куин так посмотрел на Нико, что у того в голове зазвенели тревожные колокола. Было очевидно, что Куин так же доверял Нико, как и тот ему. Обыск в комнате подтверждал это. Но почему?

— Я только что вернулся оттуда, — сказал Куин, обращаясь к Кетлин. — Очаровательное местечко, и, надо сказать, оно нисколько не изменилось с тех пор, как я последний раз был там.

— А когда точно это было? — спросил Нико. — Не помню, чтобы вы упоминали об этом.

Куин осуждающе усмехнулся.

— Да я и сам уже не помню. С годами у меня притупилось чувство времени.

— А что вы делали в городе? — поинтересовалась Кетлин.

— Ничего особенного. Просто немного побродил, посетил некоторые места, которые давно не видел.

— И там действительно ничего не изменилось? — снова спросила девушка.

— Почти нет. О, я думаю, добавилось один или два слоя краски, и, конечно, церковь уже построили. Но мне показалось, что, как и раньше, те же семьи владеют теми же магазинами. У помадки, по крайней мере, тот же вкус. Грешен.

Кетлин рассмеялась.

— А, вы побывали в кондитерской. Мы тоже заглянем туда, — обратилась она к Нико. — От помадки, которую они там готовят, просто умереть можно.

От этой фразы по телу Нико прошла дрожь.

— Нам пора отправляться, — тихо сказал он.

— Ты какой-то ужасно спокойный, — Кетлин изучающе взглянула на Нико. — Тебя что-то тревожит?

Он безмолвно и устало отругал себя. Нико совсем забыл, что Кетлин очень тонко все чувствует. Все его мысли были заняты Куином. Он удивлялся, зачем тот обыскал его комнату?

— Нет, я не огорчен, прости меня. Боюсь, я не очень подхожу для компании.

Они решили перекусить в кафе, устроенном под бывшим навесом для лодок в конце длинного пирса. Внутри деревенского ресторана поблескивал медный котел, а стены украшали канаты. Их столик находился возле большого окна и был покрыт пластиковой скатертью. За стеной катил свои волны океан.

— Тебе и не нужно быть хорошей компанией, Нико, — возразила Кетлин. — То, что ты со мной, уже делает меня счастливой.

Его темные глаза сузились, когда он посмотрел на нее.

— Тебе говорил кто-нибудь, как ты прекрасна?

Она безуспешно пыталась проглотить внезапный комок в горле.

— В данный момент не могу припомнить и раза.

— Тогда можно мне сказать? Ты прекрасна!

— Ты хочешь, чтобы я покраснела?

Нико взял девушку за руку.

— Мне нравится, когда ты вся краснеешь.

— Я вся не краснею. Может быть, щеки немного…

— Нет, краснеешь, и я докажу тебе это сегодня ночью. Все, что мне нужно сделать, начать целовать в…

— У вас есть все, что вам нужно?

Они обернулись. Возле стола стоял светловолосый мальчик лет пяти.

— Моя мама послала меня спросить вас об этом. Она приказала спросить именно так.

Кетлин улыбнулась.

— Привет, Томми! Послушай, я всегда не узнаю тебя, ты так быстро растешь!

Он важно кивнул.

— Я знаю, — засунув руки в карманы своей курточки, мальчик взглянул на Нико. — Не хотите ли отведать брусничного напитка, который готовит моя бабушка? Он очень вкусный. Сегодня утром она приготовила целых две полных кастрюли.

— Неужели? И ты нам его очень рекомендуешь?

Мальчик кивнул.

— Я уже выпил сегодня целую чашку, а больше мама не позволила.

Нико усмехнулся.

— Думаю, это самая лучшая рекомендация. Я тоже выпью целую чашку. А ты, Кетлин?

— Почему бы и нет? Подумаешь, лишних пять фунтов!

— Лучше пить его с мороженым, — сказал Томми. — Так вкуснее.

— Поверим тебе на слово, — согласился Нико.

Томми улыбнулся во весь рот.

— Я пойду скажу своей маме.

— Сообразительный малый, — усмехнулся Нико.

— Даже слишком, — добавила Кетлин. — Как ты уже догадался, это и есть семейный бизнес. Брат Томми ловит омаров, а отец готовит их.

— Они были очень вкусные.

Кетлин взяла ложечку и растолкла в стакане листик мяты размером с серебряный доллар.

— Ты хорошо с ним обращался. Тебе когда-нибудь хотелось иметь своих детей?

Нико удивленно приподнял бровь.

— Я никогда не думал об этом. Очень тяжело быть полицейским и иметь семью.

— Но это же не значит, что у тебя никогда не будет своей семьи. Мне кажется, твои родные играют важную роль в жизни Нико Дифренца?

— Очень, — с улыбкой ответил он. — В этом мы похожи с тобой.

— Да, правда, хотя мы и редко видимся, тем не менее близки.

Нико задумался, потом осторожно продолжил.

— Кроме одного члена семьи.

Кетлин удивленно посмотрела на него.

— Кого ты имеешь в виду?

— Твоего отца. Мне интересно узнать о нем.

Она пожала плечами.

— У меня его никогда не было, если не считать, конечно, момента зачатия.

— А что произошло? Он оставил вас с матерью, когда ты была еще ребенком?

— Это произошло до моего рождения, мимолетный роман.

Нико взял Кетлин за руку.

— Грустная история. Тебе тяжело было расти без отца?

— Нет, конечно, нет. Мне трудно судить о том, чего я никогда не имела.