Лилиан Пик - Одинокая девушка

— Ты хочешь сказать, что мои надежды услышать захватывающие подробности не сбудутся? Но мне все же кажется, что в этом кратком ответе огро-омная глубина. Да и в тебе самой наблюдается спад напряжения и отсутствие раздражительности. Ну же, расскажи тетушке!

— Если бы было что, — Лоррен покачала головой, — я бы охотно рассказала. В любом случае приходи вечером.

Лоррен предупредила Мэттью, что придет ее подруга, и они вместе вышли в холл встречать Анну. Она прекрасно выглядела в своем новом светло-коричневом зимнем пальто, и, когда сняла его, Лоррен увидела на ней новое шерстяное красное платье.

— Правда, изящное и модное? — спросила подруга. — Поздравь же меня с хорошим вкусом! — Лоррен засмеялась и выполнила просьбу.

Лоррен представила Анну и Мэттью друг другу, и они поздоровались за руку.

— На улице так холодно, а вы, я вижу, — заметила Анна, улыбнувшись ему, — уже согрелись.

— Вы совершенно правы, — засмеялся он, — не дадите ли мне доказать вам это?

Она отнеслась к его добродушному подшучиванию, как обычно, непринужденно, сняла свои очки и подставила ему щеку для поцелуя.

В это время на лестнице появился Алан, и Анна приветственно махнула ему рукой:

— Алан! Как приятно вновь увидеть тебя! Почему ты вычеркнул меня из своей жизни?

— Дорогая моя Анна! — Он начал спускаться по ступенькам, простирая к ней руки. — Я никому и никогда не позволю сказать, что отношусь к тебе так же, как к остальным женщинам в моей жизни. Ты совершенно другая!

— И конечно, это ты говоришь им всем! — Она взяла его руки в свои.

— Это мой особый технический прием. — Алан с притворной серьезностью кивнул головой. — Ты даже не представляешь, как это льстит их тщеславию.

Лоррен нервно сжимала пальцы рук, слушая его речи:

— А у вас что здесь, тайное собрание или...

— Лоррен, — улыбнулся Мэттью, — он явно напрашивается на приглашение. Ты не возражаешь, если Алан присоединится к нам, правда?

Но, опередив ее, Алан сказал:

— Я предлагаю вам всем подняться ко мне выпить.

— Ну как? — вопросительно посмотрел на девушек Мэттью.

— Я согласна, — ответила Анна.

Лоррен небрежно пожала плечами, и Мэттью резюмировал:

— Вроде бы никто не возражает.

Если Алан и заметил явное нежелание Лоррен идти к нему в комнату, он ничем это не показал.

— Идемте, — только и сказал он, — но вы должны извинить меня за беспорядок!

— Теперь понятно, что ты имел в виду! — воскликнула Анна, входя в его жилище.

Весь пол, подоконник и даже кровать были завалены газетами, как лоскутными одеялами. По столу вокруг пишущей машинки белели разбросанные листы бумаги.

— Ты явно хочешь создать впечатление, что усердно трудишься, — пошутил Мэттью.

— Веришь или нет, — засмеялся Алан, — но иногда мне, как журналисту, приходится делать трудную работу. — Он лукаво взглянул на Лоррен. — В перерывах между развлечениями с женщинами... так сказать, по совместительству.

— А знаешь, — сказала Анна, сбрасывая с кресла листы бумаги и садясь, — я думаю, что ты не такой повеса, каким хочешь казаться.

— Нет? — Алан опустил ресницы. — Спроси у моих коллег.

«А мне спрашивать об этом нет необходимости, — печально подумала Лоррен. — Я уже слышала их замечания по этому поводу».

— Такой я или нет, сейчас не имеет значения, — заметил Алан. — Просто это мой имидж. — Он взглянул на Лоррен. — Не так ли?

Она отвернулась, села рядом с Мэттью на кушетку, и он крепко ее обнял.

— Да, — наконец ответила Лоррен, — так же, как скучная почтенность стала моим имиджем.

— Лоррен, похоже, Мэттью хочет сказать: «Замечательные слова!» — расхохоталась Анна. — Осторожнее, он что-то замышляет против твоей почтенности!

Мэттью поцеловал Лоррен в щеку:

— Вот и весь замысел!

— Выпьешь, Мэттью? — Тон Алана был так резок, что девушка подняла голову и удивленно посмотрела на него.

— Да, пожалуйста, Алан, если можно, сухое.

— Лоррен? — Голос Алана был так же сух. — Полусухое? Сладкое?

— Сладкое, верно? — ответил за нее Мэттью, откинувшись на спинку кушетки. — Это соответствует ее имиджу.

— Отлично, Мэттью! — зааплодировала Анна.

— Полусухое или сладкое, Лоррен? — упрямо повторил Алан, выговаривая слова четко, медленно и с чуть заметной досадой.

— Сладкое, пожалуйста, — ответила она, — как сказал Мэттью.

— Видишь, Алан, я уже знаю ее вкусы, — заметил Мэттью, держа ее руку в своей и играя пальцами девушки. — Нужно многое узнать о девушке, прежде чем сможешь добиться ее внимания и понравиться ей.

— Но, Мэттью, — возразила Анна, — Алану это ни к чему. Он никогда подолгу не занимается одной девушкой, так что узнавать ее хорошо ему нет необходимости, правда, Алан?

— Давайте лучше сменим тему, — предложил он, протягивая бокалы сначала Лоррен, затем Анне. — Женщины мне надоели.

— Тогда поговорим о мужчинах! — предложила Анна, усмехнувшись. — Я заметила, что Хью стал внимательно поглядывать в твою сторону, Лоррен, и даже как-то оживился.

— Может быть, ты права... — Лоррен задумчиво посмотрела на свой бокал. — Недавно он попытался даже пригласить меня вечером куда-то, но я отказалась.

— Должно быть, он пережил уже свое страстное увлечение Марго, — предположила Анна. — Или она бросила его. Одно из двух. Алан, для тебя здесь вновь открывается чистое поле!

— О-о-о! — протянул он, допил свой бокал и поставил его на стол. — Временные увлечения Марго не беспокоят меня. Она всегда возвращается в свой загон.

— Ах вот как! — Лоррен заговорила приторно-сладким тоном. — Оказывается, несмотря на свой внешний вид, она на самом деле относится к верному типу женщин? Которые остаются всю жизнь преданными своему мужчине?

Он вскинул голову и бросил на нее такой взгляд, что она отшатнулась, как от удара.

— Да! — ответил он резко. Его глаза смотрели на нее колюче-насмешливо. — Такой же верный тип, к которому и вы принадлежите.

Его слова и тон заставили ее побледнеть. Анна и Мэттью казались немного встревоженными, и девушка нахмурилась, не понимая, что они думают и говорят друг другу без слов, обмениваясь напряженными взглядами.

Анна встала и подошла к проигрывателю, стоявшему на полке книжного шкафа.

— Думаю, — сказала она, — немного музыки нам не помешает. Она должна нас всех успокоить. Можно, Алан?

— Проигрыватель? Конечно, Анна! — Он подошел к ней и мягко отстранил. Затем вытащил одну из пластинок. — Думаю, вот эта как раз подойдет.

Анна взглянула на пластинку:

— Одна из моих самых любимых!

Алан еще не опустил иглу, а Лоррен уже знала, что это будет. И когда поплыла по комнате ее любимая мелодия, она, замерев, вслушивалась в слова, вспоминая, как эта песня звучала здесь же совсем недавно в обществе Алана. Послание к ней, как он тогда сказал...