Мэрилин Герр - Сладкое лето

Она, мягко отстранившись, пошла за ним к дому, ни на минуту не забывая про свои грязные ботинки.

– Я вся грязная. И мой желудок уверяет меня, что сейчас время ленча.

Кайл усмехнулся:

– Я забыл, что ты всегда голодна. Хорошо, давай заключим сделку. Ты для меня и так прекрасна, даже в этой перемазанной одежде, дорогая, но если ты хочешь помыться, я тут повожусь на твоей кухне и приготовлю что-нибудь грандиозное.

– Я не знала, что ты умеешь готовить, – недоверчиво сказала Эбби, сбросив с ног ботинки.

– Ну, назвать меня поваром можно, пожалуй, только с большой натяжкой, но кое-что я умею и даже могу кое с кем посоревноваться.

– Звучит слишком соблазнительно, чтобы отказаться. – Эбби, привстала на цыпочки и, легонько поцеловав Кайла в губы, отправилась в душ. Она почувствовала, как от этого поцелуя по всему телу пробежала дрожь, и счастливо вздохнула.

Кайл огляделся. Пожелтевшая газетная вырезка была прикреплена магнитиками к дверце холодильника. На полу под странным углом стояли миски с едой и водой для Генри. На стене рядом со столом иголками был пришпилен яркий плакат. Кайл прочел:

«Сколько бы вы заплатили за то, чтобы увидеть красоту?

Ни за какие деньги вы не купите то, что природа предоставляет вам бесплатно».

Наивная простота этих слов глубоко тронула его, и к тому же это было правдой. Неожиданно для себя Кайл понял, как изменился под влиянием Эбби.

С тех пор, как она вошла в его жизнь, успех, материальное благосостояние, слава – все стало для него значить гораздо меньше. Даже блеск и изысканность большого города потеряли в его глазах значительную долю былой привлекательности. Он не хотел в этом признаваться самому себе, но блестящих городских женщин и сравнить-то нельзя с его селяночкой.

Эбби Мартин вернула ему мир, который он когда-то знал. Мир и образ жизни, к которому он, казалось, и не собирался возвращаться.

Кайл задумался. Да она его просто околдовала. Это точно. И он сам не мог понять, радует это его или огорчает.

Эбби вновь появилась на кухне в шортах из обрезанных джинсов и вязаной кофте с пуговицами спереди. Ее влажные после душа волосы рассыпались по спине.

Стоило Кайлу только взглянуть на нее, как он тут же потерял голову.

– Сексуальные шорты, – заявил он, приближаясь к Эбби.

– Просто переделаны из джинсов. Э, нет, ковбой! Руки прочь, – предупредила она, предотвращая его действия. – Ты обещал приготовить мне ленч, помнишь?

– О черт! Ковбой всегда держит слово.

На столе появились сандвичи с сыром и индюшкой, дымящаяся миска овощного супа. В центре стоял маленький керамический кувшинчик с ярко-желтыми маргаритками.

– Для вас, мадемуазель, – произнес Кайл с сияющим видом. Он подчеркнуто торжественно перекинул салфетку через руку и подвинул Эбби стул. – Метрдотель вознаграждается поцелуем. Он специально оставил лучший стол у окна для вас.

– Ты сделал все так здорово, Кайл, – сказала она, восхищенно глядя в его дымчато-голубые глаза. Его присутствие окрасило ее жизнь новыми красками, придало жизни красоту и счастье. Она никогда не получала такого наслаждения от чьего бы то ни было общества. Никогда.

Они ели не спеша, с удовольствием. Сидя напротив Эбби, Кайл касался ее правой руки.

– Как удобно, что ты левша. Мы можем держаться за руки и при этом есть. – Он поднес к губам ее руку и нежно поцеловал кончики пальцев.

– Этот огромный сандвич мне не по силам. Если я отрежу кусок, ты доешь остальное?

– Конечно. У нас, экономных, ничего не пропадает.

– Молодец. Быстро учишься.

Она поднесла маленький кусочек к его губам. Он проглотил его и облизал ее пальцы. Его глаза светились восторгом. Она снова протянула к его рту руку с маленьким кусочком сыра. Он в ответ поцеловал ее ладонь. Движения их были неторопливы и волнующи. Эбби стала ломать сандвичи на маленькие кусочки, чтобы продлить эротическую игру, и наконец протянула ему последний ломтик мяса. Кайл схватил ее за руку.

– А теперь десерт, – заявил он бархатным голосом.

Сердце у Эбби чуть не остановилось. Она молча смотрела, как он, повернув ее руку ладонью вверх, стал целовать мягкие подушечки каждого пальца и сосать их кончики. Потом губы его переместились к ладони, и язык стал исследовать каждую клеточку.

Но Кайлу все было мало. Его губы ласкали внутреннюю поверхность руки Эбби, исследуя, пробуя на вкус, целуя, пока она чуть с ума не сошла от желания.

Все еще держа Эбби за руку, Кайл встал и подошел к ней. Его лицо, лицо измученного желанием мужчины, оставалось в тени. Он притянул ее к себе очень осторожно.

Она чувствовала силу его рук и знала, что он старается сдержать себя. Кайл действовал медленно, нежно касаясь губами губ Эбби. Каждый поцелуй приближал ее к страстной разрядке, о которой она мечтала.

Она прижалась к нему сильнее.

– Все хорошо, Эбби, – прошептал он, – ты в моих объятиях. Там, где ты и должна быть.

Его пальцы, перебирая ее волосы, наткнулись на обруч, и он снял его. Золотистые пряди цвета спелой пшеницы рассыпались по ее плечам. Он зарылся в них лицом и губами нашел мочку ее уха. Как в полусне, Эбби услышала слова восторга:

– Мой сладкий ангел! Моя любовь! Я хочу быть с тобой всегда.

Его губы ласкали ее шею, плечи, опять губы, его язык спелся с ее языком.

Эбби пронизывали лучи сверкающей радуги. Она испытывала неведомые ей раньше ощущения. Отказавшись от всякого сопротивления, она схватила Кайла за руку и потянула его на диван.

Все еще сдерживаясь, Кайл целовал шею Эбби. Потом расстегнул верхнюю пуговицу на ее кофточке и поцеловал каждый дюйм ложбинки между грудями.

– Кайл… О! – восклицала она, лаская его поросшую волосами грудь.

Его губы коснулись ее заострившихся розовых сосков, и он начал сосать их, пока она не упросила его остановиться.

– Кайл! Пожалуйста… – умоляла она, прижимая его к себе.

– Ш-ш-ш, дорогая. Еще не пора. – Он до конца расстегнул ее кофту и выпустил рвущиеся на волю груди.

Эбби дотянулась до пояса его шортов, расстегнула молнию, и Кайл задохнулся от восторга. Он ждал этого момента так долго, что больше не мог сдерживаться.

– Дорогая, – прошептал он, – я ведь не каменный. – И стал стягивать шорты.

Эбби тоже начала выбираться из своей одежды, но, когда она хотела снять кружевные трусики, Кайл остановил ее.

– Дай я, – пробормотал он.

Они снова рухнули на диван. Эбби вцепилась в его плечи, пока он медленно входил в нее. Она слышала, как бешено колотится ее сердце. И вот они слились в одно целое, и ритмичные движения возносили их обоих все выше и выше.

После этого в душе они продолжали нежно ласкать друг друга. Кайл касался мокрой кожи Эбби и не мог поверить в свое счастье.